Вадим Оришин – Крыло Книга 2 (страница 25)
Она сложила руки в замок на груди:
— А что так не радостно? Разве так встречают сестёр?
— Ну, — я неопределённо помахал рукой. — У меня раньше не было сестёр, поэтому я не знаю, как это делается правильно.
Ария молча смотрела на меня, нахохлившись, как воробышек. И поёжилась.
— На улице холодно. Давай зайдём куда-нибудь, — предложил я. — Не хочу, чтобы ты простудилась.
— Ничего со мной не случится! — девочка нахохлилась ещё сильнее. — И никуда я не пойду с тобой. Ты — бука!
Я задумчиво посмотрел на девочку. Она недавно потеряла родителей и только что обрела брата. А если её бодрость напускная? Наигранная? Если во мне она искала частичку того тепла, что потеряла? Сообразив, что, возможно, она подразумевает под правильным знакомством, я сделал шаг вперёд.
— Эй! Ты чего! — Ария тут же приобрела вид растерянный и напуганный, сделав полшага назад.
Но я не дал ей сбежать, быстро приблизившись и обняв. Секунд десять она стояла в напряжении, даже не дыша. Затем расслабилась и начала тихо сопеть мне в плечо. Нда, я знал, что это будет сложно, но не осознавал глубины и масштаба.
— Давай всё же спрячемся в какое-нибудь тёплое место.
— Я накрыла стол, — пробубнила девочка мне в грудь. — У нас праздник. Ты вернулся домой.
Я погладил её по голове.
— Тогда пойдём. Пойдём домой.
Ария резко отстранилась, оттолкнув мою руку.
— Я не маленькая девочка! — надулась она. — Не смей меня утешать!
Вырвавшись из моих рук, она отошла, отвернулась и быстро стёрла слёзы с глаз. Встряхнувшись, она снова повернулась ко мне, уже с улыбкой на устах.
— Идём! Я, как хорошая хозяйка, обязана правильно встретить тебя дома! За мной! — у неё прорезались командные нотки.
— Я сразу за тобой.
Что мне делать с этой девочкой? Мне, убийце её родителей? Играть роль старшего брата? Не настолько я циничная мразь, чтобы улыбаться ребёнку, которого я сделал сиротой. День, два, три, а потом что? Я же с ума сойду. Буду видеть её боль, её страдания от потери родителей, и меня это рано или поздно добьёт. Идиотская ситуация. Не испытываю угрызений совести по поводу смерти Геральта и Айны, они хотели убить меня, но я оказался ловчее, точка. И не я создал ситуацию, сделавшую нас врагами, это сделал Бронс, за что он ещё поплатится. Но какое же гадство!
Стараясь сбросить внутреннее напряжение, я прикрыл глаза. Использую же я того же Блэка, верно? Почему бы не использовать и эту девчонку? Да потому что Блэк сам хочет отомстить, это его выбор, и мальчик достаточно взрослый, чтобы за выбор отвечать. А Ария? Она не мести хочет, а семью. Я не смогу заменить ей семью.
Или это изощрённое наказание? Мироздание так намекает, что я должен нести ответственность за свои поступки. Возможно, не сам, своей жизнью или свободой, а вот так, через эту девочку? Да, просто отлично! И как только я хоть немного к ней привяжусь, Бронс тут же воспользуется ею, чтобы затянуть ошейник на моей шее потуже!
— Я всё приготовила сама! — тем временем похвасталась Ария. — Никто не помогал! Я уже взрослая, понятно!
— Я вижу, — соглашаюсь.
Девчонка оборачивается, подозрительно глядя на меня:
— Что это за нотки сарказма в голосе? — вновь нахохлилась она. — У тебя есть какие-то сомнения?
Поднимаю руки.
— Ни в коем случае не думал сомневаться в тебе! Я же твой старший брат! Да я первый плюну в лицо тому, кто в тебе усомнится!
Ария если и удивилась, то лишь на какой-то миг, тут же с довольством улыбнувшись и вздёрнув носик.
— Это правильно! Такой брат и должен быть!
Дом Арии, который я видел только издалека, прятался под яркими зарослями, составившими свободным разве что вход.
— Сад вырастила мама, — с гордостью объяснила Ария. — Она всегда следила, чтобы ничего не мешало, не маячило в окнах и так далее. Я пока не научилась за ним ухаживать... Но обязательно научусь!
— Может, и я с чем-нибудь помогу? — увидев ветки, закрывающие окна первого этажа, предложил я.
— Мне не нужна помощь! — категорично заявила девочка. — Но, если будешь плохо себя вести — накажу. Будешь отрабатывать в саду!
Это она на меня так проецирует собственный опыт?
Из окна второго этажа вышел толстый кот и, развалившись на крыше, следил за нами большими глазищами на наглой морде. Дверь оказалась не закрытой, Ария потянула её и легко запрыгнула в прихожую, чтобы отойти на несколько шагов и, развернувшись, церемонно склониться.
— Добро пожаловать домой, братик.
