Вадим Панов – Продавцы невозможного (страница 70)
«Поэтому я психую».
И снова дружелюбное согласие: да, именно поэтому.
Сегодня Сорок Два возьмет у мира то, что ему нужно. Сегодня расплывчатое «нейкист» окончательно трансформируется в «последователь Сорок Два». Сегодня будет проведена черта, и каждый ответит на вопрос: приветствует он новый мир или нет?
Сегодня все изменится.
Или все рухнет.
«Дьявол добился чего хотел — заставил меня начать войну. Без сделки я бы никогда не решился на акцию».
Не бросил бы вызов миру. Прятался бы в подвале, снабжая последователей пустым Словом. И старел, с горечью ощущая, что наступление Эпохи Цифры объявит другой.
«Похоже, Всадник, ты лучше меня знал, что время пришло».
Сорок Два погладил «раллер». Посмотрел на свое отражение — энергичный, предельно собранный мужчина, — улыбнулся и вставил психопривод в «балалайку».
— Начинаем!
— У нас повсюду «поплавки», — добродушно сообщил Мозель, ожидая, когда откроется тяжеленная дверь. — Сами понимаете — тритоны. Перекрестные проверки, постоянный поиск вредоносных программ, машинисты работают круглосуточно, но ведь все мы знаем, что Сорок Два — гений. Нужно постоянно быть начеку.
— В нашей организации его принято называть террористом, — холодно поправил начальника охраны биржи офицер Европола.
— Конечно, — не стал спорить Мозель. — Но кто виноват, что у него голова работает лучше любого компьютера? Да вы и сами все знаете, прикидываетесь только.
— Мне не нравится наш разговор, господин Мозель. Складывается впечатление, что вы романтизируете преступника.
— Я говорю то, что есть, — ответил начальник охраны. — А на мой счет не волнуйтесь, господин полковник, у меня все в порядке. Я свои обязанности знаю.
Вторая подряд бронированная дверь закрылась за их спинами, и офицеры оказались в святая святых — хранилище Алмазной биржи.
— Как видите, все в порядке.
— Да уж… — Полковник внимательно оглядел помещение, после чего сделал пометку в коммуникаторе — «балалайку», следуя правилам безопасности, он оставил наверху. — Похоже, придраться не к чему.
— «Поплавки» «поплавками», но единственный способ уберечься от тритонов Сорок Два — не пускать их в сеть, — усмехнулся Мозель. — Хранилище полностью отрезано от внешнего мира. Живем, как на Станции.
— Преступники могут пустить нужную программу изнутри, — заметил полицейский.
— Именно поэтому «балалайки» остаются наверху, — подмигнул ему начальник охраны.
— Вы забыли о коммуникаторе. — Крюгер кивнул на свой компьютер. И вытащил пистолет: — Встаньте, пожалуйста, лицом к стене.
— Но…
— Мы знали, что вы сидите, как в подводной лодке, поэтому не стали ломать биржу. Подделали документы и приехали к вам под видом проверки.
— Черт! — Начальник охраны выругался, но тем не менее послушно повернулся к стене. — Вам не выбраться.
— Программы, господин Мозель, программы, которые я слил из коммуникатора, — напомнил Крюгер. — Ваша сеть уже стала нашей.
— Вы понимаете, что это значит? — негромко спросил председатель совета директоров.
— Вирус проник в систему несколько дней или даже недель назад, — со спокойствием, которое давалось ему очень и очень нелегко, произнес начальник технического управления. — Сегодня его активизировали, и все переводы отправились в неизвестном направлении. Параллельно он перехватывал ответные сигналы от получателей и генерировал ложные подтверждения трансакций. Тревога началась после телефонного звонка из Мадрида…
— Вы понимаете, что это значит?
— Понимаю, — кивнул технарь. — Из нас выудили чуть меньше ста миллионов.
Южноамериканский сервер dd размещался в деловом центре Анклава Рио и прятался под личиной небольшого банка, обслуживающего частные инвестиционные проекты. Такая легенда позволяла Восемьдесят Три жить на широкую ногу: квартира в престижном районе, дом на побережье, в тщательно охраняемой зоне, дружба с серьезными людьми… Не с верхолазами, конечно, но в местную элиту Восемьдесят Три входил. В офис приезжал исключительно в лимузине к одиннадцати утра. Важно шествовал в кабинет, небрежно роняя на пол пепел сигары, а день начинал с чашечки кофе…
Если не было плохих новостей, разумеется.
— По всему миру?
— Долбит так, будто завтра ему не жить, — подтвердил Санчес, правая рука лидера южноамериканского куста dd.
— Согласен, — весело протянул Восемьдесят Три. — За такие фокусы с него точно шкуру спустят.
— С него и раньше спустили бы, — мрачно заметил Санчес. — Если бы могли достать.
— Теперь достанут, — пообещал Восемьдесят Три. — Теперь точно достанут.
Уделив паническим новостям еще несколько секунд, он потер руки: «Мерзавец сам себе выкопал могилу», улыбнулся и открыл «раллер».
— Посмотрим, что у нас… — И побледнел. — Санчес!
Помощник дернулся к монитору, замер и крепко выругался, таращась на опустевшие строки показателей основных счетов.
— Сорок Два нас ограбил!
Войти в хранилище оказалось проще, чем из него выйти. Впрочем, Крюгер не думал, что операция пройдет легко, и блефовал, демонстрируя Мозелю уверенность в благополучном исходе.
Хотя сначала все шло по «плану А».
В тот самый момент, когда Мозель повернулся лицом к стене, ломщики Красной атаковали биржу, отвлекая внимание машинистов от вышедшей из-под контроля внутренней сети. Шести с половиной минут цифрового сражения хватило Крюгеру и его ребятам, чтобы поднять наверх и погрузить в броневик наиболее интересное содержимое хранилища. За это время программа сформировала ложное сообщение о рейсе броневика, которое позволило распахнуть внутренние ворота, а вот дальше…
Ян рассчитывал, что отсутствие начальника охраны и попытка взлома сети вызовут некоторую растерянность, однако заместитель Мозеля оказался парнем толковым и вполне самостоятельным. Получив сообщение об атаке ломщиков, он немедленно запустил режим «крепость», запрещающий кому бы то ни было покидать территорию биржи, и вызвал полицию. Пришлось воспользоваться «планом В».
Вторая группа снесла внешние ворота выстрелами реактивных гранатометов и тут же вступила в перестрелку с подоспевшими патрульными.
Рабочее место Двадцать Пять находилось не в отдельном кабинете, а в главном зале, среди столов остальных машинистов, в непосредственной близи от тех, с кем он когда-то начинал.
«Мы делаем одно дело, — любил повторять лидер дальнеазиатского куста. — Мы — вместе».
Вместе работаем, вместе обедаем, вместе делим «синдин» и громко хвастаемся успешными операциями. Вместе.
— Банковское хранилище в Мельбурне! Около тридцати миллионов наличными…