Вадим Панов – Красные камни Белого (страница 73)

Ответ менсалийцам не понравился, и следующий вопрос задал Курт:

– И что?

– Ничего, – вяло ответил Старк.

– Может, тревогу объявим?

– Ветка хрустнула примерно в ста шагах отсюда, за мостом, который у нас как на ладони, так?

– Так.

– И для чего поднимать тревогу? Мы знаем, что спорки вокруг нас. И догадываемся, что сегодня они пойдут воевать. Так что сиди спокойно, менсалиец, жди.

Курт хотел возмутиться, указать наглому игуасцу на место, но, подумав, решил не нарываться. Секач к следопытам относился с уважением, а Секач не тот человек, которого можно злить. К тому же Берт сказал, что все предусмотрено и нужно лишь не облажаться. Хорошо сказал, ипать его через корягу, сам-то в глубине остался, на передовую не полез…

Курт тихонько вздохнул.

Пикет перед мостом Секач снял, пулемет и прожектор распорядился переместить в надвратную башню, в которой оставил восемь караульных, включая Курта и Старка. Сказал, что через мост пойдет ложная атака, и много народу для ее отражения не понадобится. Всех остальных бойцов Берт поделил на две смены и отправил на стены. На двух ключевых башнях велел установить прожекторы и пулеметы, входы в них приказал завалить мешками с песком – на всякий случай, – а часовым на галерее велел быть готовым к сюрпризам.

Секач ждал спорки на стенах, а Курту пообещал, что его, в случае проблем, прикроют галаниты. Те еще вояки, ипать их через корягу, у которых даже танк не заводится.

– Теперь слышал? – Нервный поежился. – Кажется, совсем рядом хрустнула.

– Не рядом, но ближе. – Старк открыл глаза, поднялся и подошел к парапету.

– Чего забеспокоился? – осведомился Курт, кладя руку на карабин.

– Спорки выросли в этих лесах, знают их, как свои пять пальцев. Один раз они могли случайно наступить на сухую ветку, но дважды… – Игуасец покачал головой. – Они хотят, чтобы мы прислушивались к происходящему в лесу.

– Почему? – спросил нервный.

– Потому что ползут к нам по скале! – рявкнул Курт.

А в следующий миг на площадку влетели три динамитные шашки.

Никогда раньше ахадирским спорки не доводилось воевать. Между собой они не сражались, а пределы Ахадира не покидали. Боевой опыт был у тальнеков, что сопровождали Старшую Сестру в путешествиях по Герметикону, но в ночной битве они не участвовали.

Спорки ничего не знали о тактике горной войны, которую преподавали в военных академиях, но все они были опытными охотниками и понимали, что лучший способ взять зверя – обмануть его. А поскольку чужаков спорки считали опасными животными, то и действовали охотники привычным образом.

Десять лучших лучников отправились на Храмовую гору ждать цеппель. Били длинные луки на пятьсот-семьсот шагов, и Енер не сомневался, что его ребята обязательно достанут огромную сигару. Ну а дальше в дело вступят динамитные шашки.

Фечер и полтора десятка воинов поднимались по отвесной террасе. Они должны были завязать бой на стенах и тем отвлечь защитников от ворот, которые готовились атаковать двадцать охотников. Но не просто атаковать, подставляясь под пулеметный огонь. Ведь чем больше сюрпризов получит зверь, тем лучше, а потому Енер и еще пятеро смельчаков готовились расчистить им путь.

Они тоже поднялись по отвесному обрыву террасы, но вдали от Фечера, максимально близко к мосту. Бесшумными тенями подкрались к надвратной башне, затаились, а в тот самый миг, когда на стенах поднялась тревога, швырнули на площадку три динамитные шашки. Три взрыва слились в один, и половина выставленного Бертом поста перестала существовать.

Пыль еще не успела осесть, а Енер и два его помощника уже карабкались наверх, на галерею, спрыгнув с которой, бросились открывать ворота.

– Тревога!

