Вадим Панов – suMpa (страница 101)
Орк улыбнулся и мягко нырнул, скрывшись под темной водой.
А за ним последовало Солнце.
Палата была просторной, вмещала в себя не только стандартную больничную кровать, но и «уголок для посетителей» с двумя креслами, небольшим диваном, столиком, книжным шкафом и мини-баром, заботливо пополняемым по мере необходимости. Большая ванная комната, рядом с ней – большая гардеробная. Скорее всего, апартаменты предназначались для старших офицеров, но сейчас были отданы в полное распоряжение Орка, превратившись в странную смесь больничной палаты, гостиничного номера и тюремной камеры. Окна без решеток, но створки не открываются, а стекло бронированное, не всякая противотанковая ракета возьмет; двери металлические, всегда блокированы, в коридоре два охранника; активная система РЭБ «гасит» любую связь и любые автономные устройства, скрывая правду о самом известном преступнике планеты. Вся информация – только из официальных новостей, в которых говорится, что полковник Бенджамин Орсон пребывает между жизнью и смертью.
– Как будто кот Шредингера, да? – рассмеялся А2, разваливаясь в кресле. – Никто не знает, что с тобой происходит.
– Ты знаешь, – заметил Орк, устраиваясь напротив.
– Да, я знаю.
Несколько секунд мужчины пристально смотрели друг другу в глаза, после чего А2 произнес:
– Меня зовут Александр Адам Феллер. Помимо всего прочего, я владею компанией «Iris Inc.».
– Прежде чем мы заговорим о том, ради чего ты явился, я хочу знать, почему Эрна меня избегает?
А2 вздрогнул.
– Кто такая Эрна?
Орк поморщился:
– Пожалуйста, не оскорбляй меня. Я знаю, ты считаешь меня не очень умным человеком, но… Не настолько же.
Еще одна короткая пауза, во время которой удивленный Феллер просчитывал возможные варианты развития разговора, выбрал оптимальный и очень серьезно ответил:
– Эрна боится.
– Я ее не трону.
– Она не этого боится, тупая ты обезьяна, – прежним, непривычным для себя серьезным тоном, к которому крайне редко обращался, продолжил А2. – Эрна боится, что твоя любовь к ней превратилась в ненависть.
– Нет! – машинально сказал Орк. Тут же отшатнулся, признав, что продемонстрировал слабость, но Феллер никак на это не среагировал. Феллер продолжил смотреть на Орка, и тот криво усмехнулся: – В том числе ты пришел узнать, как я к ней отношусь…
– Я не самый простой человек на Земле и, разумеется, не самый хороший, но Эрне я желаю только добра, – А2 потер бороду. – Ты под мое определение добра не попадаешь никак, но она тебя любит, уж не знаю за что, и я не собираюсь мешать.
Они снова помолчали, а затем Феллер сказал:
– Угости меня виски, в баре должен быть очень хороший.
И Орк подчинился, потому что, в конце концов, он был хозяином, а виски действительно был великолепен. Да и настало время выпить.
– Зачем я понадобился? – спросил Бен, сделав первый глоток. – Ведь ты можешь нарисовать все, что пожелаешь, создать виртуальную личность любого уровня и превратить ее в фигуру планетарного масштаба. Зачем понадобился я?
– Орки съедят любую ложь, а инвесторы – нет, на них работала GS, на них работали все спецслужбы мира, и они без труда вскрыли бы виртуала, – объяснил А2, задумчиво разглядывая стакан на просвет. – Тот факт, что я их обманул, не говорит о том, что стратегические инвесторы идиоты, – просто я оказался умнее. И в своей игре я должен был опираться на настоящего человека, не имеющего ко мне никакого отношения: на человека сильного, упрямого, с подтвержденной историей, которая вызовет сочувствие орков. На человека, из которого, как ты правильно выразился, я смог бы вылепить фигуру планетарного масштаба.
– Как же я попал в поле зрения?
– Случайно, – ответил Феллер, глядя Бену в глаза. – Можешь не верить, но я даю слово, что Сара погибла случайно. И только затем мои скауты наткнулись на тебя, и ты подошел по всем параметрам.
– Значит, это ты уничтожил мою семью?
А2 неопределенно пожал плечами и сделал глоток виски.
Для человека, который разрушил мир и убил миллионы человек, смерть одной женщины не являлась чем-то важным, но при этом… При этом Орк неожиданно понял, что не считает сидящего напротив мужчину чудовищем. В А2 не было ненависти, агрессии, садистского желания убивать – не было ничего, кроме космически холодного безразличия и абсолютной уверенности в собственной правоте.
Перед Орком сидел фанатик.
– Почему меня не убили? Я сыграл свою роль и должен был погибнуть в бою с властями.
– Эрна попросила не трогать, – честно ответил Феллер. – Хотя, конечно, имело смысл свернуть тебе шею.
– Чтобы замести следы?
