Вадим Попов – Шаман (страница 34)

— По лифту сверху не шарахнут?

Капитан Ежи опасливо посмотрел в потолок. Фрида мотнула головой.

— Все продумано: заднюю стенку шкафа ни бластер, ни гранатомет не возьмет.

— Видать, с характером жены попадаются — прокомментировал Аккер.

— А то ж… Ты и не представляешь, Аккер, насколько прав, — Фрида подняла лицо к потолку и добавила: — Хвала Аллаху, что это случилось днем, и никто из девочек еще не подошел.

Лифт остановился, створки кабины открылись. Фрида захлопнула за ними вторые створки из толстой стали и активировала электронный замок.

Яр огляделся. Они были в небольшой комнате с узкой койкой, простым деревянным столом и парой стульев. Внешняя металлическая дверь была заперта на несколько замков. Фрида открыла висящую на стене аптечку, усадила Ларса на койку и начала сноровисто бинтовать ему голову. Нинель намочила кусок ваты перекисью водорода и принялась смывать кровь с лица вышибалы.

— Куда дальше? — спросил Аккер.

Фрида полюбовалась свежей повязкой и ответила:

— За дверью выход в тоннели под шоссе минус третьего уровня. Доведу вас до выхода. Я с Ларсом к своему адвокату. Полиция уже наверняка на месте, и я общаюсь с копами по официальным поводам исключительно через него. А вы куда?

— Мы еще не решили… — начал Яр, но его перебил капитан Ежи.

— Да чего тут решать, — сказал он зло. — Не те мы люди, чтобы в кустах отсиживаться. Аккер? Нинель?

— Я «за», — сказал Аккер. — К тому же, если мы не распутаем эту историю, чувствую, так и будем всю жизнь в подполье жить да от бластеров уворачиваться.

— «Сердцу не мила война, да сама к тебе пришла», — произнесла Нинель с грустью. — Ладно. Десант от боя не бегает. У меня нет причин не верить Яру, и пока это так — я в игре. Куда мы теперь, Яр?

Яр помолчал, куснул нижнюю губу и сказал:

— Нам нужен корабль.

Интерлюдия вторая

Вертун, Убийца и Кемаль

1

Кабинет главы ордена Креста и Полумесяца освещал лишь торшер возле письменного стола. В его красноватом свете бледное лицо Сергея Вертуна казалось румяным, а сгустившиеся в глазных впадинах тени выглядели подвижными сгустками мрака.

— Я сочувствую вашей потере, но не понимаю вашего интереса к контексту конкретных акций. Знаете, — Убийце показалось, что сумрак в глазницах сидящего за столом мечтательно заклубился, — мне всегда казалось, что работа наемного убийцы хороша некоей оторванностью от общего хода бытия: получил заказ, выполнил, забрал деньги. Поэтому мне непонятны ваши вопросы, но если вы хотите ответов… Первоначально ликвидация Гриднева была запланирована, потому что его надо было заставить молчать. Но сейчас кое-что изменилось… и теперь он нужен нам в роли живого беглеца, а не молчаливого мертвеца.

Вертун рассмеялся.

— А вот всю эту компанию рядом с ним надо было проредить, что вы и сделали… к сожалению, не до конца. Этот военный жив. Почему?

— Несчастный случай.

Голос исходил из глубокого кресла, откуда поднимался сигаретный дымок.

— Нет, уважаемый Убийца, произойди с ним по-настоящему несчастный случай, он был бы в морге, а не в больничной палате.

— Он не выкарабкается.

— Хотелось бы верить.

— Из-за Гриднева я потерял напарницу… хорошую напарницу… И я хочу завершить то, что не доделала она.

— Ваша напарница не должна была ничего делать.

Теперь Вертун почти шипел, с какого-то момента Убийце стало казаться, что зубы его собеседника издают едва слышное клацанье при каждом слове.

— Я сожалею о ее смерти. Но! Ваша напарница не смогла пятничным вечером в центре города ни оторваться от преследования, ни остановить своего преследователя. И насколько показывают магазинные камеры наблюдения, ваша напарница сорвалась и разбилась в лепешку по собственной небрежности. И если вы больший профессионал, чем ваша напарница, вы отправитесь в больницу к этому майору и закончите недоделанное дело. А если вы попытаетесь устроить вендетту из гибели вашей напарницы, то… не мне вам напоминать, кем вы работаете и на кого.

На сей раз смех Вертуна прозвучал зло.

— Люди вашей профессии вместе с работой часто теряют возможность дышать… Так что ступайте и займитесь делом. Надеюсь, одолеть раненого на больничной койке вы сможете без психотехника? А потом вам подберут новую Удачницу… или Удачника. Я вас больше не задерживаю.

