Вадим Скумбриев – Когнитивная симфония (страница 11)

— Что со мной будет дальше? — спросил он, воспользовавшись паузой в очередном споре.

— Да ничего, по сути, — пожала плечами Соль. — Дадут работу, и будешь, как мы, от цикла к циклу.

— Скучно же вы тут живёте, — хмыкнул Андрей.

— Не без этого, — вздохнула Ми. — Тем более завидно слушать твои рассказы.

— У нас таким даже детей не удивишь.

— У нас тоже, потому что на Клэр нет детей.

— Что? — изумился пилот.

— Перед тобой — самые молодые граждане Клэр, — хихикнула Ре. — Нам всем — по двадцать два сверхцикла, и мы — последние рождённые здесь.

— Сверхцикла?

— Ну да. Есть цикл — это двадцать четыре стандартных часа, как на Земле. Но нужно отмерять и большие периоды времени. Месяц — он искусственный, а вот нормального года у Клэр нет. Поэтому придумали сверхцикл — триста шестьдесят дней.

Андрей прикинул в уме её возраст, получалось что-то около восемнадцати фрейских лет. Значит, инкубаторы здесь простаивали уже очень, очень долго.

— А... как же, ну, это, — он тщетно попытался придать голосу твёрдость, — семьи?

— Семьи?

— Ну, когда два человека живут вместе и у них появляются дети...

— У нас такого нет. Два человека могут оформить союз и сдать генетический материал, но детей воспитывают специалисты. То есть воспитывали.

— И вы никогда не знали своих родителей? — Андрей вспомнил свои размышления о клонировании. Если он прав, то неудивительно, но они ведь говорили обо всём социуме.

— А это обязательно? — удивилась Соль. — Зачем? С какой стати человек, не разбирающийся в педагогике, сумеет воспитать ребёнка правильно?

Пилот не нашёлся, что ответить. С одной стороны, слова Соль противоречили всем нормам, принятым на Фрейе. С другой — он встречал немало примеров, доказывающих её правоту. Когда из-за нерадивых родителей человек с прекрасными физическими данными вёл себя как последний урод.

— Ладно, девочки, — Ре поднялась и поставила чашку на стол. — Скоро период сна, мне думается, Эндрю стоит отдохнуть, у него и так сегодня день был насыщенный, — она подмигнула пилоту. — Завтра ещё пообщаетесь.

— Конечно, — Ми тоже встала и будто бы невзначай уронила на матрац какую-то пластинку. — Пока, Эндрю. Приятно было познакомиться.

— Пока, Эндрю! — Соль допила чай. — Знаешь, я рада, что ты не умер у меня в башне.

— А уж я-то как рад, — через силу усмехнулся Андрей, пытаясь прогнать мысли о семьях и клонах.

Они тепло попрощались второй раз, уже в коридоре, и взгляд Ми не оставил Андрея равнодушным. Он не сомневался, что на матраце ему оставили новую метку, только какой смысл? Вряд ли это новая записка. Или...

За девушками закрылась дверь. Андрей тут же прошёл обратно в комнату, подобрал пластинку, оказавшуюся картой памяти, и, сев на матрац, задумался. Карта ему была ни к чему. Нет, конечно, может, потом выдадут смартбрасер, и на записи обнаружится уже нормальное длинное послание, а не пара ничего не значащих слов, но до той поры флешку надо ещё скрыть. А уж Ре постарается её обнаружить, Андрей не сомневался.

В дверь тихо постучали.

— Это снова я, — в прихожую бочком шагнула Ре. — Ты ведь не думал, что я ушла со всеми и лишу тебя сладкого?

— Конечно, нет, — заставил себя улыбнуться Андрей, потому что именно на это он и надеялся. — Только зачем скрываться от подруг?

— А, да они если узнают, нафантазируют себе один сверхразум знает что, — отмахнулась Ре, проходя в ванную. — Лучше пусть думают, куда это я сейчас удрала и почему.

Карта памяти в кармане будто обожгла бок. Следовало её спрятать, только как это сделать в голой квартире? В матрац нельзя, ночью — или между циклами, как тут же поправился Андрей — его будут слишком активно использовать, и если в самый неподходящий момент Ре ощутит под задницей что-то твёрдое, вряд ли это ускользнёт от её внимания. В стол — тем более, ящики наверняка пустые, как межзвёздный космос, туда только загляни, сразу увидишь чужеродный предмет. А больше и некуда.

А потом сквозь доносящийся из ванной шум льющейся воды Андрей услышал звонок в дверь, и понял, что карту прятать не придётся.

— Открой, — раздался голос Ре, и душ смолк. Почудился или нет оттенок насмешки в её тоне?

Пришлось открывать.

— Привет, — тихо сказала стоявшая на пороге Ми. — То есть снова привет. Ты уничтожил записку?

— Да, — так же тихо ответил Андрей и бросил взгляд через плечо. — Слушай, сейчас не время. Ты оставила карту памяти, но посмотреть её я не могу...

— Приходи завтра в больницу, скажи, хочешь узнать результаты анализов... — Ми осеклась. Андрей снова посмотрел через плечо — позади стояла Ре, небрежно завернувшись в полотенце.

