Вадим Ряховский – Черный ландыш (страница 8)

– Колючий, а ты не знаешь? – шепотом спросила Белка сидящего рядом Ежика.

Тот оглянулся, не подсушивает ли кто, и так же тихо ответил:

– Наверно для зоопарков всяких, чтобы люди приходили и смотрели на них.

– А зачем…– опять зашептала Белка, но тут издали с окраины леса раздалось: «ку-ку… ку-ку» – это Кукушка заметила приближающуюся черную машину.

– Ты, Николай только аккуратно с ним, – сказал Борис Иванович, передавая своему товарищу Черный ландыш, – если сломаешь, меня моя Анфиса убьет, честное слово! Говорю ей, если боишься мне отдавать, так поехали с нами, из твоих рук Доберман цветок понюхает и сразу след возьмет. Нет, говорит, пусть здесь, дома нюхает, а в лес я не поеду. Нельзя, говорю, здесь, по дороге других запахов полно будет, не найдет Собака нужный. Кое-как дала.

Николай протянул своему крупному, черному с палевыми пятнами Доберману цветок и сказал:

– Нюхай!

Доберман повел носом и посмотрел в глаза хозяину.

– На, забирай, – Николай отдал цветок Борису Ивановичу. – а то правда убьет тебя твоя Анфиса. На меня смотрела как на врага, хорошо еще, что я Пса в машине оставил, не знаю, чтобы с ней было.

– Это все? – удивился Борис Иванович. – Он его даже не понюхал, неужели найдет?

– Найдет, – уверенно сказал Николай. – Ты просто моего Добермана не знаешь, он что угодно отыщет.

Он повернулся к Собаке и коротко приказал:

– Ищи!

Доберман неспеша пошел к лесу, мужики двинулись за ним. Где-то рядом раздалось громкое «ку-ку», «ку-ку», «ку-ку», «ку-ку».

– Странные какие-то у вас тут Кукушки, – идя за Псом, сказал Николай. – Мы пока подъезжали, она все куковала, и все по четыре раза. Она что, только до четырех считать умеет?

Николай так громко засмеялся собственной шутке, что Доберман остановился и посмотрел на него.

– Иди, иди, – приказал хозяин, – останавливаться команды не было.

Через минуту охотники за Черным ландышем вошли в лес. Солнце только всходило над горизонтом и здесь было сумеречно и прохладно. Доберман остановился и стал поводить носом во все стороны.

– Ищи! – снова приказал хозяин.

Доберман рванул вперед, Николай едва поспевал за ним. Тучный Борис Иванович сразу же отстал, через минуту он потерял своих спутников из виду и крикнул:

– Ау! Николай, вы где? Подождите меня!

В ответ где-то за кустами раздался треск, перепуганный вопль Николая, визг Добермана и громкий взволнованный крик Сороки. Потом Борис Иванович услышал, что Николай ругается и орет на кого-то, а его Пес только как-то странно скулит. Не понимая, что происходит Борис Иванович осторожно пошел вперед и…

На ветке большой ели перед ним сидела Сова. Борис Иванович раскрыл рот от удивления.

– Здравствуй, Борис Иванович, – сказала Сова. – Ждали мы вас. Я ведь тебе предлагала обменять второй Черный ландыш на остальных зверей, ты отказался. Теперь вором в лес крадешься, да еще товарища с Собакой в помощь позвал! Я думала, что с тобой можно договариваться, а ты, значит, так решил?

Борис Иванович постоял немного с открытым ртом, словно до него медленно доходило, сказанное Совой, потом сказал, почти извиняющимся голосом:

– Так сбежали ночью остальные звери-то, на что меняться?

– Хорек у тебя в машине в кошачьей клетке сидит.

Борис Иванович снова открыл от удивления рот:

– А ты откуда знаешь?.. А, понял! Волк тебе рассказал?

– Рассказал, – подтвердила Сова. – Значит так, Борис Иванович, теперь обмен будет другой – у тебя в плену наш Хорек, а у нас Николай с Доберманом.

При этих словах Борис Иванович не только в очередной раз открыл рот, но и выпучил глаза – такого поворота он никак не ожидал.

