Вадим Оришин – Куница. Том 2 (страница 6)
— Ты про то, что пророк сам творит судьбу, которую предсказывает? — уточняю и отрицательно качаю головой. — У меня никаких видений будущего не было. И я не ставлю перед собой цель — создать армию и с кем-то воевать. Я хочу иметь сторонников и союзников, чтобы, случись что, не оказаться со спущенными штанами. Поэтому и говорю сам и именно с вами, а не передаю знания семье, чтобы главы договаривались там между собой. Делиться с семьями не запрещаю, делайте, как считаете нужным. Но делайте так, чтобы и через десять лет свою судьбу решали именно мы, а не за нас.
Правильные слова, вон как глаза у парней загорелись.
— Поэтому в этом году мы с вами готовимся, а к следующему собираем команду и участвуем в военных играх!
Моего воодушевления ребята не разделили... Хотя нет, Славяна и Людмила верят, что мы это потянем.
— Я не хочу, — отрезала Юля.
— Будете заниматься тем, чем захотите, графиня. Когда выйдете на двадцатый ранг, настоящий, с полностью развитыми узлами, да с поддержкой в нашем лице, вам никто не сможет указывать.
Эти слова относились и к остальным, заинтересовать и мотивировать собеседников я всё же сумел.
— Хорошо. Что за ритуал вы прошли? — подтвердил мои мысли Павел.
— Сердца четырёх.
— И кто станет четвёртым?
Улыбаюсь.
— Мой младший брат.
Павел хмурится, да и Михаил негодует:
— Почему он? Тоже какие-то знания из будущего имеет?
— Нет, он вполне обычный маг. Но, так сказать, если мы планируем тесно работать в долгосрочной перспективе, нам нужен соответствующий уровень доверия. И готовности уступать друг другу.
Светлов удивился, а затем улыбнулся, разводя руками.
— Туше. Назови время, Дмитрий.
Глава 5
Гости ушли первыми. Всё же какое-то разграничение между ними и Славяной с Людмилой было. Оно исчезнет позже, но пока к девушкам я испытывал больше доверия.
— Может, уже сядешь на место? — угрожающе прищурилась Доброславова на Кудрявцеву.
Но Славяна только дальше залезла на стол, усевшись всей попой, разве что колени к груди не подтягивала.
— Не будь такой занудой, — отмахнулась блондинка от рыжей подруги.
— Нам в перспективе выходить в высший свет. С такими манерами тебя и на порог не пустят, — привела аргумент Людмила.
— Я не очень-то туда стремлюсь. И как сказал Дима, когда ты на двадцатом ранге, мало кто может тебе указывать.
Люда закатила глаза и покачала головой, а чтобы не продолжать спор, переключилась на другой вопрос:
— Почему твой брат? Почему не староста, например?
Я поморщился.
— На самом деле хотел просто напакостить Паше.
Славяна рассмеялась.
— Но, если хочешь логичное обоснование — вред моему брату, это косвенный вред мне. А значит, у наших партнёров будет больше мотивации участвовать в общем деле, чтобы не получить откат.
— Натянуто, — дала свою оценку Людмила.
Славяна с ней не согласилась.
— А по мне так всё логично. Помнишь, как сама сгорала от подозрений, что Дима не со своим родом работает, а нас привлекает? А так всем будет понятно, что это всё хитрый план для косвенного усиления Мартенов.
Людмила нахмурилась.
— Но ведь это не так! — перевела взгляд на меня. — Это же не так?
И столько подозрения во взгляде.
— Если честно, мне ещё нужно убедить брата участвовать. Михаил на меня дуется. И пока я не рассказывал брату ничего из того, что рассказываю вам.
Миша здесь больше не появлялся, и моя просьба приехать была проигнорирована.
— Вы поругались? — спросила Славяна.
— Он сделал глупость, а я не стал ему потакать, — пожимаю плечами. — Мелочь, но он же кадет гусарского корпуса.
Я думал, что больше ничего объяснять не придётся, однако девушки меня не поняли. Я поморщился.
— Обострённая гордость, специфика обучения и службы. Гусар может упиться в мясо и ползти по тротуару, но стоит тебе ему об этом сказать — и ты уже оскорбляешь честь его мундира, полка и вообще чуть ли не всей империи.
Славяна снова рассмеялась. Мы удивлённо на неё посмотрели.
— Что? — не поняла Кудрявцева.
— Когда девушка смеётся над каждой шуткой парня, это верный признак влюблённости, — ответила Доброславова.
— Ой, утомили, — Славяна смутилась и, спрыгнув со стола, продефилировала к столику с напитками. — Вас послушать, я должна ходить с постной миной и ворчать. Прямо как ты! — ткнула в Людмилу.
— Я не хожу с постной миной!
Славяна рассмеялась.
— Ты себя в зеркало видела, когда пытаешь серьёзное лицо сделать?
— Девушки, — взрываю к порядку. — Угомонитесь, пожалуйста.
Мои одноклассницы фыркнули друг на друга.
— Вы готовы слушать, или мне ещё подождать?
Порядок был, наконец, установлен.
— Отлично, а теперь давайте перейдём к делу. Вертекс и анх, это хорошо, конечно, но это база. Основа. Мне нужно знать, к чему вы обе стремитесь, чтобы думать, как и куда вас развивать, какие подбирать ритуалы и какие мы будем ставить узлы...
— Боевая магия! — не дала мне договорить Славяна. — Титан! Стихийное преобразование!
Людмила хмыкнула.
— Почему я не удивлена?
— Ой, как будто ты собираешься врачом становиться! — ответила ей Славяна.
Не давая новой перепалке разойтись, перевёл внимание на себя.
— Титан — это бой на близкой дистанции. Уверена, что хочешь именно это? Развитие дистанционных атак идёт через другие узлы.
Славяна задумалась, а Доброславова спросила:
— А как ты сам собираешься развиваться?
На мне сошлись вопросительные взгляды.