Вадим Панов – Продавцы невозможного (страница 82)
— Здесь полно отморозков!
— Кимура! Не ходи!
— Я ее не оставлю!
Кимура бросился за Патрицией.
— Что случилось? — Рус отвлекся от проповеди, крутанул головой, словно стряхивая морок, и тоже повернул: — Куда они?
Матильда крепко взяла друга за руку.
— Останься со мной!
— Что? — И увидел страх в ее взгляде. Страх за него. — Мата, что происходит?
Опешил, осторожно разжал сдавившие предплечье пальцы, но не отступил, напротив, встал чуть ближе, обнял подругу за плечи.
— Объясни!
— Не ходи, — попросила девушка. На ее глазах выступили слезы. — Не ходи.
— А Кимура?
— Это его выбор.
Он догадался, прищурился, взгляд стал жестким:
— Кимура…
— Это его выбор, — повторила Матильда. — Пэт его не звала.
Охраняющие VIP-гостей замбийцы не стали для Пэт преградой. Не могли стать.
Ей не требовалось смотреть на руки, чтобы сложить нужную последовательность рун. Ей не требовалось шептать заклинания, чтобы пробудить древнюю силу — она сама была ею, сама была силой. А руны — лишь клавиатура невероятно мощного компьютера.
Патриция остановилась в шаге от замбийского дьякона и, глядя ему прямо в глаза, произнесла:
— Немедленно отправьте боевые группы к четвертому и девятнадцатому посту, там засели снайперы.
Это был не гипноз, это был полный контроль, бьющий не только по дьякону, но и по всем, кто стоял рядом с ним.
— Да, мэм, — послушно кивнул замбиец.
— А сами проведите меня к сцене.
— Да, мэм.
Люди внимали баварскому пастырю с таким вниманием, что Таллеру оставалось лишь скрипеть от зависти зубами: его собственные проповеди, несмотря на все усилия, такого интереса не вызывали. И даже Ахо уступал Джезе в ораторском искусстве.
«А ведь он действительно достоин белой мантии настоятеля, — вздохнул Таллер. — По-настоящему достоин».
Жаль, что столь перспективный архиепископ поссорился с Ахо. Очень жаль. Папа Джезе мог бы поднять Католическое Вуду на небывалую высоту.
«Они ее слушаются!»
Кимура не знал, что думать. Он ожидал, что охранники задержат Патрицию, начнут расспрашивать, а получилось как-то совсем странно. Девушка подошла к здоровенному, черному, как смоль, замбийцу и отдала приказ. Приказ! Кимура не слышал слов, но видел лица и не сомневался, что Пэт распоряжалась, а замбиец внимал.
«Невероятно!»
Выслушав девушку, дьякон принялся связываться с кем-то по рации и одновременно повел Пэт по направлению к сцене.
«Скорее!»
Кимура подбежал к охраннику и указал рукой на Пэт:
— Я с ней!
Монахи переглянулись.
— Первая группа?
— Подтверждаю готовность.
— Вторая группа?
— Подтверждаю готовность.
Ребята у Инки что надо, пусть и не выдающиеся хунганы, но сильные, и на Ахо они работали не первый день. В его личной беспощадной гвардии, в тайном клане, спрятанном внутри Ордена Замби. Карающая длань Вуду готовилась отсечь от дерева гнилую ветвь.
— Тридцать секунд. Отсчет пошел.
Четыре длинных ствола повернулись к сцене. А в перекрестьях четырех оптических прицелов появился высокий светловолосый мужчина в фиолетовой сутане архиепископа. Белая надежда Католического Вуду.
Они были рядом, и они… Они не были простыми убийцами.
Джезе слишком силен, чтобы на его устранение отправили заурядных киллеров. К тому же он на территории собора, в самом логове духов Лоа, а значит… Значит, пришли те, кого духи не тронут.
Мгновение, и весь замысел цветком раскрылся перед Патрицией.
— Что группы?
— Еще не вышли к постам, — доложил дьякон.
— А посты?
— Говорят, что все в порядке.
— Или их купили, или там уже другие люди.
— Я вам верю, мэм.
«А что тебе еще остается?»
От снайперов Джезе уклониться сумеет. Даже сейчас, распаленный речью и чувствующий только толпу, он все равно остается великим хунганом. Он уловит опасность и не позволит себя убить. Телохранители тут же утащат его со сцены, и… и попадут в засаду. Все правильно: основной удар убийцы планируют нанести за сценой, когда внимание службы безопасности будет приковано к поиску снайперов.
— Пэт!
— Какого черта?! — Девушка ответила так резко, что Кимура вздрогнул.
— Мне сказали, он с вами, мэм, — насторожился дьякон.
— Пэт, что происходит?
— Приготовьте оружие.
— Да, мэм. — Дьякон извлек из спрятанной под рясой кобуры «дыродел». — В кого стрелять?
Патриция быстро оглядывала стоящих за сценой людей.
«В кого?»
Все — хунганы или мамбо. Все — на своей земле, под защитой духов Лоа. И это покровительство позволяет им прятать истинные чувства. Внутри закипает сила, руны сошлись в следующую последовательность, наполняют мощью, но против кого ее использовать?
— Пэт…
— Кимура, твою мать! Марш в угол и постарайся остаться в живых, понял?!
С площади донесся истошный визг.