Вадим Сагайдачный – Рейд (страница 2)

Наконец, плюнув на свои сомнения, он достал флягу и глотнул воды с мыслью, что хоть покачался за счет временного глюка. И в этот момент до него вдруг дошло, что последний раз оповещения об опасности срабатывали час назад, когда все бодрствовали. Выходит, навык смолк, как только азиат и здоровяк уснули. Стало быть, кто-то из них или, скорее всего, они оба хотели прикончить остальных и забрать себе всю добычу.

Ошеломленный своим открытием, провидец привстал и потихоньку, боясь разбудить спящих, сделал шаг в сторону второго караульного, спеша ему все рассказать. Предстояло обсудить и решить, что делать дальше. Ведь когда эти двое проснутся, будет поздно. Азиат, а тем более здоровяк со своими высокими уровнями запросто разделаются с ними и заберут всю добычу. А потом… Вполне возможно снова схлестнутся — уже между собой. Пятьсот кристаллов — слишком большой куш, чтобы с кем-то делиться. За него запросто можно кинуть друзей.

Неожиданно из темноты раздалось:

— Погасни!

Светящиеся камни, работающие исключительно по команде, мгновенно исполнили приказ. В кромешной темноте раздались звуки рубящих клинков и крики.

Спустя минуту все было кончено.

Вернулась тишина, нарушаемая лишь звуками ночного леса.

Глава 1

Я сидел в кресле за письменным столом и в траурном настроении смотрел в экран ноутбука. В прошлый вторник окончилась моя учеба в университете. На одного дипломированного специалиста в области туризма в мире стало больше. В тот момент энергия во мне бурлила. Я был полон энтузиазма и с оптимизмом смотрел в будущее. Хотелось побыстрее начать работать и, конечно же, зарабатывать.

Тем же вечером я принялся шерстить сеть в поисках подходящих вариантов. Ничего не найдя, особо не расстроился. Утром подошел к проблеме с другой стороны — сам стал рассылать резюме, куда только можно. В сотни две адресов направил, не меньше. Естественно, одновременно с этим продолжал отслеживать вакансии, выставляемые работодателями.

И вот снова вторник, а у меня ничего. В сети по моему профилю вакансий как не было, так и нет, а на письма никто не ответил. От этого весь мой позитивный настрой угас. Единственное, почему я окончательно не впал в уныние, — двести кредитов, которые добавляют к стандартному размеру пособия по безработице тем, у кого есть высшее образование. А на семьсот кредитов уже можно сносно прожить месяц. Получается, что вроде не зря учился…

Год назад в университете нас обнадеживали. Всех выпускников обещали пристроить. Спустя полгода от сказанного уже открестились. Но я не отчаивался. На крайний случай надеялся устроиться хоть куда-нибудь, пусть даже простым гидом в захудалую турфирму или администратором в отель. Лишь бы шел стаж, и была возможность получить рекомендации для устройства в более перспективное место. Но нет, увы, — нет. Работники по моему профилю нигде не нужны. И это неудивительно. Сейчас разгар кризиса. Везде идут увольнения. Иногда массовые. В такой ситуации людям не до лишних трат на путешествия.

От безысходности я стал искать работу не по профилю. Быстро стало понятно, что в моем случае можно рассчитывать разве что на должность низкоуровневого клерка с зарплатой в тысячу, максимум — полторы. Для этого предстояло пройти еще довольно жесткий отбор.

Сквозь раздвинутые шторы в мою небольшую комнату попадают косые лучи утреннего солнца. Открытая створка окна запускает теплый воздух, пахнущий липой, ветви которой едва не касаются стекла.

У меня скромно. Справа от входной двери стоит высокий шкаф, почти на всю стену, слева — раскладной диван. У окна стол с креслом, где я сейчас разместился. На потолке торчит старенький 2D проектор, совмещенный с люстрой. Вот и вся обстановка.

В тишине сидеть уже тошно. Прикрыл шторы и с пульта включил для фона проектор. На стене над диваном появилось изображение ведущей новостного выпуска первого канала — красавицы Лены Роуз.

— …А я напоминаю, что сегодня парламент приступил к обсуждению скандального законопроекта о лишении пособия по безработице лиц, не достигших тридцатилетнего возраста. И с нами на связи автор этой инициативы — лидер партии «Возрождение» Алан Гилберт.

Я застыл.

Изображение шикарной брюнетки сменилось респектабельным политиком.