— Эндрю занят, дорогая сестра, — промурлыкала она, делая шаг вперёд. — Тебе придётся подождать своей очереди.

— Я... Я просто выронила в квартире у Эндрю свою карту памяти, — торопливо проговорила Ми. Андрей молча передал ей пластиковый квадратик. — Вот и вернулась за ней.

— Чудесно. Всё? Забрала?

Ничего не сказав, Ми поспешила закрыть дверь с той стороны, лишь кивнула напоследок Андрею. Что ж, подумал пилот, вот, наверное, и ответ, с чего это Ре так заинтересовалась им как мужчиной. Другой повод переночевать в его квартире придумать было сложно, а просто установить наблюдение — опасно: как ни старайся, но в этом пустом городе слежка будет заметна. Разве что делать это через камеры, но кто знает, каковы возможности у тех, с кем связана Ми? Спать под боком у объекта куда надёжнее.

И раз это происходит с первого же дня, значит, Андрей устроил в обществе Клэр настоящий, пусть и невидимый переполох.

— Только не говори мне, что предпочитаешь брюнеток, — Ре обняла его сзади за пояс и развернула к себе. — Я обижусь.

— Ни в коем случае, — здесь Андрею кривить душой не пришлось, Ре и впрямь была вполне в его вкусе. — Пока что я предпочитаю лично тебя.

— Как приятно это слышать, — пропела девушка, и полотенце словно само упало на пол. — Тогда, может быть, не будешь заставлять меня ждать?

Андрей не заставил.

Поначалу он ожидал от Ре какой-то каверзы и старался хоть как-то следить за настырной девицей, но та очень быстро проломила эту жалкую психологическую защиту, не оставив пилоту ни шанса совладать с собой. Каверзы так и не последовало, и когда уставшая девушка наконец уснула на его плече, Андрей ещё долго лежал и смотрел в потолок. На этот раз фальши он не углядел. Или же Ре действительно нравилось то, что происходило.

Почему бы, в конце концов, и нет.

Когда он проснулся, уже начался новый цикл, и Андрей мало-помалу начинал понимать ритм жизни этих людей. День и ночь для них имели совершенно другой смысл, чем для жителя Фрейи или другой планеты — на спутнике время текло иначе. Андрей даже выглянул в окно, чтобы лишний раз убедиться: Процион лишь слегка сместился на небе, став ещё ближе к Финну. Скоро должно было наступить очередное затмение. Наверняка когда-нибудь он привыкнет и к этому.

Ре, попрощавшись, ушла в какое-то «центральное управление» — на сегодня пилот был свободен. И собирался воспользоваться этой свободой, чтобы выяснить, наконец, чего от него хотят.

«Приходи в больницу», — сказала Ми. Слышала Ре их разговор или нет? Андрей склонялся к мысли, что всё-таки слышала. Такие люди ничего не упускают. Догадывается ли Ре о том, что Ми связана с местным подпольем? Тут Андрей затруднялся. Скорее всего, нет, иначе Ми давно бы арестовали. Но что он знает о местных спецслужбах? Это на Фрейе они комплектовались из профессионалов, обучавшихся под надзором бывалых вояк, некоторые из которых успели пострелять ещё на Земле. А кто числился в составе отряда колонистов, Андрей не знал.

Да и методы местных вызывали недоумение.

Странно, думал он, запирая дверь на кодовый замок. Если Ре оставалась с ним ночью для наблюдения, почему тогда сейчас она так легко убежала? Несомненно, в её действиях была своя логика, вот только увидеть её пилот не мог, а мог только предполагать. Например, что это всё не случайно и за ним установлена слежка с целью поймать на живца тех, кто попытается выйти на контакт. Следовало быть осторожным, но он специально предупредил Ре, что пойдёт в больницу узнать результаты анализов, просто на всякий случай, к тому же всё равно ему нечего больше делать.

Та согласилась и выдала Андрею смартбрасер — как оказалось, она должна была это сделать сразу же, но слишком увлеклась инопланетником. Андрей не сопротивлялся, хотя и понимал, что, скорее всего, устройство битком набито следящими программами, чипами, или что там безопасники используют. Отследить его точное положение без спутников, наверное, будет сложнее, а вот записать разговор — раз плюнуть. Значит, надо поостеречься.

Местный аналог Сети, к его разочарованию, оказался заблокирован — выдавать информацию власти пока не спешили. Браузер упрямо отвечал «невозможно загрузить страницу» на все поисковые запросы, работала только мобильная связь. Никаких текстовых файлов, никакой музыки или картинок, если не считать карту города. Рабочий инструмент, и ничего больше.

Браузер, кстати, старый добрый «Фокс», но именно что старый — такой дизайн ещё в детстве Андрея считался древним. Тридцать шестой год, сказала Ре. Вряд ли с тех пор здесь далеко продвинулись IT-технологии, и хотя скорость их развития сильно упала после отбытия с Земли, несколько десятков лет — срок немалый. А тут цивилизация будто законсервировалась. Да и зачем им разрабатывать новый дизайн браузера, если и старый вполне годится?