Вадим Оришин – Крыло Книга 2 (страница 41)
Она отрицательно покачала головой:
— Нет. Гоша, это так, халтурка.
— Я так и думал.
Серж и Соня переглянулись, и парень задал резонный вопрос:
— Что за Гоша?
— Потом, — отмахнулся. — Теперь главный вопрос. Вас наняли, чтобы изобразить героическое спасение принцессы? — повторно киваю на Соню.
— Что?! — тут же вскакивает названная девушка, — Так этот засранец...
Сержу удаётся её успокоить, а наёмница ухмыляется:
— Да, всё верно. Молодец, угадал.
Я ухмыляюсь:
— Никаких гаданий. Только железная логика и невероятная дедукция. А теперь вопрос — что нам делать с вами?
Девушка развела руками:
— Понять и простить? Теперь, когда понятно, что план заказчика провалился, мне и моему другу лучше всего оказаться как можно дальше отсюда, и чем быстрее, тем лучше.
Но, по моему хитрому выражению лица поняла, что так просто не отвертится.
— Всё не так просто, милая, — подтвердил я её опасения. — Вы уже совершили проступок. И что куда хуже, вы попались на месте преступления!
Девушка быстро сообразила, куда я клоню:
— Чего ты хочешь?
— Правильный вопрос! — похвалил. — Найдёте меня в Эстере. Выполните для меня одно поручение, и мы все вместе забудем о вашем существовании. Ну а до того момента...
Меня сложно было назвать большим экспертом в области магии, но кое-что я всё же знал. В том числе и некоторые весьма полезные штуки.
— Нацеди мне немного своей крови. На память.
Она побледнела. О да, через кровь можно сделать и весьма неприятные штуки. Не смертельно опасные, конечно, но всё равно.
— Это уже слишком, — возразила девушка.
— Это гарантия, что ты не исчезнешь насовсем. И не тяни, у нас нет целой ночи на болтовню.
Серж с Соней, конечно, были, если не выражаться некрасивыми словами, весьма впечатлены, возможно, с негативным окрасом, содержанием нашего разговора. Однако же наёмница решилась. Подходящая ёмкость нашлась быстро, и девушка, порезав ладонь, нацедила достаточное количество красной жидкости.
— Это всё? — зло спросила она.
— Не волнуйся так, — улыбнулся я. — Обещаю не злоупотреблять. И да, это всё. Вы можете идти. Повторюсь, надеюсь, что в следующий раз мы встретимся в более приятных обстоятельствах.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, после чего девушка всё же нашла в себе силы улыбнуться.
— Меня зовут Рейчел. И я тоже надеюсь, что в следующий раз мы встретимся в лучших обстоятельствах.
Я поднял ствол винтовки вверх, кивнув Сержу. Тот тоже поднял оружие к потолку. Договорённость была достигнута, расставались мы, можно считать, почти друзьями.
— Ура! — искренне обрадовался я. — Пусть кровь всё же пролилась, но удалось обойтись без убийств!
Глупая шутка немного разрядила обстановку. Серж открыл дверь, а я, забрав ёмкость с кровью, первым вышел наружу. Но мы втроём успели только спуститься с крыльца. К сожалению, ночь ещё не закончилась.
— Нарисовались, хрен сотрёшь, — проворчал я.
Боярские в количестве трёх представителей уже успели спешиться и сейчас стояли, глядя на нас. В центре, естественно, Даниэл. Все трое, как и мы, были вооружены. И все трое явно совершенно не рады нас видеть.
— Не получилось, Даниэл, — заговорил я, надеясь всё же разрешить конфликт устно. — План был хороший, но не сработал.
Их трое, вооружены все. У нас только два ствола. К тому же у нас за спиной наёмники. Нельзя доводить до конфликта.
— Мне надоело, — сказал Даниэл. — Соня будет моей, и я больше не намерен тратить время и деньги на всякую чепуху, — он поднял взгляд, заглядывая нам за спины, в открытую дверь дома. — Эй! Как там тебя! Рейчел!
Нельзя давать ему даже шанс перекупить наёмников. Нельзя!
Я вскидываю винтовку и стреляю от бедра. Нас разделяет каких-то шагов двадцать — двадцать пять. Оружие незнакомое, но моего опыта должно быть достаточно, чтобы попасть с такого расстояния. И, лишь срабатывает механизм и раздаётся хлёсткий хлопок выстрела, тут же запускаю перед собой пламя, вкладывая столько силы, сколько успеваю выжать за доли мгновения. Одновременно с этим хватаю Соню и тяну её в сторону, сам падая туда же. А ещё надеюсь, что Серж сообразит и повалиться в другую сторону, чтобы уйти с линии огня. Всё это происходит мгновенно.
