Вадим Панов – Красные камни Белого (страница 32)

Горы, горы, горы…

Вандар приказал над ними не подниматься, идти к храму, прячась между скалами, где любой внезапный и достаточно сильный порыв ветра мог бросить огромный цеппель на скалу, а потому на мостике царило напряжение.

Самый опытный рулевой, предельно сосредоточенный и мрачный, вцепился в штурвал и не отрывал взгляд от лобового окна. Вандар ушел в машинное отделение, а вот Осчик решил остаться на мостике. Во-первых, ему было интересно, а во-вторых, капитана сменил Петер Хеллер, с которым Вальдемар давно хотел побеседовать.

Некоторое время старпом крутился поблизости от рулевого, внимательно следя за его работой, но потом подошел к стоящему у бокового окна галаниту.

– Любуетесь?

– Скучаю, – негромко ответил Вальдемар. – На аэроплане мы преодолели бы это расстояние гораздо быстрее.

– В горах нужно быть осторожным.

– Самолет не так сильно боится ветра, как цеппель.

– Вам доводилось летать?

– Разумеется.

– И как?

Аэропланы появились в Герметиконе недавно, и цепари еще не знали, как к ним относиться. С одной стороны, астринг на них не установишь, а значит, крылатые машины проигрывали цеппелям в главном – в умении прыгать от звезды к звезде. С другой, те, кому довелось полетать на шустрых самолетах, отмечали совершенно особые ощущения, которые им довелось испытать.

– Они быстрые и маневренные, – усмехнулся Осчик. – Рано или поздно они вытеснят цеппели.

– Аэропланы не умеют зависать. И берут мало груза.

– И на них не поставишь астринг, – махнул рукой галанит. – Я все это знаю, Петер, но остаюсь при своем мнении. Цеппелям останутся переходы, а на планетах будут править аэропланы. В этом нет никаких сомнений.

– Или паровинги.

– Аэропланы!

– Но почему?

– Потому что двигателям внутреннего сгорания нужен бензин, а не Философский Кристаллы. Аэропланы и автомобили позволят человечеству выйти из-под власти алхимиков Герметикона.

– Разве мы в их власти? – недоуменно спросил Хеллер.

– Конечно! – с жаром ответил Осчик. – Представь себе, что Герметикон перестанет поставлять Кристаллы. Что станет с экономикой?

– Они не прекращают поставки.

– Пока. – Осчик вздохнул. – Но их невидимые пальцы лежат на нашем горле, Петер. Рано или поздно Компания сбросит это иго.

«Как когда-то Галана избавилась от адигенов», – едва не ляпнул Хеллер.

О кровавой бойне, которую устроили пожелавшие «освободиться» галаниты, знал весь Герметикон, однако вспоминать ее не рекомендовалось – злопамятность обитателей Галаны вошла не в одну поговорку.

– Вам виднее, синьор Вальдемар.

– Да, Петер, мне виднее, – не стал спорить Осчик. После чего покосился на занятого рулевого, убедился, что тот не подслушивает, и спросил: – Скажи, только мне показалось, что Жак проявил странную лихость? Насколько я понимаю, капитан обязан думать о безопасности экипажа и цеппеля.

– Мы занимаемся рискованным бизнесом, синьор Вальдемар. И капитан довольно широко трактует понятие «безопасность».

– Как тогда, когда он заставил астролога построить переход в неизвестный мир?

– Мы уходили от погони.

– Он рискнул вашими шкурами.

– Окажись мы в руках лингийцев, за них бы не дали и гроша, синьор Вальдемар. Нас всех повесили бы.

– То есть ты – убежденный сторонник слепого подчинения?

– Кому?

– Мы просто разговариваем, Петер, обсуждаем твои взгляды на жизнь, – улыбнулся Осчик, проклиная про себя тупость дунбегийца. – Они мне интересны.

– А почему я стал вам интересен, синьор Вальдемар?

– Потому что Компания огромна, Петер. Мы ведем дела по всему Герметикону и заинтересованы в помощи толковых людей.

– Таких, как Вандар?

– Менее наглых, – очень тихо произнес Осчик. Выдержал короткую паузу, чтобы смысл ответа дошел до старпома, и легко продолжил: – Возвращаюсь к вопросу: только мне показалось, что капитан проявил странную лихость?

– Хотите сказать, что разочарованы его действиями? – До Хеллера наконец-то дошел намек галанита.

– Немного удивлен. – Осчик вздохнул. – К тому же из наших отношений почему-то исчезла былая искренность. Капитан не доверяет мне, что обидно, и даже сверхважное дело его не оправдывает. На кону большая сумма, но ведь это не повод лишать доверия старого друга, не так ли?

– Вы были друзьями?

– Хорошими знакомыми.

– А на что может рассчитывать ваш друг, синьор Вальдемар?

Рыба проглотила наживку.

Осчик задумчиво потер подбородок и веско, но несколько пространно ответил:

– Как показывает опыт, каждому человеку что-нибудь нужно, у каждого есть заветное желание. Кто-то хочет стать знаменитым, кто-то – богатым… Вопрос в том, что не всегда мечты можно реализовать собственными силами, и тогда на помощь приходят друзья.

– Возможности которых позволяют осуществить заветное.

– Ты схватываешь на лету, Петер, мне это нравится. Мне вообще нравятся умные люди, но, к сожалению, в наши дни они встречаются крайне редко.

– Согласен.

«Какой же ты кретин!»

– Вандар очень серьезно относится к экспедиции, – помолчав, произнес Хеллер.

– Я заметил.

– Он говорит, что мы заработаем полмиллиона цехинов.

– Но и команда велика, не так ли? Сколько у вас людей? Тридцать? Сорок?

– Теперь пятьдесят.

– Получается весьма скромно.

Тут Осчик погорячился: десять тысяч цехинов – сумма внушительная, с ней вполне можно уйти на покой. Но галанит хотел ослепить старпома, и ему это удалось.

– Вынужден признать вашу правоту, синьор Вальдемар, – пробормотал Хеллер.

– Вандар не дурак и тоже все понимает, – продолжил Осчик. – Вот и получается, что у капитана есть два выхода: или потратить колоссальную премию на развитие бизнеса, например, на приобретение списанного импакто. Или же постараться обмануть команду и присвоить деньги.

– Каким образом? – заволновался Хеллер. – Вандар вам что-то говорил? Намекал? От него можно всего ожидать.

– Ты весьма умен, Петер. В некоторые моменты мне кажется, что я разговариваю сам с собой.

– Что говорил Вандар?

– Гораздо важнее то, о чем сейчас говорим мы, Петер, – жестко произнес Осчик. – Я лично считаю, что рискованным бизнесом следует заниматься до определенного предела. Нельзя всю жизнь грабить цеппели и бегать от военных. Умный человек постарается накопить капитал, после чего раздобудет чистые документы и отправится в какой-нибудь тихий мир на заслуженный отдых.

«Ты ведь этого хочешь, да?»