— О нет! Все совершенно не так! Сразу скажу — никто не собирается лишать безработных государственной поддержки. Хочу, чтобы зрители лучше поняли суть предстоящих нововведений, поэтому перейду от демагогии к конкретике. Пять лет назад, до начала кризиса, доля маргинальной части населения не превышала 1 процента. Эта цифра долгие годы была постоянной. Как бы ни было хорошо или плохо, часть людей, тем не менее, склонна к моральному падению. И мы ничего не можем с этим сделать. В первые три года кризиса показатель «падших» вырос до 2 процентов. Сейчас, спустя еще два года, мы имеем уже 6! И, что прискорбно, доля маргиналов продолжает увеличиваться. Вместе с этим неминуемо растет количество молодежи, вообще не стремящейся найти работу. Их устраивает, что можно пожизненно ничего не делать и получать пособие. Кто-то, наоборот, после обучения и приобретения специальности стремится найти достойную работу, но у него не получается. Тогда у такой молодежи, что называется, опускаются руки. Спустя полгода или год они уже ничего не хотят и порой скатываются вниз, пополняя ряды маргиналов. Это очень опасная тенденция. Как известно, безделье неминуемо ведет к деградации. Если мы сейчас не решим проблему занятости, то уже в ближайшие годы нас всех ждут проблемы, куда большего масштаба. Вплоть до вырождения!

— И что конкретно вы предлагаете? — скороговоркой поторопила политика ведущая.

— Я хочу правильно донести свою мысль, поэтому приходится немного отвлекаться. Итак, как известно, государство должно предоставлять людям возможность трудиться. Оно просто обязано заниматься этим вопросом. Но мы уже сейчас имеем тенденцию к сокращению рабочих мест. Не секрет, что еще лет десять, максимум пятнадцать, и трудоустроиться сможет лишь очень узкий круг лиц. Это будут одаренные люди либо попросту гении. Всех остальных заменит искусственный интеллект и робототехника. Наша партия видит выход из создавшейся ситуации в виртуальности. Мы предлагаем обязать наших граждан, получающих пособия, ежедневно проводить время в виртуальных мирах, где они будут вынуждены заниматься трудом.

— Заниматься трудом или играть? — журналистка нахмурила красивые брови.

— Если они захотят, то почему нет? Пусть играют. В остальном им придется трудиться, постоянно добывая для себя еду, одежду, кров и прочее. Это станет хоть какой-то альтернативой безделья. Мы предлагаем выплачивать безработным по 1 кредиту за каждый час, прожитый в виртуальном мире. Соответственно, чем больше времени они будут проводить там, тем больше смогут получить в реале. Это станет для нашего общества отличным лекарством от всяческих социальных болезней. Люди будут постоянно чем-то заняты. Только так мы сможем избежать деградации нашего общества…

Продолжая смотреть в экран, принимаюсь судорожно обдумывать предстоящее нововведение. И так на душе было паршиво, а теперь вообще все опустилось. Что такое 1 кредит за час пребывания в виртуале? В месяце примерно 720 часов. То есть мне, чтобы получить полагающиеся 700 кредитов, придется весь месяц сидеть в какой-нибудь виртуальной игрушке?!

Да они с ума сошли, что ли?!

Раздался стук в дверь, и в комнату вошла взволнованная бабушка.

— Алекс, ты слышал что придумали? Хотят молодежь лишить пособий!

— Да ладно, ба. Пока они обсудят, пока введут, пройдет куча времени. Я быстрее состарюсь, — специально произнес по возможности спокойным голосом, только бы она не волновалась.

— Обещают уже сейчас. Вот этой осенью ввести закон.

«Вот же суки!» — мысленно восклицаю я, однако вслух пытаюсь изобразить из себя истинного оптимиста:

— Ничего страшного. Может и к лучшему. Сидеть дома целыми днями и ничего не делать — тоже плохо. А так люди будут чем-то заняты. Все равно же обещают платить. Тебе чем-нибудь помочь? — спросил в надежде сменить тему.

Бабушка тяжело вздохнула.

— Вынеси мусор и купи хлеба, а то тебе обедать не с чем будет.

Выключил проектор, закрыл ноутбук, поднялся и поймал во взгляде бабушки подобие озарения.

— Я вот подумала, а может тебе в аспирантуру поступить?

— Поступить в аспирантуру? — переспрашиваю, а самого передергивает от одной мысли, что снова придется учиться. — У нас с этого года первые два курса полностью переводят на виртуальное обучение. А через два года, скорее всего, обучение полностью будет виртуальным. С зимы всех преподавателей просеивают через мелкое сито. Аспирантура — это точно не выход. Там нет перспективы.

Бабушка кивнула и снова тяжело вздохнула.

Пакет с мусором ждал меня в прихожей. Сейчас утро, начало одиннадцатого. Не хочу ни с кем пересекаться. Кого не встретишь, начинают доставать расспросами — как окончил учебу, да куда устроился. Как будто сами не знают, что сейчас творится с работой.

Улица встретила меня приятным ласковым солнцем и щебетанием мелких птиц. Не успел выйти из подъезда — сверху подлетел полицейский дрон. Опустился, завис на пару секунд в воздухе, метрах в десяти от меня, освидетельствовал личность и снова взмыл в небо. Похоже, опять на районе какой-то беспредел случился, раз дрон с утра пораньше нарисовался. Обычно летуны только по вечерам появляются.