Вадим Носоленко – Проклятие Железного Лика (страница 23)

Вервольфы. Оборотни. Создания, о которых в Нисенхейме слагали легенды и страшные сказки, здесь были реальностью.

Вой приближался, становясь громче и отчётливее. К нему добавились другие звуки — треск веток, тяжёлое дыхание, низкое рычание. Стая двигалась к деревне, не скрываясь, не опасаясь сопротивления.

Железный Лик не сдвинулся с места. Маска на его лице медленно изменила выражение, став жёстче, угрожающе. Янтарный свет из глазниц стал ярче, различимый даже в лунном свете.

Первый из них появился на краю деревни — массивная фигура, двигающаяся на двух лапах, но мало похожая на человека. Крупнее любого волка, покрытый тёмной шерстью, с головой, представляющей собой кошмарную помесь волчьей морды и человеческого лица. Оскаленные клыки, глаза, светящиеся красным в темноте, когти, способные разорвать человека на части.

За ним последовали другие, не менее устрашающие, разных размеров и оттенков шерсти, но одинаково смертоносные. Стая, насчитывающая не менее дюжины особей, окружила центральную площадь, где сидел Железный Лик.

А затем появился их лидер — самый крупный из оборотней, с белой, как снег, шерстью и глазами, горящими ярко-синим пламенем. Он двигался с грацией хищника, уверенного в своём превосходстве, в своём праве на эту территорию и всё, что на ней находится.

Вожак остановился в нескольких шагах от Железного Лика, изучая его с любопытством, смешанным с настороженностью. От него исходила аура силы и древности, несопоставимая с остальными членами стаи.

— Чужак, — прорычал он, и его голос был страшен — хриплый, низкий, словно камни трутся друг о друга в глубокой пещере. — Ты пахнешь… странно. Не совсем как человек. Не совсем как что-то ещё.

Железный Лик встал, и сейчас, в свете полной луны, впервые стала видна вся его трансформация. Не только маска и руки, но и большая часть его тела преобразилась, став металлической. Живой металл, двигающийся, как плоть, но прочный и холодный, как сталь. Только отдельные участки всё ещё оставались человеческими — словно острова плоти в море металла.

— Я пришёл к твоему хозяину, — ответил он, и его голос, изменённый маской и сущностью банши, звучал не менее устрашающе, чем рык оборотня. — К графу Страду фон Заровичу.

Вожак отступил на шаг, и его глаза расширились в удивлении.

— Ты… добровольно ищешь аудиенции у господина? — в его голосе звучало недоверие. — Обычно люди бегут от его зова, а не к нему.

— Я не обычный человек, — просто ответил Железный Лик. — И больше не совсем человек, как ты заметил.

Белый вервольф издал звук, похожий на смех — низкий, рокочущий, с нотками безумия.

— Тогда ты настоящий глупец, чужак. Но если такова твоя воля… — он поднял морду к небу и издал протяжный вой, отличающийся от предыдущих. Это был сигнал, понял Железный Лик. Сообщение.

Не прошло и минуты, как в небе появилась тёмная фигура, заслоняющая звёзды. Огромная, с размахом крыльев, словно у дракона из легенд, она стремительно снижалась, направляясь к деревенской площади.

Ночной охотник — так назвали бы этого зверя в Нисенхейме. Гигантская летучая мышь, но снова, как и в случае с вервольфами, не совсем животное. Что-то в его движениях, в интеллекте, светящемся в тёмных глазах, говорило о разуме, превосходящем звериный.

Существо приземлилось рядом с Железным Ликом, подняв облако пыли своими огромными кожистыми крыльями. На его спине сидел человек — или то, что когда-то было человеком.

Высокий, бледный, одетый в богатые одежды цвета кармина и черни, с длинными тёмными волосами, стянутыми в хвост, и чертами лица, которые некогда считались аристократическими, но теперь были слишком заострёнными, слишком хищными для человека.

Вампир. Не граф — Железный Лик сразу понял это. Слуга, посланник, возможно, лейтенант.

— Моё имя Рахадин, — произнёс вампир, спрыгивая с летучей мыши с нечеловеческой грацией. — Сенешаль замка Равенлофт и верный слуга его светлости графа Страда фон Заровича. — Он говорил формально, с акцентом, напоминающим старинный диалект Восточных провинций Нисенхейма. — Мне доложили о… необычном госте.

Его взгляд скользнул по металлическому телу Железного Лика, задержавшись на маске и янтарных глазах.

— Интересно, — пробормотал он, скорее себе, чем собеседнику. — Очень интересно.

Затем, словно вспомнив о манерах, он слегка поклонился.

— Его светлость граф Страд фон Зарович приглашает вас в замок Равенлофт. Это… честь, которой удостаиваются немногие.

Железный Лик кивнул, словно ожидал этого приглашения с самого начала.

— Я принимаю приглашение, — ответил он. — Для этого я и пришёл в Баровию.

Рахадин поднял тонкую бровь, единственный знак удивления, который он позволил себе.

