Вадим Носоленко – Промт инжиниринг (страница 5)

— И ты это сделаешь, — уверенно сказал Кайрен. В его голосе не было ни тени сомнения — абсолютная вера друга в друга. — А теперь — пошли отмечать. Я забронировал столик в «Квантовом скачке», и вся группа уже наверняка там. Включая Астрид, которая, судя по показаниям твоего «Эмпатуса», испытывает к тебе романтический интерес в 38%. Это практически признание в любви по меркам алгоритмов!

Мартин улыбнулся и кивнул. Но улыбка не достигла глаз — там все еще плескалась тревога. Завтра начнется новая глава его жизни. Но сегодня — сегодня он хотел просто наслаждаться моментом, компанией друзей и ощущением выполненного долга. Хотел притвориться, что мир прост и понятен, что в нем есть только код и дружба, алгоритмы и любовь.

Статистический Исследовательский Центр и все связанные с ним загадки подождут до завтра. Но даже сейчас, идя по залитому солнцем кампусу, Мартин чувствовал их присутствие — как темное облако на горизонте ясного дня.

Вечеринка в «Квантовом скачке» затянулась до поздней ночи. Бар был оформлен в стиле ретро-футуризма — неоновые огни, голографические проекции формул на стенах, барная стойка, светящаяся ультрафиолетом. Идеальное место для молодых технарей, желающих отметить конец одной эпохи и начало другой. Мартин не планировал много пить, учитывая предстоящее собеседование, но атмосфера праздника, энтузиазм друзей и осознание того, что их пути скоро разойдутся, заставили его расслабиться больше обычного.

Астрид действительно пришла, и действительно пыталась с ним флиртовать — неловко, но настойчиво. Мартин был вежлив, но отстранен. Его мысли были заняты другим. Каждый раз, когда он смотрел на её идеальную улыбку, он думал о том, что скрывается за ней. «Эмпатус» показал бы, но здесь не было компьютера. Может, оно и к лучшему. Некоторые тайны должны оставаться тайнами.

Кайрен, как обычно, был душой компании, рассказывая байки о их студенческих приключениях. История о том, как они случайно запустили вирус, превративший все мониторы в компьютерном классе в аквариумы с цифровыми рыбками, вызвала взрыв хохота. Мартин смеялся вместе со всеми, но часть его оставалась в стороне, наблюдая, анализируя, запоминая. Это ведь последний раз, когда они все вместе. Завтра начнется расставание.

Домой он вернулся за полночь, слегка пошатываясь и насвистывая какую-то мелодию. Ночной воздух был прохладен и свеж, очищая голову от алкогольного тумана. Город спал, и только редкие окна светились — такие же полуночники, как он сам. В комнате было темно и тихо, Кайрен остался продолжать праздник с кем-то из общих знакомых. «С Эрикой Чжан», — подумал Мартин. Его алгоритм распознавания влюбленности может и ошибался насчет других, но насчет себя Кайрен точно питал к ней слабость.

Мартин включил настольную лампу и заметил на столе небольшой конверт. Белый, без опознавательных знаков, лежащий точно по центру стола, словно кто-то специально разместил его так, чтобы он сразу бросался в глаза. Странно, он не помнил, чтобы тот был там до его ухода. Кто-то принес почту? Но почтовые ящики находились внизу, и почтальоны не имели доступа в комнаты. Кайрен? Но он ушел вместе с Мартином.

Конверт был белым, без марок и надписей, запечатанный. Бумага — плотная, дорогая, из тех, что используют для официальных приглашений или… угроз. Мартин вскрыл его и достал единственный лист бумаги. Текст был напечатан на старомодной печатной машинке — неровные буквы, слегка смазанные края. Анахронизм в цифровую эпоху.

«Мы будем наблюдать за вашим собеседованием с большим интересом, господин Ливерс. Не верьте всему, что вам скажут о „Статистическом Исследовательском Центре“. За красивым фасадом скрывается правда, которую вы не готовы принять. Но вы должны её узнать. Ищите истину за фасадом. Ищите красные таймеры. Спросите о реалах и копиях. И что бы вам ни сказали — не соглашайтесь на первое предложение. — Автентики».

Мартин перечитал записку несколько раз, пытаясь понять, что она значит. Красные таймеры? Реалы и копии? Это звучало как бред сумасшедшего или сюжет второсортного научно-фантастического романа. Кто такие Автентики? Почему они следят за ним? И откуда они знают о его собеседовании? Письмо из Центра пришло меньше суток назад. Кто мог узнать о нем так быстро?

Он поднес бумагу к свету, ища водяные знаки или скрытые послания. Ничего. Понюхал — слабый запах машинного масла и чего-то еще, неуловимого. Старой бумаги? Страха?

Он сел на край кровати, внезапно протрезвев. Алкоголь испарился из крови, сменившись адреналином. Возможно, это просто глупая шутка кого-то из однокурсников. Или Кайрен решил разыграть его перед важным днем. Но Кайрен не стал бы использовать печатную машинку — он бы просто взломал его компьютер и оставил сообщение на рабочем столе.