Баурда выскочил из дома, на ходу снимая карабин с предохранителя. Первое, что увидел – распахнутые ворота и пылающую над ними башню. Обернулся – на террасе дальней стены идет бой, и сразу понял: караул погиб.

– Пулемет!

– Уже!

Двое менсалийцев подтащили резервный «Шурхакен» и врезали по втекающим внутрь спорки. Мгновением раньше из-за дома выкатился «Макнаут», а еще через пару секунд установленный на крыше прожектор осветил двор. Два ствола: «Шурхакен» и танк, не позволили нападавшим быстро углубиться в комплекс, и спорки стали растекаться между домами.

– Хотели обмануть, чтоб меня разорвало! – заорал подоспевший Секач.

– Я думал, ты на стене, – крикнул Дан, уверенно сняв из карабина прячущегося за колодцем спорки.

– Я везде, – хохотнул Берт. – Кто проипал ворота?

– Курт, – доложил какой-то менсалиец.

– Где он теперь?

– Был в башне.

– Значит, отправился к Праведникам. – Секач прищурился. – Баурда, отправляйся на стены, а я закончу здесь.

– Наблюдатели докладывают, что внизу перестрелка, – сообщил старпом поднявшемуся на мостик капитану. – Очень оживленная.

– Как я и думал. – Вандар зевнул. – Спорки не удержались и сами себе подгадили.

– Чем подгадили? – не понял подошедший Осчик.

Галаниту не спалось – возбуждение, охватившее его при разгроме поселка, не ушло, перед глазами то и дело вставали картины разрушения, и Вальдемар без сна ворочался в постели. Вот почему он подскочил, едва услышав шаги капитана, торопливо оделся и бросился на мостик – Осчику очень хотелось еще одной битвы. А точнее – еще одного массового, безнаказанного убийства, и расстрел подбирающихся к храму спорки был бы кстати.

– Чем они себе подгадили?

– В храм полезло ополчение, которое накапливалось в окрестных кустах с момента нашего прилета, – объяснил Вандар. – Вчера мы их разозлили, и они решили подохнуть, не дождавшись подкреплений.

– Их могут быть сотни.

– Да плевать, чтоб меня манявки облепили! Чем больше, тем лучше.

«Сотни…»

Воображение услужливо продемонстрировало Осчику сладкую картину: склон горы, скрытый спинами беззащитных спорки, и красные пятна, что оставляют на них пули «Шурхакена». Кровь, смерть, вопли и наслаждение… Как там, у поселка…

– Мы должны помочь ребятам отбиться! – решительно заявил Вальдемар.

Но капитан лишь зевнул в ответ:

– Мы болтаемся в половине лиги над ближайшей вершиной, и меня это вполне устраивает. Я не хочу рисковать цеппелем.

– А если станет плохо?

– Если станет плохо, Секач даст красную ракету.

Но плохо не стало.

Выстрел.

Мимо!

Тут же последовал еще один, потом сразу два, и лезущий на стену спорки с криком полетел вниз.

Баурда вставил в карабин полную обойму и огляделся в поисках новой цели.

– На обрыве пусто, – доложил Курок, медленно водя по скале лучом прожектора. – Спорки кончились.

Ответить Дан не успел – с соседней башни по прожектору ударил пулемет, и пули заставили игуасцев залечь.

– Здесь их мало, – пробормотал Баурда. – Ложная атака.

– Но кое-что они сумели.

– Угу.

Поднявшиеся по отвесной скале спорки захватили одну из двух укрепленных башен – караул проспал, – и тут же затеяли огневую дуэль со вторым «Шурхакеном», успевая поливать свинцом засевших в соседних домах менсалийцев. Дело могло принять дурной оборот, однако спорки было слишком мало, и развить успех им не удалось.

– Прикроешь?

– Зачем рисковать? – удивился Курок. – Долго они не продержатся.

– Затем, что нужно их кончить, – жестко ответил Баурда. – Чем больше спорки ляжет сегодня, тем меньше придет завтра.