— Вы… пришли специально, чтобы встретиться с его светлостью? — переспросил он. — Откуда?

— Из Нисенхейма, — Железный Лик указал рукой в сторону, из которой пришёл. — Через Пограничные топи.

Рахадин обменялся быстрым взглядом с вожаком вервольфов, и в этом взгляде читалось недоумение, смешанное с беспокойством.

— Нисенхейм, — медленно повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Никогда не слышал о таком месте. Но это не имеет значения. Если вы смогли пройти сквозь туманы, значит, его светлость желает вашего присутствия.

Он сделал жест в сторону летучей мыши.

— Ночная Грива доставит нас в замок. Это… быстрее, чем пешком.

Железный Лик подошёл к существу без страха. После всего, что он видел и пережил, гигантская летучая мышь едва ли могла впечатлить его. Он забрался на широкую спину зверя, чувствуя под руками мягкую шерсть и твёрдые мышцы.

Рахадин устроился позади него, и по его сигналу Ночная Грива расправила крылья, готовясь к взлёту.

— Держитесь крепче, — посоветовал вампир. — И не смотрите вниз, если боитесь высоты.

Железный Лик не ответил. Страх высоты, как и многие другие человеческие эмоции, давно перестал иметь для него значение. Его сердце больше не ускорялось от адреналина, его руки не дрожали от нервов, его желудок не сжимался от ужаса. Металл, заменивший плоть, не знал таких слабостей.

Ночная Грива взмыла в небо с мощным толчком, поднимая облако пыли. Внизу оборотни снова завыли, на этот раз прощаясь или, возможно, предупреждая других о своём возвращении.

Деревня быстро уменьшилась, превратившись в скопление тусклых огоньков на фоне тёмного озера. Баровия раскинулась под ними — долина, окружённая кольцом гор, словно стенами тюрьмы. Леса, поля, реки — всё было тронуто печатью упадка, словно сама земля умирала медленной, мучительной смертью.

А впереди, всё ближе с каждым взмахом крыльев Ночной Гривы, возвышался замок Равенлофт — массивное сооружение из чёрного камня, словно вырастающее из самой скалы. Его башни пронзали небо, словно когти гигантского зверя, а стены, освещённые луной, казались сделанными из самой тьмы.

Зов, который привёл Железного Лика в Баровию, теперь звучал с невыносимой силой, пульсируя в такт с сердцебиением, резонируя с металлом маски. Это был зов судьбы, зов предназначения, и Железный Лик чувствовал, что всё в его жизни — от детства в Подбрюшье до трансформации, начатой маской, — было лишь подготовкой к тому, что ждёт его в стенах этого древнего замка.

Замок Равенлофт, увиденный вблизи, оказался ещё более впечатляющим и зловещим. Огромные ворота из тёмного дерева и железа, увенчанные гербом с изображением ворона, держащего сердце в когтях. Зубчатые стены, испещрённые горгульями с искажёнными лицами, словно застывшими в крике. Башни, достигающие такой высоты, что их шпили терялись в низких облаках.

Ночная Грива приземлилась во внутреннем дворе замка, где их уже ждала группа слуг — бледных, безмолвных фигур с пустыми глазами и механическими движениями. Они не были вампирами, понял Железный Лик. Но и живыми их вряд ли можно было назвать. Скорее, что-то среднее — живые мертвецы, удерживаемые между мирами волей своего хозяина.

Рахадин спрыгнул с Ночной Гривы и жестом пригласил Железного Лика следовать за ним.

— Его светлость ожидает вас в Главном зале, — сказал он, направляясь к огромным дверям центрального здания. — Обычно он не принимает гостей так… немедленно. Вы должны чувствовать себя польщённым.

Железный Лик следовал за сенешалем по длинным коридорам замка, отмечая детали, которые говорили о возрасте и истории этого места. Портреты на стенах изображали мужчин и женщин в старинных одеждах, их глаза, казалось, следили за проходящими. Гобелены, некогда яркие, теперь выцветшие от времени, рассказывали истории битв и триумфов давно минувших дней. Доспехи, стоявшие в нишах, были покрыты патиной веков, но всё ещё выглядели готовыми к бою.

Весь замок дышал древностью, но не той благородной старины, которая вызывает уважение, а тяжёлой, гнетущей ветхостью места, где время застыло в своём самом мрачном моменте.

Наконец они достигли Главного зала — огромного помещения с высокими сводчатыми потолками, поддерживаемыми колоннами из чёрного мрамора. Стены были украшены трофеями охоты — головами волков, медведей и существ, для которых у Железного Лика не было названий. Огромный камин, в котором мог бы поместиться человек во весь рост, занимал дальнюю стену, огонь в нём горел необычным пурпурным пламенем, не давая тепла, но освещая зал призрачным светом.

В центре зала стоял длинный стол из тёмного дерева, накрытый для пиршества, которого, судя по пыли на тарелках, никогда не происходило. А в конце стола, на высоком кресле, подобном трону, сидел он.