Вадим Оришин – Мертвец Его Величества Том 1 (страница 36)

— Карту умеете читать? — прямо спросил я.

Дайги переглянулись между собой, вперёд вышел дикарь, два дня назад отвечавший мне про гордость народа.

— Я могу понимать по карте.

Тыкаю в точку на бумаге.

— Мы здесь.

Указываю на выбранное нами место.

— Мы можем построить вам крепость вот здесь и нигде иначе.

Дикарь, мужчина с сединой в висках, нахмурился.

— Мы сами выберем место.

— Нет. Мне нужно проложить дорогу, чтобы перевозить материалы. И место подходит далеко не каждое. Как построим эту крепость, сможете указать другое место, удобное вам, куда я смогу добраться от этой крепости. Понимаешь?

Мужчина почесал косматую бороду.

— Понимаю. Что ты хочешь? Если крепость не одна, цена будет не одна.

Так, у них есть мозги, а в мозгах есть извилины, уже можно работать.

— Плата кровью, — ответил я.

Дикари, что забавно, никак не отреагировали на мои слова, будто я сказал что-то обыденное. Даже не напряглись. Ладно, развиваю мысль.

— Я хочу, чтобы каждый десятый ребёнок поступал ко мне служить на тридцать лет. С возраста в пять лет, но не старше семи...

— Почему только в пять? Почему не раньше? — спросил один из дикарей.

Я запнулся. Подождите. Родоплеменной строй. Да у них, наверное, с выживаемостью детей такие проблемы, что до пяти далеко не все доживают. Качнулся на месте, корректируя запрос. Тот факт, что продавать своих детей они были совсем не против, опустим.

— Мне не нужны беспомощные младенцы, чтобы с ними возиться. Мне нужны дети, которых уже можно обучать и тренировать.

— Тогда лучше три года, — весомо выделил дикарь, что демонстрировал больше всех ума. — Ты сказал, что возьмёшь их на тридцать лет. На работы?

— Служить. Я возьму их, чтобы сделать воинов, что будут мне служить. Служить под моим началом. Поэтому только одна девочка на пять мальчиков.

Совсем без женского пола лучше парней не оставлять, а то начнётся всякое нехорошее. Я, конечно, собираюсь загрузить детишек по полной программе, чтобы свободного времени было поменьше, но всё же подстрахуемся.

— Мы согласны, — покивали дикари.

Нда. Продешевил, по мордам вижу, что продешевил. Причём они недовольными выглядят, а разочарованными, что я слишком мало попросил. Ладно, разберёмся по ходу дела, мне бы и первую партию детей разместить.

Договор скрепили рукопожатием, и я прогнал дикарей, занявшись делами. Дел сразу стало много, я даже обрадовался. Мне надо было срочно подготовить лагерь для приёма детишек. И оградить своих крестьян от них, потому что будут сюсюкаться и жалеть. Этого никак допускать нельзя. Я суровых воинов готовить собрался, а не детский дом обустраивать. Далее, надо срочно закладывать дорогу. Часть производств, конечно, перенесём туда, на место строительства, но основное должно остаться здесь, под моим прямым управлением.

Началась беготня, озорная и шумная. Эльфы тоже впряглись, Долмель черканул пару строк своему начальству, чтобы тоже приняли участие в общем деле. Ежелин занялась прокладкой дороги. Идею со второй деревянной стеной пришлось отложить, были дела с большим приоритетом. Но заготовленные брёвна пригодились, быстро собрали несколько домов.

Вытащил наёмника. Роган был удивлён, что я снова о нём вспомнил.

— Мне нужны инструкторы. Хорошие матёрые ветераны, способные из сопливых подростков сделать молодых волчат, дисциплинированных и злых. Не срочно, но я готов почти на любые условия.

— Эм... А кого придётся обучать?

Мог бы улыбаться — показал бы зловещую улыбку.

— Детей дикарей будем превращать в моих воинов. Я пока не знаю, сколько мне потребуется инструкторов, но ты подумай над этим.

Проверил запасы пищи, удостоверился, что всё работает, и полетел в направлении будущей крепости. А когда достиг края своего контроля, сел создавать обелиск. И мысленно радовался. Я снова не скучаю!

Глава 32

На какое-то время жизнь превратилась в гонку. Не могу сказать, что я торопился или боялся опоздать, но рациональная часть меня твердила: промедление на любом из направлений после аукнется мне массой проблем.

Ночью я работал над обелисками. Вопреки ожиданиям быстрее они расти не стали, наоборот, я тратил на каждый ещё больше времени. Ненамного, пока, но тенденция мне не нравилась. Днём крутился в своей цитадели, готовя грандиозную стройку. Производство бетона, до этого оптимизированное с расчётом на строительство стены, пришлось наращивать. Увеличил заготовку камня. Правый от крепости хребет начал видоизменяться, что было заметно издалека. Если так продолжится, придётся на его месте ставить стену. Это кажется, что хребет очень большой, и камня много, а в стену уходит гораздо меньше. На деле часть камня, идёт не в бетон, а в отвал или для закапывания ям, где это необходимо. Потому что это не камень, а глина, комья земли и иное всякое непригодное. По большей части хребет состоял из прочной породы, но пятая часть материала отбраковывалась.

Каждый день я наблюдал, как три десятка скелетов медленно, но с неотвратимостью бездушного механизма камень за камнем раскапывали горный хребет. Двадцать четыре часа в сутки, без перерывов, выходных, обедов, перекуров и тому подобного. А поскольку свинцовая жила давала стабильный поток материала, я, покрутив в голове эту идею, поставил на камни освинцованных легионеров. Работник Балда из старой сказки моего мира, который работал за семерых, увидев моих стахановцев, удавился бы от зависти. Правда, инструмент быстро изнашивался, но это терпимая проблема.

Спешно собирали новые дома, в расчёте на общежитие. Однако и здесь сразу вылез один социальный момент. Какими бы ни были неприхотливыми и суровыми дети-дикари, мне требовалось дать им блага цивилизации, чтобы железобетонно закатать в мозги стремление к цивилизации и развитию. Их будут сурово тренировать и готовить, но за рамками этой подготовки мальчикам и девочкам должно быть комфортно, удобно и хорошо. А раз у нас будущий Дикий легион, как я весь балаган мысленно называл, будет жить в комфорте, то и моим людям минимальный комфорт нужно обеспечивать.

Некоторые задумки у меня имелись, но реализовывать мы их будем чуть позже. Потому что надо вводить суровый и чёткий план. А то у меня скелеты бегают туда-сюда, по моим хотелкам, так сказать. Не дело. Требуется чёткая программа, кого, куда, когда, сколько, в каком объёме. И хорошо, что у меня нет мозгов, иначе они бы закипали.

А ещё дети-дикари, опять же, какими бы суровыми они ни были, сначала потребуют воспитания. Мне потребуется натуральная школа. Правда, здесь как раз было проще, потому что у меня заработал, пока криво и плохо, печатный станок. Модель надо совершенствовать, избавляя от детских болезней, но первые базовые учебники уже сделать смогли. Поймал себя на мысли, что разрываюсь. Мне нужны подчинённые, способные контролировать скелетов, потому что направления работы подчас не касаются смертных...

И стоило этой мысли оформиться в голове, как возникло чёткое понимание. Я могу это сделать. Я знаю, как создавать нужное существо. Мне нужен низший недолич. На живых некромантов... Нет, они не могут контролировать мёртвых легионеров, пока сами поднимутся в силе достаточно, чтобы подобных создавать. А младший Лич сможет. Да, это наиболее точный перевод с языка мёртвых. Младший Лич.

Скелет, в смысле мёртвое тело, мне для создания этого существа не потребуется, но нужен свинец, и много. Пришлось отвлекаться от всех дел, но перспективы снять с себя часть трудов того стоили. Два дня потратил на создание цепей и пластин, что станут материальной привязкой духа и псевдофилактерией. На самом деле эти Личи зависели от моей филактерии, существуя, как продолжение моей силы, но это уже мелочи. Там ещё какие-то нюансы были, но я не осознал их, отодвинув в сторону.

Наконец, конструкция из цепей и пластин была сложена, и я обратился к другой стороне, к призракам и духам. Их было много, но сейчас меня это не ошеломляло. Я послал зов, вкладывая в него понимание стоявших передо мной целей и задач. Несколько минут ушло на осознание того, как вообще взаимодействовать с этими существами, хорошо ещё, всё это было на уровне рефлексов и интуиции. Постепенно я осознал, что подавляющее большинство душ, привязанных к перевалу, были воинами. Здесь, за этот узкий проход между двумя огромными равнинами, воевали сотнями лет, оттого и трупов столько.

Но мне нужен был не воин. Нет, личностями эти духи не обладали, даже воспоминаний о своих жизнях, практически наверняка не имели. Только тени того, чем они были при жизни. Потому мне, в принципе, подошёл бы и солдат, совсем бы критичным это не стало. Но зачем, если здесь были и другие души. Одна из которых отозвалась на мой зов.

Вложение силы, такое, что я прямо почувствовал утрату. Почувствовал, как распределённая между мной, филактерией и обелисками сила просела, выталкивая обратно в мир живых давно мёртвый осколок души.

— Восстань!

Свинец влетел, став частью бесплотной фигуры. Точнее, уже не совсем бесплотной. Среди цепей и пластин из свинца были элементы, ставшие пальцами и ладонями мертвеца.

— Я жажду служить, господин! — отозвалось существо потусторонним голосом.

Да! Я не просто какой-то там Лич! Я чёртов Король Мёртвых!

— Я нарекаю тебя, Эрст, что значит Первый.

Всё. На несколько часов я выпал из реальности, занявшись Эрстом. Проверял, что он может, чего не может. Насколько он разумен и вообще. Эрст оказался разумным, правда, предельно меланхоличным и безразличным к окружающему живому миру. Но приказы выполнял и на осознанную деятельность был вполне способен. Даже в шахматы научился играть. Ещё он мог поднимать скелетов, но только простейших и в скромном количестве. Зато уже поднятых контролировал легко и непринуждённо. А главное — это готовый офицер для войска. Не десятник, как легионер, способный только колонну на марше вести, а полноценный тактический командир.