Я мысленно ухмыльнулся. Жизнь аристократов была пронизана множеством мелких законов и условностей, но к моему огромному счастью не была переполнена формальными ритуалами, как у японцев моего родного мира. И мне не нужно было сейчас с минуту стоять в дверях, проникаясь духом нового дома и осознавая важность первого шага в дом моих «родителей», или ещё какой-нибудь подобной чепухой. Я просто вошёл, улыбнувшись Арии:
— Я дома, сестрёнка.
Это будет очень тяжело. Морально тяжело. Что же, удары судьбы надо встречать стойко и твёрдо. И преодолевать трудности. И ещё сотню подобных мотивирующих фраз для самообмана. Делай, Като. Потому что надо.
— Отлично! Мой руки и садись за стол! — скомандовала девочка, тут же убегая вглубь дома.
— А где ванная? — снимая обувь, уточнил я.
— Как зайдёшь — налево, — крикнули мне откуда-то.
Ванная комната оказалась вполне обычной, хотя, конечно, на порядок более ухоженной и уютной, чем наша общаговская. Но кто бы сомневался. Из примечательного — картина из бисера на стене, пейзаж.
Я вернулся в прихожую. На вешалках обнаружилась верхняя одежда, явно принадлежавшая не Арии. Цветастая лёгкая куртка девочки лежала на комоде здесь же. Похоже, до вешалок она недотягивалась. На стене ещё одна бисерная картина, поменьше.
Я пошёл дальше в дом, пытаясь найти Арию, но попал в гостиную. Камин, уютный диванчик, светло и красиво. На стене полка с подставкой. Винтовка, самая обычная, без украшений, ухоженная, но в то же время потёртая, с трещинками в дереве, с какой-то надписью, грубо процарапанной ножом. А над полкой картина, больше напоминающая фотографию.
Отряд бойцов на фоне демигрифа, существа, описание которого я встречал в учебниках. Местный монстрик, в элитных частях армии используемый, как ездовое животное. Тигр с головой птицы и весом под три тонны. Среди солдат легко нашёл и Геральта, и Айну. Аналог фото на память, за неимением собственно фотографий?
— Эту картину написал папин друг, — пояснила Ария, стоявшая в дверях и наблюдающая за мной. — После Шонгорской операции. Их не было четыре месяца, самое длительное отсутствие, насколько я помню. Винтовка тоже оттуда. Он всё хотел покататься на демигрифе, но так и не сумел.
Ария грустно улыбнулась и подошла к стенному шкафу. Оттуда она извлекла несколько тубусов.
— Картин было несколько, но мама так и не придумала, куда их вешать. Вот это — в форте Акорск на Мистаре.
На картине была видна стена и, видимо, барбакан какого-то средневекового замка. Люди те же, что и на прошлой картине, сидят разве что вразнобой, а не столпились, будто для фото.
— На картине дядя Чак этого не отобразил, но там рядом порт. Из этого форта шла вся координация Шонгорской операции. Там же где-то рядом стоял госпиталь. Папа не очень любил рассказывать, как там было, а мама рассказывала, — Ария вытерла слезу рукавом. — Они ловили кенгуру на обед, потому что больше таких, чтобы всем хватало мяса, там не водилось. А ведь ещё демигрифа кормить. А ещё он большой и не любит песок, постоянно вычищая перья. И вокруг него, как они останавливались, всегда целая куча перьев потом лежала.
Она показала другую картинку. Здесь были не все, только трое, причём без Геральта и Айны. Зато было нечто, являющееся дальним родственником миномёта.
— А здесь дядя Чак с горной мортирой... — она снова вытерла слезу. — Когда дядя приходил в гости, папа на него всё время ворчал, что эту мортиру приходилось носить им вдвоём...
Она продолжила рассказывать. Сбивчиво, то переключаясь на Геральта, то рассказывая о матери. Не перебивал и не мешал. Давал выговориться. Почти ничего не понимал из её историй, да и неважно это было в тот момент, просто слушал. Она говорила долго, вытаскивая одну картину за другой. Когда тубус опустел, принесла ещё. Во втором тубусе были картины семейной жизни. И сверху лежала семейная картина, сделанная на последний день рождения Арии.
— Почему? — сорвалась девочка. — Почему всё так произошло? Это нечестно! Этого не должно было случиться! Мама!
Она села мне на колени и заплакала. Маленькая осиротевшая девочка. Дочка, по всей видимости, не таких уж и плохих людей. Семья, которую решил разрушить Бронс. Моими руками. Я тихо ненавидел себя. В голове звучал злорадный смех. И при всём при этом я сидел и гладил девочку по голове, утешая как мог.
Глава 13
— Это была гостевая комната, — рассказывала Ария, показывая мне апартаменты, которые для меня подготовила. — Но они ни разу не пригодились. Мы переделаем здесь всё, и будет удобно!
Она выплакалась, а затем ушла в ванную, чтобы привести себя в порядок. Вернулась всё такой же преувеличено бодрой, но... Лучше так. Возможно, я выдаю желаемое за действительное, но в ней исчез надрыв. До столовой мы пока так и не добрались, девочка сразу повела меня сюда.