Вадим Оришин – Мертвец Его Величества Том 2 (страница 48)
Тех, что подавались на мою территорию, приходилось брать, вязать, и перемещать в спешно создаваемый концентрационный лагерь. Не путать с концлагерем, где уничтожают людей, нет, я до такого не докатился ещё. Просто организовал временный лагерь, за
Появились и армии, на всех пяти дорогах сразу. Встали лагерями, даже рвы подняли в мою сторону, явно магией. Серые сходили на разведку, подтвердили: стоят, караулы есть, но так себе, без особого энтузиазма. Оценки численности, что дал Бенинг, подтверждались. По мою душу пришло почти шесть тысяч конников, это две третьих расчётного рыцарского резерва всего нашего королевства. Вообще-то, очень даже некислое количество. Жаль, не помню размеров армий своего мира, не могу оценить масштаб. Пеших набиралось тысяч тридцать, но там настолько разношёрстное воинство, что половину можно сразу списывать в «смазку для клинков», низкий уровень подготовки и вооружение типа — самое дешёвое копьё и крестьянские штаны вместо доспехов. Эти, по всей вероятности, будут копать (там, где не смогут копать маги) и строить, например, осадные башни. Неприятный момент — это не всё, Бенинг предупредил о резерве, подойти может ещё столько же пехоты, а вот рыцарей уже нет, выгребли что могли.
По правилам хорошего тона ждал парламентёров, что будут предлагать безоговорочно капитулировать без боя. А может, и не будут предлагать. Здесь же как, армии нужна победа для поднятия боевого духа, да и повоевать успешно против нежити требуется. Опыт получить, оценить, на что вообще мертвечина в бою способна. Однако есть и другие соображения, личный состав терять не хочется, а если я испугаюсь такой армии и сдамся — это боевой дух солдат тоже поднимет. В общем, непонятно.
А вдруг действительно парламентёров пошлют? А у меня уже дороги «заминированы»?
Очередным вечером, когда стало ясно — сегодня уже ничего не произойдёт, вернулся в кабинет. Делать ничего не хотелось, мысли перепрыгивали на армию живых. Сюрреализм, чтоб его. Я — злой и страшный Лич, что сидит в крепости и обороняется от армии добра. А злой и страшный, потому что капитализм строю, очень может быть, проведу буржуазную революцию. Хотя нет, у меня дома будет сразу максимально эффективное корпоративное управление (которое, при адекватном подходе к человеческому ресурсу, в одном шаге стоит от нормального социализма, как минимум), а вот на сопредельных территориях, там да, там — буржуазная революция. И в первую очередь уничтожение феодальных сословий вместе с введением прав и свобод человека. Чтобы крестьянин при желании мог покинуть своё село и отправиться в город работать, а не как сейчас. У них здесь традиционные ценности во все щели, родился на земле — на земле и помрёшь, без права хоть что-то выбирать даже в собственной жизни.
Короче, для местных — страшный и непонятный зверь. Призрак ходит по королевству, призрак капитализма.
Приходила Алиса, да и остальные советники захаживали, отчитывались, насколько всё готово к осаде и вообще. Ничего нового не сказали, всё было готово ещё неделю назад. Я достаточно не идиот, чтобы просчитывать развитие событий. Эта война была так же неизбежна, как восход солнца и его закат, осталось посмотреть, чем дело закончится. Парламентёры так и не появились.
На следующее утро войска коалиции пришли в движение.
Глава 42
Не знаю, рассчитывают ли по-прежнему враги на диверсию внутри Предельного или уже нет, но в первых колоннах шли пешие воины, то есть двигались не с самой бодрой скоростью. Никакого быстрого налёта у них бы не получилось в любом случае, им несколько часов кряду только до стен города идти, так что предполагаем вдумчивую осаду.
Впрочем, потери противника начались куда как раньше.
Когда пешие воины начали внезапно проваливаться в волчьи ямы, колонны даже не смогли на это сразу среагировать, по инерции делая ещё несколько бодрых шагов, так что в первые ямы попало сразу по три-четыре человека. Наблюдал глазами засадных скелетов. Колонны остановилась, бойцы первых рядов помогали своим, если попавшие в ловушку были ранены, и осторожно осматривали дорогу.
Естественно, это было актуально для всех пяти направлений. Приехали расфуфыренные всадники, где-то по одному, а на двух направлениях сразу по трое, чтобы, значится, разобраться в причинах заминки. И что совершенно логично, всадников этих сразу нашпиговали арбалетными болтами.
