Вадим Скумбриев – Метаморфозы сознания (страница 39)

Слухи о ковчеге разлетелись вокруг с ураганной скоростью. Со всех сторон к крохотному городку у космодрома валили толпы людей, только чтобы узнать: они остаются на Земле и никуда не полетят. Конечно, их хотели бы забрать с собой. Но законы физики неумолимы. Корабль рассчитан на две тысячи человек, и брать с собой хоть одного сверху означает поставить под угрозу весь проект.

Для них просто нет места.

Городок со стартовой площадкой и складами ракет обнесли стеной, защищаясь от отчаявшихся людей. Иногда те пытались прорваться внутрь, словно надеясь, что тогда их всё-таки посадят в ракету, но стук пулемётов быстро утихомиривал их.

Сгущались тучи.

Эта ракета была последней и потому самой сложной. Солдаты отступили к самому космодрому, обустроили импровизированное заграждение из бронетранспортёров и поставили автоматические пушки с датчиками движения. После того, как нескольких смельчаков изрешетило, едва те перешли невидимую черту, остающиеся просто сели на границе и молча смотрели на суетящихся техников.

С неба упали первые капли дождя.

Фиона заняла своё место. Она была пассажиром, и от неё не требовалось ничего — просто сидеть. Иллюминаторов в камере не было, но она знала, что снаружи всё так же сидят эти лишние люди — сидят и смотрят, как улетает ракета.

Им не оставалось ничего другого.

Полночь. Фрейя

Земляне сильно отстали от соперников в сфере изучения противника, но их путь развития гораздо меньше зависел от таких знаний. Чтобы разработать серьёзное биологическое оружие, нужно не только уметь собирать гены, как конструктор, нужно хорошо знать своего врага. А чтобы сбросить на него бомбу, достаточно лишь разбираться в физике и найти человека, умеющего водить самолёт.

Первый удар по врагу нанесли четыре дикоптера — это был тот самый остров, где погибли первые люди, и который изучала на своём подводном судне Снежана. Это не было эмоциональным решением: просто остров располагался ближе всего к Мидгарду и оказался очень удобен для отработки новых приёмов.

Разрывая воздух винтами, летающие машины неспешно приближались к цели. Пилоты молчали, лишь изредка связываясь с базой и уточняя координаты. Им не требовалось много слов. Не требовалось и много времени.

— Точки погружения установлены, — сказал командир звена.

— К пуску готовы.

— Первая посылка — пуск.

Под брюхом дикоптера взревело. Несколько томительных секунд, громкий плеск, и сверкающая серебряная стрела глубоко ушла в воду, взбудоражив окрестных рачков.

— Ожидание.

Четыре ракеты медленно опускались ко дну. Автоматические датчики бесстрастно следили за давлением снаружи, измеряя глубину погружения. Пять метров, десять, пятнадцать. Затем в какой-то момент давление превысило критическую точку — и остров вздрогнул. Тяжёлый удар вздохнул из глубины, взметая в воздух многометровый султан водяной пыли.

— Вторая посылка — пуск.

Ещё одна ракета вонзилась точно в центр острова. Миг — и на экранах шлемов полыхнуло невыносимым сиянием, далеко впереди оглушительно грохнуло, точно сотня великанов разом швырнула в воду по куску горы.

— Цель уничтожена, — бесстрастно сообщил командир.

Ракетный удар расколол остров на куски. Потерявшие общую опору, теперь они медленно переворачивались, поднимая огромные волны.

Акванты лишились одного из своих городов — первого, но отнюдь не последнего.

— Курс на базу.

— Принято.

Дикоптеры спокойно разворачивались, оставив позади гибнущий город.

Центр контроля биологических угроз, 24 июня. Фиона Кристофоретти

Работы навалилось столько, что вздохнуть свободно было нельзя, и всё же Фиона наслаждалась. Она даже не замечала очередного отсутствия Джеймса, улетевшего срочной миссией на одну из станций в компании какой-то смазливой девицы. Что они забыли на той станции — сверхразум его знал, но против обыкновения Фиона не стала задавать вопросов. У неё было чем занять голову.

Цивилизация аквантов по-прежнему оставалась для людей загадкой, и вывезенные солдатами с острова образцы лишь очень ненамного приподняли завесу. Можно было лишь точно теперь сказать, что прогресс чужих строился на биотехнологиях. Так что теперь Фиона занималась своим делом: изучала биологические конструкции, восхищаясь мастерством их создателей и чувствуя себя ребёнком, получившем конструктор на день рождения.

В отличие от человека с его возвратным нервом, слепым пятном в сетчатке и множеством других ошибок эволюции, здесь структура организма представляла собой поистине разумный дизайн.

Пойманные командой Джеймса медузы оказались идеальными лампочками. Электрические органы, наподобие органов ската, вызывали люминесценцию жидкости внутри, свет которой отлично проходил сквозь прозрачное тело животного. Щупальца-рецепторы на внешней оболочке воспринимали прикосновение пальцев, включая и выключая ток — Фиона с беззаботным восторгом проделала это раз десять, прежде чем с сожалением вернулась к работе. Ещё один рецептор позволял, судя по всему, выключить сразу все медузы-лампочки в комнате: он реагировал на распылённые в воде вещества.