– Я не преступник, – веско произнес А2. – Я строю новый мир, и миф, который станет его фундаментом, должен быть безупречен.
И эти слова, произнесенные спокойным, чуточку отстраненным тоном абсолютно убежденного в своей правоте человека, взорвали Бена.
– Новый мир?! – почти выкрикнул он. – Ты обрушил все, что еще держалось, создал хаос и развязал войны по всей планете. Ты превратил стариков в добычу, ты…
– А чем это должно было закончиться?
И негромкий вопрос стал иголкой, которой Феллер лопнул надутый до последнего предела шар Бенджамина.
– Что закончиться? – глупо спросил Орк.
– Предыдущая версия цивилизации, – ответил А2, позабыв посмеяться над недогадливостью собеседника. – Или ты думаешь, мы с Паркером случайно совершили открытие? Работа над созданием наноэкрана велась целенаправленно с того самого момента, как стало понятно, что smartverre не обеспечивают требуемый инвесторам уровень контроля. Я поставил на Паркера, Арчер – на другую лабораторию, дядя Сол – на третью, но мы с Филипом пришли к финишу первыми, поэтому появилась «Iris Inc.». И другой корпорации не будет.
– Почему? – вырвалось у Бена. – Вдруг кто-то из инвесторов разработал систему, которая превзойдет открытия «Iris Inc.»?
Несколько секунд Феллер смотрел на Орсона, как на таракана, который неожиданно заговорил, после чего поинтересовался:
– Ты когда-нибудь слышал о Теории опережающих технологий? – И, не дожидаясь ответа, продолжил: – Византия начиналась тяжело, но появились катафракты, и империя надолго стала грозой соседей. В XIX веке китайцев было чудовищно много, но англичане привезли пулеметы, с помощью которых в буквальном смысле слова усеивали поля сражений мертвыми телами. Сербские сепаратисты могут сколь угодно кичиться своей доблестью, но неядерный удар с современного спутника способен создать кратер на месте любой горы, и этот факт удерживает их от необдуманных действий. Опережающие технологии гарантируют успех, но требуют колоссальных вложений. Я взял у инвесторов гигантские даже по их меркам деньги и обеспечил «Iris Inc.» непреодолимый технологический отрыв от конкурентов. – Он улыбнулся. – Раньше властители собирали земли, теперь – технологии. Именно из них я построю будущее.
– И каким оно будет?
– Не таким, как сейчас.
– А… – Орк хотел спросить о чем-то другом, но мысль насчет технологий не отпускала. – А что будет, если вдруг явится гений и взломает тебя?
– Где гений получит образование? – с неподдельным интересом осведомился Феллер. – Современная наука давно превратилась в разновидность магии. Например, для того чтобы хотя бы в общих чертах понимать, о чем говорит Паркер, нужно учиться не менее пятнадцати лет. Оглянись вокруг: много ты знаешь таких людей? Современные «программисты» работают по шаблонам, складывают домики из кубиков, которые мы им подсовываем, и уверены, что ведут цивилизацию вперед. Все их «прорывные» стартапы – это возня в песочнице. Люди, способные осознать колоссальные возможности OS «suMpa», я уж не говорю о том, чтобы превзойти их, должны учиться этому годами, а доступ к знаниям мы контролируем давно и плотно, ведь в знаниях – залог нашего превосходства. Так что нет, друг мой, я не боюсь, что однажды чертиком из коробочки выскочит гений и взломает меня. Такое попросту невозможно.
Эта фраза стала самой страшной из всех, что услышал Орк от Феллера.
– Таким ты хочешь сделать будущее? Кастовое общество, в котором судьба любого человека определена еще до его рождения?
– Это не мой замысел, – А2 грустно улыбнулся. – Я прекрасно понимаю твое сложное отношение ко мне, но я не «черный властелин», а меньшее зло. Абсолютная власть требовалась инвесторам для создания рая – рая для них и их детей. Проект «Elysium» должен был поглотить мир, окончательно превратить планету в собственность элиты, правящей небольшим количеством вечно молодых и абсолютно послушных подданных. Потребление ресурсов снизится. Экология восстановится. Воцарятся благоденствие и покой. Им казалось, что проект «Elysium» вознесет цивилизацию на вершину, но я решил, что он станет тупиком. И начал войну.
– Ты убил миллионы людей!
– Они были обречены, – пожал плечами Феллер. – Зато остальные остались свободными.
– Свободными от чего?
– Просто: свободными, потому что свобода – это абсолют.
И снова – непробиваемая убежденность в правоте. Но не слепая вера в выдуманную догму, а четкое и неукоснительное следование хладнокровно разработанной концепции.
– Что дальше? – устало спросил Орк.
И услышал неожиданно искренний ответ.
– Я хочу к звездам, – тихо сказал Феллер, глядя на собеседника через стакан. – Я хочу в дальний космос. Хочу своими глазами увидеть то, о чем мечтал, читая в детстве книги. Я хочу…