Дальше шла короткая сумятица, воины поднимали щиты, начинали зыркать в окружающие кусты. Вроде как по колонне, от первых рядов к последним, пытались передать, что произошло, но сломанный телефон — он только в детской игре вещь забавная. Доходило сообщение в совершенно непотребном виде.
Новые всадники не доехали на двух дорогах, солдаты сумели объяснить благородным рыцарям, что произошло. А вот на трёх оставшихся направлениях расфуфыренных аристо снова пристрелили на месте, стоило им войти в зону гарантированного поражения.
На двух дорогах (предположу, что всадники спешились и прошли прямо через колонну) солдаты развернули строй и закрылись щитами, остановив продвижение. На одной дороге началась толкотня, похоже, сзади приказывали продолжать движение, а первые ряды идти на ловушки отказывались. На двух продолжалось стояние и непонимание — что дальше делать. Но рыцарей больше не появлялось, а жаль, я бы не отказался попасть ещё в нескольких.
Ручные арбалеты скелетов, так-то, вполне могли и пешим радости доставить, но я не спешил. Накал будем повышать постепенно. Да и в первую очередь мне нужны аристократы, дворяне, офицеры, говоря моим языком. Командный состав будем уничтожать. Из пеших большая часть наверняка не по своей воле в этом походе участвует, то самое ополчение, крестьяне с дрянными копьями, согнанные для большего количества и рабочей силы. Хотя солдаты в первых колоннах — это именно солдаты. Не знаю, наёмники какие или армия на казне герцогов, но настоящие солдаты. В любом случае я ждал и следил.
На двух дорогах, где командиры были самыми толковыми, солдаты выстроили стеночку из щитов и осторожно пошли дальше. Медленно, перед каждым шагом проверяя твёрдость следующего клочка земли. И, находя очередную ловушку, останавливались, после чего внутри строя происходило движение и яму постепенно засыпали. Хе-хе, ладно, молодцы. Только таким темпом вы особо далеко не уйдёте за день, а за ночь я новых ловушек накопаю, так что давайте, трудитесь, хлопчики.
На третьей дороге, после того как также выставили стену щитов, к первым рядам подвели лучников. Чтобы обстрелять лес. Хи-хи-хи, ой, молодцы, ой, эффективная тактика. Обычные стрелы, да пущенные по навесной траектории, даже будь мои гвардейцы не усилены свинцом и не прикрыты лёгким (по моим меркам) доспехом, от такой стрельбы не было бы никакого толку. Да что там, плотность огня — одна стрела на квадратный метр, это очень эффективно, да. Лучники же вслепую фактически стреляют, вообще не представляя, где там арбалетчики сидели. Вскоре трюк с лучниками повторили ещё на одном направлении. Я бы плакал, да физиология не позволяет. Они вообще понимают, с кем воюют?
Командиру пятого направления тоже пришла в голову гениальная идея. От пехотинцев отделились небольшие отряды и двинулись прочёсывать лес. Вообще, я подобного ожидал, поэтому арбалетчики быстренько выползли из зоны видимости и сразу отступили вглубь зарослей. Однако на деревьях кое-где остались висеть замаскированные черепа с частью позвоночника, так что видимости я не лишился.
Тем временем лучники закончили обстрел, и солдаты двинулись вперёд, но уже не так бодро. Ступали осторожно, даже не провалились в очередную ловушку на дороге. Постояли. На одной дороге отряд начал аккуратно делиться на две части, чтобы двигаться по полосе между дорогой и лесом. У нас здесь всё же не густые заросли, так что полоса эта была достаточно широкой, да и ловушками напичкана не была. Этого не требовалось, в отличие от утоптанной дороги свежая трава и мягкая почва под ногами сотен людей в считаные минуты превратилась в кашу. И если первые ряды шли ещё относительно нормально, то уже после сотни шагов народ начал поскальзываться и падать буквально на ровном месте. Учитывая, что после торжественной встречи народ уже ждал удара из-под любого куста, за первыми упавшими все вокруг сразу присели, закрываясь щитами. Остался стоять только расфуфыренный рыцарь, не сообразивший, что произошло, и не привыкший воевать пешим. Впрочем, и он упал через пару секунд, нашпигованный болтами. Нда, вояки, даже как-то стыдно.
На той дороге, где отряды прочесали лес и подтвердили, что всё спокойно, прискакал всадник. Спешился, осмотрел дорогу. Переговорил о чём-то с, по всей видимости, командиром пешего подразделения, как бы оно ни называлось. Снова сел на коня, ускакал обратно. Хм, ладно, поглядим, что он задумал.