Но что-то подсказывало Мартину, что это не шутка. Тот же инстинкт, который помогал находить ошибки в коде, сейчас кричал об опасности. Что-то было… не так. Сначала странное письмо со слишком выгодным предложением. Потом минимум информации о компании. Теперь эта загадочная записка. Слишком много совпадений для простого стечения обстоятельств. В программировании учат: если что-то выглядит как паттерн, это паттерн.

Что происходит?

Мартин встал и подошел к окну. Город спал, но где-то там, в одном из светящихся окон, кто-то наблюдал за ним? Автентики, кем бы они ни были. Он задернул штору, чувствуя себя глупо. Паранойя — профессиональная болезнь программистов. Слишком много времени, проведенного в поисках багов и уязвимостей, заставляет видеть их везде.

Мартин положил записку обратно в конверт и спрятал его в ящик стола. Рядом с дипломом — символично. Конец одного и начало чего-то неизвестного. Утро вечера мудренее. Завтра он пойдет на это собеседование и сам во всем разберется. Спросит о красных таймерах и посмотрит на реакцию. Если это действительно сумасшедшие, он просто уйдет. Если нет… Если нет, то мир окажется гораздо сложнее, чем он думал.

А пока — ему нужно хотя бы немного поспать.

Он лег, не раздеваясь, и закрыл глаза. Сон не шел. В голове крутились обрывки мыслей, вопросы, предположения. Красные таймеры — что это? Отсчет времени до чего? Реалы и копии — метафора или что-то буквальное? И почему Автентики предупреждают его? Кто следит за ним? Почему? Что скрывается за этим таинственным приглашением?

Мартин вспомнил показания «Эмпатуса» во время теста — «скрытая тревога 41%». Теперь она была далеко не скрытой и определенно выше 41%. Если бы он мог проанализировать себя сейчас, прибор наверняка показал бы страх, смешанный с… чем? Любопытством? Предчувствием? Осознанием, что завтра его жизнь изменится навсегда?

Только под утро беспокойный сон наконец сморил его. Ему снились бесконечные коридоры с закрытыми дверями, за каждой из которых тикали невидимые часы. Строки кода, складывающиеся в лица с пустыми глазами, смотрящие на него с немым вопросом. И красные цифры, отсчитывающие время до чего-то неизбежного. Во сне он бежал по коридору, пытаясь найти дверь без таймера, но они были везде — красные, пульсирующие, отсчитывающие секунды чужих жизней.

Последним, что он увидел перед пробуждением, было собственное отражение в зеркале в конце коридора. На его запястье светился красный дисплей, отсчитывающий время. Но время до чего? Он попытался разглядеть цифры, но зеркало треснуло, и он проснулся.

Мартин лежал в темноте, чувствуя холодный пот на лбу. За окном начинало светать. Новый день. День, который изменит все.

Или день, когда он узнает, что некоторые тайны лучше оставить нераскрытыми.

Глава 2: Странное собеседование

Технологическая площадь располагалась в самом сердце Центрального района. Это место было похоже на рану в ткани старого города — слишком новое, слишком блестящее, словно инородное тело, отторгаемое организмом исторических кварталов. Ультрасовременные небоскребы из стекла и металла тянулись к небу, словно космические корабли, готовые в любой момент оторваться от земли. Мартин часто думал, что архитекторы этого района страдали от какой-то формы вертикального эскапизма — стремления убежать от горизонтальной банальности человеческого существования в стерильную высоту технического прогресса. Между ними сновали аэротакси, доставляя пассажиров к верхним этажам зданий, где располагались офисы крупнейших технологических корпораций.

Мартин Ливерс стоял у подножия здания № 7, задрав голову. Утренний кошмар все еще цеплялся за края его сознания — красные цифры, тикающие на запястье, коридоры без выхода. Он потряс головой, пытаясь стряхнуть наваждение. Семидесятиэтажная башня из черного стекла и хромированной стали казалась монолитом, вырезанным из цельного куска обсидиана. Или надгробием, подумалось ему внезапно. Гигантским памятником чему-то умершему и похороненному под фундаментом прогресса. Никаких опознавательных знаков, никаких вывесок или логотипов — только номер здания, светящийся холодным голубым светом над главным входом. Голубой — цвет кислородного голодания, вспомнил Мартин из курса физиологии. Цвет удушья.

Мартин проверил время — 14:45. Пятнадцать минут до собеседования. Он всегда приходил заранее — привычка, выработанная годами учебы. «Лучше ждать пятнадцать минут, чем опоздать на пятнадцать секунд» — говорил его отец. Отец, который всю жизнь приходил вовремя на работу в банк, вовремя уходил домой, вовремя ложился спать. Человек-часы, существующий по расписанию. Мартин вдруг подумал — а что если у его отца тоже есть невидимый таймер? Что если у всех есть?