Вижу удивление на лицах Боярских, но одновременно с этим и мгновенную реакцию двух сопровождающих мажорчика. Оба начинают поднимать оружие, но один вздрагивает от сильнейшего удара и роняет винтовку. Я не промахнулся. Второй успевает поднять оружие. Успевает и Серж. Они стреляют одновременно, пока пламя не разделяет нас и Боярских.
Серж валится набок, лёжа перезаряжая оружие. Раздаётся ещё один выстрел, запоздалый, но точный — Минакуро вздрагивает, роняя оружие. Порыв ветра разгоняет огонь, открывая нам Боярских. На ногах был только Даниэл, два других лежат. Мажорчик идёт вперёд, вскидывая руки. Порыв ветра бросает меня с Соней на спину.
В голове раздаётся заливистый смех. Демон ликует. Демон наслаждается смертью.
Боярский собирает заклинание, способное разорвать меня на части. Из-за грани приходит понимание защиты. Магия, которую я едва успеваю выполнить. Порыв ветра, десятки воздушных лезвий вспарывают землю вокруг меня, но не причиняют ущерба.
Вспышка магии рядом, Серж выполняет какое-то заклинание. Я не знаю, какое, но оно на пару секунд задерживает Боярского. Успеваю вскочить и, выхватив порох, швырнуть его в противника, одновременно поджигая.
В этот раз трюк не срабатывает. Боярский сбивает пламя в сторону походя, используя против меня удушающее. Шею сжимают тиски. Весь воздух мгновенно вылетает из лёгких. Я падаю на колени, теряя ориентацию в пространстве.
Потусторонняя энергия вскипает в теле, наполняет лёгкие и преобразуется в воздух. Мозги пробивает импульсом, очищающим от дезориентации. Тело бросает вперёд, и я заторможено осознаю, что действую быстрее, чем успеваю осознать действие.
Боярский удивлён, прекрасно ощущая, что его проклятие продолжает меня душить, но не видит результата. И потому пропускает первые два удара по лицу, лишь после этого переключая внимание на поединок со мной. Ещё два удара блокирует, а третий перехватывает, ловко ловя мою руку в захват. Ещё секунда, и он переломает мне кости.
Я накладываю доспехи духа так быстро, как не делал этого никогда. Не на всё тело, а только на руку. Боярский завершает движение, раздаётся тихий треск костей, но перелома нет. Больно, однако мозг, стимулируемый магией, игнорирует боль.
Боярский дёргается. Раздаётся выстрел, но мажорчик то ли предчувствовал, то ли заметил, что Серж перезарядил винтовку. Пуля лишь слегка царапает ему плечо. Мой удар под колено он блокировать не успевает, падая на колени. Я обхватываю его шею и посылаю пламя.
Сопротивление одарённого не позволяет просто зажарить ему мозги. Он создаёт воздушную волну буквально своей спиной, и магия бьёт меня в живот. Вторая волна ослабляет хватку на шее. Третья отбрасывает меня назад. Четвёртая выбивает у Сержа оружие из рук.
Выхватываю нож левой рукой, правой зачерпывая пригоршню пороха. Боярский точно чувствует опасность, предвидит её. Но не всю. И потому я бросаюсь на него с ножом. Даниэл вскидывает руку. Мою ладонь обжигает лезвием ветра, нож летит на землю.
Правая рука толкает порох ему в лицо. Пламя. Вспышка. И истошный крик боли. Очередная воздушная волна едва не разрезает меня пополам, как минимум ощущения от вложенной в неё силы именно такие. Но Серж успевает что-то сделать, и заклинание уходит в сторону.
А я подхватываю нож правой рукой и вгоняю его между рёбер, а затем обильно вливаю свою силу в пламя, пожирающее голову Боярского. Пара секунд сопротивления, и магия подводит его. Одарённый вспыхивает. Несколько секунд и в голове раздаётся сладкий смех демона, наслаждающегося смертью.
Я падаю на спину, делая, наконец, жадный глубокий вдох. Несколько секунд мы просто лежим, но удовлетворения победа не приносит. Эту смерть нам не простят, и это хорошо понимаем и я, и Серж.
— Эй! Ты там живой? — спрашиваю у соучастника убийства.
— Да, — вяло отзывается он.
— Если будут спрашивать — вали всё на меня, — предлагаю я. — Мне не в первый раз.
Несколько секунд лежим в тишине. Я даже всерьёз подумываю над тем, чтобы сейчас свалить вместе с наёмниками. Потому что какого чёрта? Почему я шага не могу вступить, чтобы не вляпаться в очередное дерьмо?
— Нет. Это была моя инициатива. И мне нести ответственность.
Я даже поднимаю голову от неожиданности.
— Что за неуместное благородство? Вали всё на меня и расслабься.
— Но это же его вина? — подала голос Соня. — Это же он всё затеял.
Мы Сержем почти синхронно вздохнули.
— Потому что хорошие дела всегда наказываются, Сонечка, — ответил я. — Такова жизнь.
Покосившись на дом, я убедился, что наёмники благополучно свалили. Правильно и сделали.