Рот, желудок, несколько щупалец без каких-либо следов стрекательных клеток, мезоглея. Всё. Ничего лишнего. Живой источник света, и не больше того.

Инструмент для создателей.

Такими же инструментами, наверное, были и «рапторы». И тот левиафан, едва не потопивший «Сигюн». И птицы, сбившие их дикоптер. И много кто ещё. А если посмотреть на то, как отличаются между собой убитые акванты, возникает вопрос: может, настоящие правители по-прежнему остаются скрытыми, а это всего лишь их слуги?

На это Фиона не могла ответить.

Станция «Леонов», 24 июня. Виктория Орлова

Дикоптер приземлился мягко, как никогда прежде, но Вика почти не заметила этого. Её ждал разговор.

Все те жалкие крохи информации, которую ей с Петером удалось выудить из пленных аквантов, не шли ни в какое сравнение с аквантом, желающим говорить. Если Вике удастся создать лингвенсор между двумя языками, возникнет надежда договориться — надежда, убившая доктора Германа Цанна и его коллег.

Акванты уже погибали под ракетными ударами людей — возможно, именно поэтому из моря и вышел этот?

Только, подумала Вика, он всё равно опоздал.

— Прилетели, — объявил пилот.

Девушка отстегнула ремни безопасности. Её слегка мутило — Вика не любила летать. Было что-то неприятное во время полёта, какой-то безотчётный страх, затаившийся глубоко в душе. Фобия, а может, просто её комплексы. Она не знала наверняка, но летать всё равно боялась.

Сидевший напротив мужчина в военной форме улыбнулся ей и подал руку. Вика покачала головой. Капитан Гленн любезен, но она должна справиться сама.

— Вы же только вчера с задания, — сказала она, чтобы отвлечься от кружащейся головы.

— Для меня нынешний полёт — отдых после острова. Что-то вы бледноваты, док.

— Ничего, — Вика слабо улыбнулась. — Я могу попросить ваших солдат взять багаж…

— Тащите, ребята, — сказал Джеймс.

Двое солдат молча подхватили здоровенный ребристый ящик с ручками по бокам и понесли его наружу. Ящик весил, наверное, под двести килограмм, но мужчины остались бесстрастными, лишь индикаторы на экзоскелетах налились жёлтым. Капитан проводил их взглядом.

— Идёмте, док, — добавил он. — Нас ждут.

Вика молча подчинилась. Все её мысли блуждали, и девушка тщетно пыталась сконцентрироваться на том, что ей предстояло: контакт с инопланетным разумом. Настоящий, а не тот суррогат, которым она маялась последние дни. И всё же слишком много произошло — гибель доктора Цанна, нападение монстров, ранение Петера, а она никогда не умела сопротивляться стрессам.

Сейчас от неё требовали невозможного.

— Доктор Орлова? Капитан Гленн? — на лётном поле их уже ждал невысокий мужчина лет сорока на вид. — Я Жан Ренэ, начальник станции.

— Ведите, — коротко ответил ему капитан. Ренэ кивнул, и через несколько минут Вика уже смотрела на акванта.

Он был непохож на других — тех, кого девушка уже видела к сегодняшнему дню. У него было две руки, два глаза, простая зелёная чешуя, как у самой обычной ящерицы. И всё же это было разумное существо, аквант. Враг.

— Он просто вышел из леса прямо к нашим экологам, — рассказывал Ренэ. — Солдаты, конечно, сразу за оружие, но сержантом у них был Шарль, умный парень. Он и сказал не стрелять, а только взять на прицел. Аквант это увидел и жестами ему показал, что не воевать пришёл. Вот его сюда и притащили.

Разумеется, люди не поверили чужому. Акванта заперли в одном из помещений станции, приставив к дверям охрану и установив наблюдение. Тот, похоже, воспринимал это как должное. Ренэ немедленно отправил рапорт в Мидгард, и там среагировали так же быстро, прислав Орлову, Гленна и двух солдат, выступавших в роли носильщиков. Расторопность начальства привела Ренэ в восторг.

— Не знаю, что бы мы с ним делали, — говорил он, пока Вика изучала пленника на экране монитора. — Ему же есть-пить надо. Воду мы ему поставили, а подходит ли ему наша еда — один сверхразум знает.

— Мы привезли рыбу, которой они питаются, — отозвался Гленн. — Думаю, придётся потратить немало времени. Док, вы готовы?

— Вполне, — Вика оторвалась от экрана.

Они вошли в комнату-камеру вдвоём — она, в серебристом рабочем комбезе учёных, с прозрачным щитком, прикрывающем лицо, безо всякого оружия, и он — в армейском снаряжении и с автоматом наготове. Вика считала, что эти предосторожности излишни: пленник ведь сдался сам. Зачем ему нападать? А вид солдата мог напугать его и затруднить понимание. Но упрашивать Джеймса было так же бессмысленно, как пытаться уговорить булыжник на дороге.