Вадим Панов – Костры на алтарях (страница 21)
Вим рывком вернулся в кухню, увидел человека, выпрыгнувшего со второго этажа, — черный комбинезон, наномаска и рюкзак за спиной.
«С добычей?»
Но почувствовать злость не успел, выстрелил первым, сразу с двух рук, через стекло.
Не попал.
Человек оказался привычным. Не испугался ни звона разбитого окна, ни свиста пуль. Остался на ногах, развернулся и полоснул по окну из «дрели».
«Браунинги» против автомата? Увольте. Дорадо бросился на пол под какофонию лупящих по медным кастрюлям пуль, а когда вскочил на ноги, то увидел лишь метнувшуюся через забор тень.
— В доме кто-то был! Он пытается прорваться в лес! — На голос накладываются звуки выстрелов, какие-то невнятные крики. — У нас раненый! Двое раненых! Рашида в голову… Насмерть!
Дом патрулировали обычные полицейские, снятые с дежурства и отправленные в «краткосрочную командировку» работяги. Они, конечно, не отступят, постараются выполнить долг, но противостоять команде профессионалов не смогут. Упустят.
«Но хоть на что-то они способны?»
— Задержать! — прорычал Хамад.
— Мы пытаемся!
«Сядьте им на хвост, потяните время, пойдите за отступающими бандитами! Мы скоро будем! Мы скоро!!»
Спецназовцы, вопреки всяким правилам, уже сняли автоматы с предохранителей. Ерзают на местах, угрюмо прислушиваясь к разговору. Им не терпится в бой. Они понимают, что опаздывают, и бесятся. Но бесятся внутри, в душе, в ребятах накапливается злоба, и когда Хамад даст команду, они бросятся на бандитов, подобно спущенным с цепи гончим…
«Собаки! Надо было взять собак!»
Но кинологи только-только покинули Мюнхен, будут на месте не раньше, чем через полчаса.
«Время, проклятое время! Будем надеяться, что полная блокада района принесет плоды».
Аль-Гамби аккуратно вскрыл пачку жвачек, положил в рот пластинку и поинтересовался:
— Сколько человек прорывается из дома?
— Кажется, один!
— Один?!
— Стоять! Полиция!
Какая теперь разница, кто вы такие? Попадаться нельзя ни в коем случае.
Вим выстрелил не оборачиваясь, на слух, краем сознания зафиксировал вскрик — «попал!» — и тут же бросился вперед, вдоль сарая. Перепрыгнул через ограду, присел и перезарядил пистолеты. Полицейские справа и слева. В атаку не идут, понимают, что впереди у беглеца открытое пространство до опушки. Выжидают, потому что время работает на них.
Время, проклятое время!
«Три, два, один! С Богом!»
Вим вскочил на ноги и, разведя в стороны руки, открыл беспорядочный огонь. Пули должны заставить полицейских пригнуть головы, искать укрытие. Сколько у него будет секунд? Три? Пять? Главное — вперед. Возможно, расстояние окажется слишком большим для прицельного огня.
Пистолеты замолчали примерно на половине пути. Дорадо машинально сбросил опустевшие магазины, но перезаряжать оружие не стал. Все его помыслы были сосредоточены на беге.
«Вперед! Вперед!! Вперед!!!»
— Я его вижу!
Полицейские выскочили из укрытий еще до того, как у Вима закончились патроны. Они не были спецназовцами, но прекрасно понимали, что убегающий человек неспособен вести прицельный огонь. И они были очень злы. Они преследовали убийцу, на совести которого смерть нескольких коллег! Он не должен уйти!
Полицейские выскочили из укрытий и помчались за Дорадо. Они не были спецназовцами, а потому не сразу сообразили, что по ним ведется огонь. Упал один. Споткнулся? Рухнул как подкошенный второй. Разлетелась голова третьего!
— Его прикрывают!
Преследователи бросились на землю.
Человек в армейском камуфляже отложил винтовку и растворился среди деревьев.
Вим так и не понял, что именно позволило ему уйти.
Первое правило беглеца: «Беги, пока есть возможность. Беги, пока не перестанешь слышать дыхание преследователя или огонь не станет слишком прицельным. Беги!»
Поэтому Вим не остановился, даже оказавшись среди деревьев. Время играет на полицейских, и если сейчас они, по каким-то неведомым причинам, не сидят у него на плечах, этим надо пользоваться. Другого шанса не будет.
Пулей преодолел заросли, выскочил на дорогу и…
— Сорок Два! Я крепко влип!
Переднее колесо «Ауди» оказалось спущенным.
— Что значит: «был кто-то другой»?! — заорал старик.
— Не могу знать, — пролепетал Ван.
— Кто этот «другой»?!
— Не могу знать!
— Идиот!
Ляо понимал, что теряет лицо, что полковник не виноват, что Ван не руководил операцией, он лишь принес дурные новости, но ничего не мог с собой поделать — орал. Сначала весть о гибели Урзака, теперь — сообщение о том, что его книга пропала. Два тяжелых удара в течение нескольких часов — слишком много даже для столь выдержанного человека, как Ляо. Ван, которому еще ни разу не доводилось видеть начальника в таком состоянии, заметно съежился.
— Откуда вы знаете, что был «другой»?
— Так доложил наш dd.
— Он разглядел противника?
— Черный комбинезон, наномаска — стандартный набор наемника.
— Может, это был полицейский?
— Он сбежал до появления полиции.
— Агент СБА?
— Мы можем только гадать, — развел руками Ван.
Полковник понял, что гроза миновала, генерал взял себя в руки и больше не будет орать, обвиняя его во всех прегрешениях.
«Ну, погоди, старый хрыч! Я тебе это припомню!»
— Что нам известно? — мрачно поинтересовался Ляо.
— Наш dd доложил, что действовал в строгом соответствии с планом. Он прибыл к дому Банума через семь минут после получения сигнала, но все равно опоздал — прямо перед ним книгу захватил другой человек.
— Который тоже сумел пройти в дом.
— Так точно.
— Нет, не точно. — Ляо побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — Не точно, а почти невозможно.
Ван промолчал.