– Если тебе не жаль своего товарища и его Собаку, – продолжила Сова, – можешь разворачиваться и ехать куда хочешь. Но в этом случае ты в лесу будешь объявлен нежелательной персоной, все звери и птицы будут настроены на тебя как на врага. Все Змеи, Шершни и Слепни будут нападать на тебя, если ты только приблизишься к опушке…

Сова замолчала и внимательно посмотрела в лицо неудавшегося директора частного зоопарка:

– Рот закрой, Борис Иванович. Что-то ты неважно выглядишь.

Борис Иванович захлопнул рот так, что лязгнули зубы, и огляделся, словно опасаясь, что его тут же начнут атаковать всякие лесные гады.

– А какие еще варианты? – спросил он, наконец обретя дар речи.

– Обменяем Хорька на Николая и Добермана. Устраивает такой вариант?

Борис Иванович молча кивнул и снова огляделся.

– А где они?

– Тут рядом, в яме сидят. Яма не очень глубокая, но без моей команды им из нее не выбраться, их Медведь с Медведицей и Волк охраняют, да и другие звери тоже там собрались. – Сова засмеялась. – Вот уж никто не ожидал, что у нас тут будет лесной зоопарк с человеком и Собакой! Может, ты тоже хочешь посмотреть?

– Нет, не хочу, – замотал головой из стороны в сторону Борис Иванович. – А вы их точно отпустите?

– Ты отпускаешь Хорька, я даю команду зверям отойти от ямы, Николай с Доберманом сами из нее выберутся, и вы все вместе поедете домой. Ну что, договорились?

– Договорились, – сказал Борис Иванович. – Можно идти?

– Иди. Я прослежу…

Когда два Хорька выскочили из багажника черной машины Бориса Ивановича и со всех ног пустились в поле, Сова вернулась в лес. Возле ямы, действительно, собрались все звери, которых Сова видела ночью на Большой поляне, пришли и другие любопытные – весть о том, что в ловушку, устроенную Совой, попались человек и Собака быстро облетела весь лес.

Сова встала на краю ямы. Николай и Добермана испуганно переводили взгляды с нее на оскалившиеся морды двух Медведей и Волка.

– Так, Николай, – громко, чтобы всем было слышно, сказала Сова. – Сейчас я попрошу зверей отойти от ямы, ты со своим Псом вылезешь и спокойно выйдешь из леса, сядешь в машину, и вы сразу уедете, Борис Иванович вас ждет. В нашем лесу ни тебя ни твоего Добермана мы больше видеть не желаем.

– Ага, – крикнул за спиной Совы Заяц, – насмотрелись уже!

– Я понял, – сказал Николай. Он кивнул на Медведей. – Только эти пусть подальше отойдут.

Едва Николай и Доберман скрылись за кустами в направлении опушки, звери снова собрались возле ямы.

– Ну и ну, – сказал Ежик, – я даже не верил, что у нас получится! Как же ты, Сова все это придумала?

– Ну, придумала и придумала, – скромно ответила Сова. – Барсуку спасибо скажите.

– Спасибо, тебе Барсук, – Медведь хотел потрепать Барсука по загривку, но тот ловко увернулся от его тяжелой лапы.

– Не за что, я же не один копал. Да тут даже не копать надо было, а старую заброшенную нору пошире сделать. Сова подсказала.

Белка спустилась в яму, вернулась с раздавленным и разорванным почти в клочья Черным ландышем, положила его на краю ямы и вздохнула:

– Жалко цветочек! А я ведь раньше на них и внимания-то не обращала, думала, что никакой пользы от них нет.

Прилетела Кукушка и закричала:

– Сова, машина в обратную сторону поехала, а ты мне не сказала, сколько раз надо куковать, когда она отъедет.

– А ты что, все это время на Кривой сосне просидела? – удивилась Лиса.

– Конечно. Сова мне сказала там сидеть, за машиной следить, я и сидела.

– Молодец, – похвалила ее Сова. – Ты все правильно сделала, следить больше не надо.

– А чего тут было? Я опять все пропустила. Этот Борис Иванович Хорьков выпустил, ну ты, Сова, там в это время тоже была, потом пришел второй мужик с Собакой, оба побитые какие-то, сели в машину и уехали. Вы чего тут с ними сделали?

– Второй мужик с Собакой вот в этой яме сидели, – стал объяснять Заяц. – А Медведи с Волком их не выпускали, пока Хорьков не выпустили, понятно тебе?

– Ничего мне не понятно! Зачем они в яму-то полезли?

Звери засмеялись. А Лиса сказала: