Вадим Степанов – По следам мечты [СИ] (страница 28)

— Потом покуришь, — отмахнулся он. — Давай еще по одной.

— Тебе уже хватит, — сказала Саша.

— Я сам знаю, — огрызнулся Денис, но тут же, спохватившись, снова потянулся губами к девушке. На этот раз она не стала отстраняться. Но пучок ненависти из ее глаз задел и меня. На секунду даже показалось, что мне-то он и предназначался. Но я решил этого не заметить.

Мы выпили еще по одной. Я чувствовал, что это точно была лишняя, по горькому привкусу на языке. Это значило, что меня будет тошнить, что ночь я буду спать плохо, что завтрашний день тоже можно считать пропащим. Но в сердце завелся демон, который так и просил сделать что-нибудь гнусное и некрасивое.

— Слушай, — начал я, — ты не любишь стихи и прозу, а к кино как относишься?

— Да так, — Денис пожал плечами. — Нормальных фильмов почти не снимают. Последнее, что я видел интересное — «Форсаж 7». Смотрел?

— Нет.

— Зря. Там такие тачки клевые и погони. Короче, крутой. Подниму когда деньжат, обязательно себе тачилу как у Дизеля возьму. Ты бы ее видел, два с половиной литра, триста лошадок. А, кому я говорю, для тебя и Калина, наверно, крутая тачка.

— А ты, значит, машинами увлекаешься? Это действительно круто. Я сам вообще не разбираюсь и с восхищением смотрю на фанатов, которые знают все характеристики и цены.

— Не, — неожиданно задумался Денис, — так я то же не все понимаю. Я знаю одно, если тачка зачетно выглядит и рвет на трасе, если на нее кисули слюни роняют, значит она действительно крутая.

— Резонно, — согласился я.

— Рома, — процедила сквозь зубы Саша.

— Что?

— Может, хватит.

— Чего хватит? — включил я дурака. — Нормально же общаемся.

— Правда, Сань, — заступился за меня Денис. — Че ты? Обычный пацанский треп. Тебе же тоже та тачка понравилась. Помнишь, ты говорила, когда в кино ходили?

— Помню, — сказала она и отвела взгляд.

А меня от этого что-то опять понесло. Мы выпили еще по стопке, и разговор продолжился.

— Я не пойму, а как ты отдыхаешь вообще? — с ложным интересном, спросил я Дениса. — Я так понял, что тачки тоже не твоя большая любовь. Может ты по музыке убиваешься. Дома винилы, ламповые усилители, редкие записи «Led Zeppelin»?

— Ты знаешь, я музыку как-то вообще не слушаю. Ну только если в машине — радио. Да и то, я предпочитаю взрослые станции, типа Эха или Вестей. Музыка что дает? Ничего. Как те же стихи или книжки. Только время забирают. А новости хотя бы в курсе держат. Вот ты слышал, что санкции новые ударять по бензину?

— Нет, — честно признал я.

— Вот. А это значит, что и по всему остальному тоже. Все же возится на машинах. Так что и продукты подорожают, и строй-материалы. Да и вообще, неизвестно, что с нашими банками будет. Будет их наше долбанное правительство поддерживать или нет? Я понимаю, тебе по хрену. Но…

А мне действительно было «по хрену». Для меня эти дилетантские политические рассуждение были хуже шума перфоратора утром. Я смотрел на Сашу, которая похоже тоже переставала слушать эту морось, а вперилась взглядом в окно, замерев в состоянии транса.

— … и вот если мы не сможем активизировать гражданское общество, наша власть так и будет поднимать тарифы и налоги, — продолжал умничать Денис. — А откуда ему взяться этому гражданскому обществу. Кругом одни педики и воры, которые трясутся за свое добро.

— Не соглашусь, — заяви, вдруг появившийся откуда-то чувак с петушиным «хаером». — Гражданское общество у нас есть, просто ему не хватает лидера.

Я недоуменно оглядел появившегося. Обычный же неформал, классический такой, как из девяностых: рокерский прикид в заклепках, ботинки не по сезону, кольца с черепами. Откуда этот политический настрой?

— И где взять этого лидера, — принял эстафету Денис. — Кругом одни мудаки. Оппозиция на пиндосов работает, системные на подсосе у власти.

— Не все, — возразил неформал, — я считаю, что мы сильно недооцениваем влияние «правых».

— Каких правых, — возмутился Денис, — коммуняк что ли?

— Ой все, — я больше не мог это слушать. — Пойду курить.

На прощание я бросил взгляд на Сашу, которая пребывала в том же трансе, но уже смотрела в пол. Что же, ты сама его выбрала.

Поднявшись на крышу, я закурил. На воздухе было хорошо, свежо, прохладно. В голове неприятно шумело, а к горлу подступало. Вдруг я вспомнил, что меня дома ждут, если ждут, две обалденные девчонки. Но пьяным к ним идти не хотелось. Много радости опорожнить свой желудок в душной квартире при двух феях. Я решил немного продышаться, чтобы выдуть большую часть сивушных паров на ветер. Стоять было сложно, и я сел, привалившись к какой-то антенне. Буду фонить, а может, и нет, говорят тело человек тоже проводник, и есть вероятность, что будет даже лучше показывать. Чертов коньяк, я снова уснул в неудобной позе.

Разбудил меня Сокол. Он яростно тряс меня за плечо и звал по имени.

— Не кантовать! — в отчаянии закричал я. — Обращаться бережно!

— Тьфу ты, — плюнул Сокол. — Я думал тебя током убило. Ты чего здесь расселся?

— Да так, — я пытался продрать глаза. — Любовался звездами и они меня усыпили. А где все?

— Все уже разошлись. Четыре утра.

— Ё-о! Саша со своим бизнесменом тоже ушла?

— Ушла. Все ушли, ну не все, — замялся Сокол.

— А, — понял я, — твоя верная фанатка тебя не смогла бросить.

— Не смешно, Ромыч, — завелся Сокол. — Она мне всю спальню заблевала.

— А что ты хотел? Читал Экзюпери?

— Честно говоря — нет.

— Вот. А там есть мудрость, которую почему-то все неправильно трактуют.

— Какая?

— А такая, что мы должны убирать блевотину за теми, кого приручили. Ой, что-то мне тоже нехорошо. Пойду скорее домой.

— Ромыч, — Сокол явно не хотел возвращаться к себе в квартиру.

— Чего?

— Ты не обижайся на Сашку. Она, конечно, дебила себе выбрала, но ты сам понимаешь — любовь зла. Сама-то она нормальная девчонка. Я вот поэтому и не хотел чтобы вы сильно сближались, знал чем это кончится.

— А чем кончится, Сокол? — я подошел к своему крышному брату. — Тем, что она сама не знает чего хочет? Вчера она меня к себе приблизила, а сегодня с этим приперлась. Ну и пусть уже определится. Чувак крутой, тачки, хата, крутая фирма. Завидный жених.

— Зря ты так, — стал совестить меня Сокол. — Ей тоже не просто. У нее мамаша, поедом ее чуть не съела, когда она от Дениса ушла. Да и для девушек важно все это: и дом, и семья, стабильность. Ты-то ей вряд ли это дашь.

— Откуда ты знаешь, что я могу дать? Откуда ты знаешь?

Это был бессмысленный разговор с похмельной головы. Я не стал его продолжать и просто вернулся домой. Конечно, уже никаких див и пьяных Оль здесь не было. Была правда надпись на зеркале в ванной, аккуратно выведенная фиолетовой помадой: «Ты все пропустил».

— Ну и ладно, — буркнул я себе под сон и пошел спать.

Не раздеваясь, я рухнул на свой одинокий матрас. Мне даже показалось, что я почти успел уснуть. Но тут раздался звонок в дверь. Чертыхаясь, я побрел открывать, даже не делая попыток угадать, кто бы это мог быть. За дверью стояла Саша. Зареванная, злая, с надеждой и ненавистью глядящая на меня.

— Пустишь? — спросила она.

А мне даже не надо было ничего отвечать, и так все было понятно. Мелькнула лишь странная мысль: целый день ко мне в квартиру залетали случайные мотыльки, но настоящая любовь, как и положено, зашла через дверь.

Глава 14

«Первый поцелуй по степени воздействия на человека, вероятно, сравним с ударом электрическим током из розетки. Внутри вспыхивают бесчисленные пожары, становится трудно дышать, мир растворяется, в какой-то момент, переставая существовать совсем. Хорошо, что первые поцелуи случаются в раннем возрасте, взрослого человека такой взрыв эмоций мог бы убить.

С Андреем это случилось внезапно. Он не планировал, хотя, конечно, в тайне мечтал. Когда Наташа приближалась к его лицу, обрабатывая его раны, его так и потянуло к ней. Он чувствовал, волнительный персиковый аромат ее легких духов, ощущал, как касаются запястья его шеи. И без поцелуя у него уже от всего этого кружилась голова. А тут он случился. Наташа заботливо потянулась к ране на брови, чтобы облегчить дуновением боль. Их глаза встретились и замерли в нерешительности. Андрей потянулся первым, и вдруг понял, что Наташа только этого и ждала. Теплые мягкие губы, робкие касания рук — только это он и мог воспринимать. И с каким сожалением он ощутил, что она целомудренно пытается это остановить. Их губы разомкнулись, и они замерли друг против друга. Руки так и не отпустили других рук, глаза продолжали смотреть в глаза. Наконец, поволока стала уходить из их глаз, мир возвращался.

— У тебя уже было это раньше? — робко спросила Наташа, отводя взгляд.

— Нет, — честно признался Андрей. Он не стал задавать ей тот же вопрос, он чувствовал, что для обоих это премьера.

— Хочешь еще? — спросила она.

Андрей ответил движением к ней. Теперь он не боялся брать на себя инициативу, он чувствовал, что так и надо. Он не вспоминал дурацких дворовых историй или кадров из взрослых фильмов, предпочитая самостоятельно осваивать новую науку. Он становился смелее. Он становился пьянее от ласк. Это было почти невинно. И в первый раз, это были только поцелуи. Хорошо, что родителей не было дома. Хорошо, что в тот день он не побоялся пойти на бой с ее одноклассниками. Мир соткан из синхронных случайностей, ведущих к заветной цели. Андрей ждал этого дня, он его заслужил.