Вадим Панов – suMpa (страница 63)

Италия, Рим июль 2029

Могло показаться, что в Стамбуле ничего не изменилось, ведь Орк принял решение докопаться до правды еще в Коста-Рике и лишь подтвердил его Мегере. Но в действительности Бенджамину вновь пришлось делать серьезный выбор: сможет ли он довериться загадочной сестре Беатрис? Самому известному хакеру планеты. Фанатичной противнице системы.

Женщине, которую он однажды убил.

– Как вы сумели нас обмануть? – спросил Орк.

Спросил под утро, после того как они записали первый ролик. Бобби, бурча что-то о «взбалмошных бездельниках», отправился спать, а они остались на балконе. Сидели, курили, потягивали виски, иногда о чем-то говорили, больше молчали, то ли думая, то ли отпуская переполненные событиями дни, и наблюдали за тем, как рассвет неспешно разгоняет стамбульскую ночь. Короткую, потому что лето в разгаре.

Вот тогда Орк и вернулся к вопросу, на который Мегера не ответила при первой встрече.

– Ты спрашиваешь о Париже? – лениво спросила девушка. Она закинула длинные ноги на перила балкона, откинулась на спинку кресла и выглядела весьма привлекательно, даже несмотря на мешковатую одежду.

– Да, о Париже, – подтвердил Бен.

– Произвело впечатление?

– Разумеется.

– Это было довольно сложно, но, как видишь, мы справились.

Эрна оглядела свой стакан, обнаружила в нем немного виски и одним глотком отправила янтарный напиток по назначению. И вновь уставилась на пролив.

– Ждешь, чтобы я назвал тебя гениальной? – догадался Орсон.

– Тебе сложно? – капризно осведомилась девушка.

– Ты гениально меня обманула, а теперь я хочу знать, как это у тебя получилось.

– Я не чувствую искренности в твоих словах.

– Попытайся ее представить.

– Ты упрямый… – Мегера улыбнулась, но все-таки рассказала: – Главная проблема заключалась в том, что у нас было очень мало времени.

– Откуда оно вообще у вас появилось? – тут же спросил Бен. – Это была секретная операция, о ней знали только я, генерал Стюарт и министр обороны.

– Министр оказался слабым звеном и сглупил, слив информацию в Сеть.

– Ты взломала сайт министерства? – прищурился Орсон.

– А ты этого еще не понял?

С одной стороны: чего еще ожидать от лучшего хакера планеты? С другой, самое очевидное из всех возможных объяснений вызвало у Бена скепсис, однако он оставил его при себе. И улыбнулся:

– Есть сайты, которые ты не успела взломать?

– Хранилища гей-порно.

– Ты выросла в моих глазах.

– Неужели? – Она подняла брови, словно удивляясь дремучей гомофобии Бена, протянула ему стакан: – Налей! – И продолжила: – Открою тайну: по всем правительственным ресурсам бегают незаметные сетевые роботы, которые ищут упоминания о нас. Твой обожаемый министр не сдержался и похвастался предстоящей поимкой президенту…

– Тупой гражданский, – пробормотал Орк, не испытывающий теплых чувств к политической фигуре, назначенной командовать военными пару лет назад.

– Ага, – защищать министра Эрна не собиралась. – Он кинул президенту письмо по Сети, мы его перехватили, хотели сбежать, но вы уже блокировали зону, вот и пришлось выкручиваться.

– Я видел тебя мертвой, – тихо сказал Бен, припоминая Мегеру: разъяренную, с фанатично горящими глазами, сумевшую превратить свой страх в ярость.

– Ты видел меня с детонатором в руке, – уточнила Эрна. – Собственно, взрыв – это единственное, что там было настоящим, все остальное – высококлассная графика. Ты не видел меня. Ты не видел моих ребят. Мы показали вам кино.

– Не может быть, – помотал головой Орк. – У военных, агентов GS, полицейских… в общем, у всех ребят, которые занимаются государственной безопасностью, прошиты высококлассные lookTrue-приложения. Отправляясь в рейды, мы запускаем их в обязательном порядке и видим все так, как есть на самом деле, без «обложек». Нас нельзя обмануть.

– Можно.

– Нельзя.