— Зачем вам этот ярранский шаман?

— Не по чину вопросы, Убийца!

Внезапно Вертун рассмеялся и добавил:

— Смотрите новости. Свободен.

Худая фигура в плаще поднялась из кресла и шагнула к столу. Убийца последний раз затянулся сигаретой и тщательно раздавил ее в пепельнице, стоявшей перед Вертуном. Затем он выдохнул в сторону струю дыма, внимательно посмотрел в лицо начальника, молча развернулся и вышел.

2

Сергей Вертун встал, почти вскочил из-за стола.

— Приветствую нового гроссмейстера ордена! И не смею занимать ваше рабочее место.

Бекир Кемаль опешил.

— Уже? Так быстро? — с некоторым недоумением спросил он.

Вертун повел головой в сторону объемника, работавшего с выключенным звуком, и ободряюще улыбнулся молодому мужчине в форме лейтенанта гвардии.

— Ну, в общем, да. Я жду только известий в прессе, чтобы собрать совет ордена для голосования и запустить подготовку к вашей утренней пресс-конференции.

— А где… Томео Хига?.. И как?..

Сергей Вертун скорбно склонил голову.

— Насколько мне известно, он был убит на вечерней прогулке в своей резиденции. Согласно завещанию гроссмейстера, ваша кандидатура — номер один. А согласно проведенному мной, гм, опросу, голосование за вас будет единогласным.

— Отрадно слышать, — кивнул Кемаль и слегка приосанился. — Убийца задержан?

— Увы, нет. Но уверяю вас, это только вопрос времени. Это тот самый предатель человеческой расы — шаман с Ярры. Охрана уже опознала его по фотографии. Он проник на территорию резиденции и, воспользовавшись желанием гроссмейстера совершить вечернюю прогулку в одиночестве, без охраны, напал на него. Томео Хига перерезали сонную артерию одним из этих ярранских каменных когтей. Улика осталась на месте преступления, Гриднева уже опознали по фото несколько охранников, видевших его бегство. Состав преступления налицо. А если прибавить к этому похожее убийство на Беловодье, совершенное, по всей видимости, тоже им… Затем погром здесь, в Нант-Петербурге, сначала в «Елисеевском», а затем в одном из публичных домов Квартала Шепотов, устроенный бандой Гриднева… И наконец, убийство нашего любимого магистра… Словом, опасность и неуравновешенность этого человека, если можно его так назвать, налицо. Я думаю, сейчас он стремится как можно быстрее покинуть планету.

Бекир Кемаль сел за стол главы ордена и с серьезным выражением лица сказал:

— В таком случае, думаю, стоит помочь органам правопорядка поскорей его задержать?

Слегка улыбнувшись, Вертун ответил в своей обычной мягкой манере:

— Ни в коем случае не рекомендую, ваше превосходство. Задержание его на планете может быть сопряжено с ненужными жертвами среди гражданского населения. Думаю, его побегу с Метрополиса не будут особенно препятствовать, это же не фронтирная зона, и орбитальным службам здесь свойственны лень и потеря бдительности. Скорее всего, он будет взят вместе с сообщниками на орбите при посадке на корабль, в крайнем случае — в открытом космосе мобильными частями орденского корпуса.

Кемаль едва заметно напрягся.

— Живым или мертвым?

— Теоретически, ваше превосходство, живым. Но думаю, что на практике… учитывая особую опасность как Яра Гриднева, так и его группы в целом…

Собеседники переглянулись.

— …думаю, «живым» — это нецелесообразно. По моему мнению, ради этих подонков не стоит рисковать жизнями солдат ордена.

Бекир Кемаль кивнул.

— Вы совершенно правы.

— Кстати, ваше превосходство, как вы смотрите на то, чтобы нам с вами совместно написать посмертную биографию нашего дорогого Томео Хига? В конце концов, кто лучше нас с вами знал нашего дорогого…

В этот момент объемник включил звук, и Вертун взмахом руки прервал беседу, чтобы посмотреть выпуск новостей.

3

Ранним утром Убийца сидел за столиком первого открывшегося в такую рань кафе на площади Королёва и задумчиво любовался поднимающимся из-за домов густым столбом черного дыма. Вдали завывали пожарные сирены. Похмельный официант лениво расставлял стулья. Убийца доел яблочный штрудель, выпил капучино и, несмотря на раскалывающуюся голову, с наслаждением затянулся сигаретой. Убийца не торопился — он предвкушал маленькое удовольствие, известное каждому подчиненному. Испортить настроение нелюбимому начальнику — это всегда приятно. Какой бы ты ни был профессионал — нечего зазнаваться перед теми, кто ниже тебя по должности. Он активировал закрытый канал связи и позвонил.