– Уже можно, – медленно ответила Мегера, поигрывая тяжелым стаканом. – Технология отработана и кое-где запущена в тестовом режиме. А в настоящее время «Iris Inc.» готовит массовое внедрение новой OS, приложения которой будут создавать дополненную реальность такого уровня, что сквозь нее сможет смотреть только «GeniusM». Собственно, поэтому тебе и приказали меня убить.

Она допила виски, поднялась и, не прощаясь, ушла в спальню.

Из Стамбула они полетели в Рим. Паника, вызванная Первой Вспышкой suMpa, постепенно сошла на нет, пассажирское сообщение восстановили, их чипы не вызывали подозрений, и путешественники спокойно добрались до Италии.

Постоянно натыкаясь на надписи:

Теперь наклейки всюду: в маленьких кафе и дорогих ресторанах, в музеях и магазинах, на вокзалах и в аэропортах. А для людей с красными цифрами над головой предназначались отдельные залы ожидания, отдельные вагоны, отдельные самолеты и настоятельные рекомендации не выходить на улицу, поскольку полицейские не могли уследить за всеми хулиганами, бандитами и теми, у кого взорвавшиеся олдбаги убили родных.

Военные на улицах.

И намного меньше улыбок.

Орку доводилось бывать в Риме, правда, только по работе, но он запомнил добродушие и расслабленность итальянцев, на нервы которых, похоже, совсем не действовали толпы туристов. В памяти Рим остался жарким, красивым и веселым, а теперь Бен нашел его только жарким и красивым. Привычное настроение куда-то подевалось.

Впрочем, так можно было сказать обо всей планете, которую накрыла suMpa.

Однако насладиться красотами Вечного города у них не получилось: разместившись в отеле, путешественники сразу отправились на встречу с лидерами outG, за каждым из которых стояли мощные хакерские группировки. Мегера и Бобби позвали только тех, в ком не сомневались, кто гарантированно не служил корпорациям или правительству и славился непримиримостью.

Мегера и Бобби организовали первую в истории конференцию цифрового сопротивления.

Большая часть участников вышла на связь по Сети, для чего в подземный, полностью экранированный бункер провели кабель. Бункер, кстати, оказался мрачным и сырым, и, как подозревал Орк, его выкопали еще во времена Римской империи, после чего забыли по причине неудобного и слишком глубокого расположения и вспомнили только теперь, в эпоху вездесущей ar/G. Помимо Орка, Челленджера и Эрны, в Рим явились четверо европейцев. К некоторому удивлению Бена, появление воскресшей Мегеры они встретили достаточно сдержанно – видимо, самим доводилось пускать полицию по ложному следу сообщением о смерти, а вот на толстяка уставились во все глаза.

– Тот самый Челленджер? – тихо спросил француз у более осведомленного испанца.

– Да, – подтвердил тот.

– Создатель «FakeNews Corp.»?

– Канал у него крутой, – признал осведомленный. – Но сам Бобби еще круче. Он – последний оставшийся на свободе евангелист «Time Anarchy», радикального движения, отколовшегося от «NetFreedom». Те ребята так досадили корпорациям, что их даже на службу не переманивали: был отдан приказ на уничтожение. Бобби ищут до сих пор, в девятнадцати странах выписан ордер на его арест… Без срока давности.

– Круто.

– Еще как.

Француз был не прочь продолжить беседу, но Мегера громко произнесла:

– Добрый день!

И совещание началось.

– Я рада приветствовать вас, друзья, после столь долгого перерыва.

– Я сильно удивился, увидев, кто подписал приглашение, – не стал скрывать представляющий Сингапур Хо из своего монитора. – Думал, это ловушка.

– Все так подумали, – поддержал коллегу Жюль. В отличие от китайца, француз присутствовал на встрече лично и не забыл прикоснуться к руке Эрны. – Чертовски рад тебя видеть, красавица.

– Взаимно, Жюль.

– Еще не передумала?

– Я всегда буду испытывать к тебе дружеские чувства.

– Мы собрались под слово Бобби, – хмуро произнес Безымянный, русский хакер с левого монитора. – Решили, он придумал нечто новое, но сюрприз удался. Рад, что ты жива, Мегера.

– Мы все рады, – добавил Регги.

– Спасибо, ребята, – улыбнулась Эрна. – Как вы наверняка понимаете, решение спрятаться было вынужденным: я готовила новый проект, а заниматься серьезным делом будучи мертвой намного удобнее – никто не отвлекает и не дышит в затылок.

– Что придумала? – осведомился Хо.