Вадим Нестеров – История в карикатурах. 1922 (страница 3)
Гражданами ДВР были, например, будущий советский писатель Александр Фадеев и будущий советский маршал Иван Конев. В 1921 году на X Всероссийский съезд РКП(б) от ДВР было избрано всего шесть человек, в их числе – 19-летний комиссар 8-й Амурской стрелковой бригады Фадеев и 23-летний комиссар 2-й Верхнеудинской стрелковой дивизии Конев. Как вспоминал Конев: «Мы в течение почти целого месяца ехали вместе от Читы до Москвы в одном купе, ели из одного котелка». По прибытии в Москву им пришлось вставать на учет как иностранным гражданам. Статус зарубежного гостя, впрочем, не помешал им вместе со всеми делегатами съезда отправиться на подавление Кронштадтского мятежа, где Фадеев был страшно ранен и почти два километра полз к своим по льду, оставляя за собой кровавый след, а после госпиталя был комиссован из армии по ранению.
Но вернемся к японцам и Дальнему Востоку.
К 15 октябрю 1920 года японские войска были выведены с территории Забайкалья и Приамурья. Произошло это, разумеется, не только из-за успехов армии ДВР, лихо громившей войска атамана Семенова, но в первую очередь – из-за позиции «больших пацанов».
Чтобы усилить свои позиции на международных переговорах, японцы организовали наступление белогвардейских частей из Приморья на Хабаровск. Но поход оказался неудачным и закончился разгромом белогвардейцев армией ДВР под Волочаевкой – те самые «волочаевские дни» из песни. После этого японцы пообещали вывести войска из Приморья до 1 ноября 1922 г., но вскоре принялись всячески затягивать эвакуацию и вновь завели разговор про создание «буфера» из объединенных Манчжурии и Приморья под японским протекторатом.
1 сентября белые части вновь сделали попытку перейти в наступление на север, но вновь потерпели фиаско – на сей раз в «штурмовые ночи Спасска». Спасск-Дальний был потерян.
После этого появилась декларация командующего японскими экспедиционными войсками генерала Тачибани об эвакуации японских войск из Приморья. Первый период эвакуации был назначен на 7 сентября в 6 часов утра. Но потом все вновь затормозилось – в полном соответствии с карикатурой.
В конце октября полки ДВР и партизанские отряды окружили Владивосток, но город защищали уже не белые, а японские части. Не желая масштабной войны, 21 октября РСФСР и ДВР направили совместную ноту Японии, где заявили решительный протест против «затягивания эвакуации и недопущения русских войск во Владивосток».
Сыны микадо поняли, что Приморье им не удержать, и через полтора месяца после этой карикатуры, 24 октября 1922 года Владивосток покинул последний японский солдат.
А 25 октября в город вошли отряды Народно-Революционной Армии под командованием командарма Уборевича. Территория Приморья была освобождена, Гражданская война на территории России закончилась.
Сразу же после победы Дальневосточная республика попросилась в Россию, и 16 ноября ВЦИК провозгласил ДВР составной частью РСФСР.
Под японской оккупацией остался только Северный Сахалин, но это уже совсем другая история.
Как из "бегемота" пугало сделали
Третий номер новорожденного журнала "Крокодил" открывался вот этой карикатурой художника Моора.
И это сущая правда – на знаменитом памятнике действительно одно время было высечено это четверостишие Демьяна Бедного:
ПУГАЛО
Хотя вот на этом снимке с демонтажа памятника надпись видна лучше:
Этому монументу, созданному по заказу Николая Второго и его семьи, надо сказать, не везло с самого начала и скандалы сопровождали его с рождения.
В первом туре конкурса ни один из проектов не удовлетворил Комитет, поэтому сроки конкурса были продлены на несколько месяцев. И лишь во втором туре, после долгих колебаний, члены Комитета остановили свой выбор на проекте итальянского скульптора русского происхождения Паоло Трубецкого.
С учетом того, что одним из самых активных членов «Комитета по организации конкурса и сооружению памятника Александру III в Москве» был двоюродный брат победителя, московский губернский предводитель дворянства Петр Трубецкой, сразу же начались разговоры о коррупции.
А пока для монумента выбирали место с помощью вот такой вот модели, вокруг памятника шли ожесточенные дискуссии.
С самого начала памятник многим не нравился. К примеру, великий князь Владимир Александрович считал его настоящей карикатурой на своего брата, но на установке памятника настояла вдова покойного императора, которой работа Трубецкого неожиданно понравилась. Николай Второй, хоть и подчинился воле матери, памятником был очень недоволен, и даже строил планы перевести скульпптуру в Иркутск,
В итоге создателя неоднозначного памятника де-факто даже не пустили на церемонию торжественного открытия – в российском консульстве ему проволынили оформление бумаг с разрешением на въезд.
Ну а в народе открытие памятника вызвало бурю эмоций. По воспоминаниям Корнея Чуковского, художник Илья Репин на открытии памятника громко закричал:
А художник Борис Кустодиев писал жене:
Народ действительно шутил вовсю. Хрестоматийным стал стишок:
А известный поэт и журналист Александр Рославлев сочинил неприличную по тем временам эпиграмму:
Можете себе представить, какое веселье началось после революции, когда над "батюшкой-императором" стало можно издеваться невозбранно. Причем я говорю не про большевиков – низводить и курощать памятник принялись сразу после Февральской революции. Согласно решению комиссии Временного правительства памятник периодически становился основой для различных декоративных композиций, создаваемых к различным революционным событиям. Вот, например, как он выглядел на Первомайских праздниках 1917 года.
Большевики продолжили традицию монументо-троллинга, причем частушкой Демьяна Бедного не ограничились. В 1927 году, например, к 10-летию Октября, известный архитектор Иван Фомин, избранный академиком еще до революции, в созданной на Знаменской площади композиции посадил "предпоследнего царя" в клетку.
Тем не менее скандальный памятник после революции простоял еще двадцать лет. Демонтировали его только в 1937 году в связи с прокладкой трамвайных путей по Невскому проспекту. Но, в связи с несомненной художественной ценностью, передали в фонды Русского Музея, во внутреннем дворе которого он и простоял все советское время.
Любопытно, что его автор, Паоло Трубецкой к моменту демонтажа стал убежденным фашистом и активно ваял скульптуры зигующего Муссолини – известно как минимум три его работы, изображащие дуче.
Они были лично знакомы и Трубецкой писал вождю итальянских фашистов: "Мне захотелось отразить Ваш Образ не в реалистическом изображении, а в символическом видении сильной, здоровой Идеи Фашизма, который все преодолевает, все завоевывает, все побеждает".
Лучше уж "на бегемоте обормот"!
После того, как Советский Союз прекратил свое существование, в 1994 году памятник Александру Третьему был перевезен на новое место и установлен перед входом в Мраморный дворец, ставший филиалом Русского музея. Раньше там стоял броневик, с которого выступал В.И. Ленин.
Такой вот нехитрый символизм.
Там он и стоит до сих пор. Правда, в 2013 году тогдашний министр культуры Владимир Мединский попытался вернуть памятник Александру III на историческое место, но Законодательное собрание Санкт-Петербурга идею переезда памятника на площадь Восстания отвергло.
Как "Крокодил" Аверченко обворовал
Вот вам карикатура в советском журнале "Крикодил" 1922 года "Эмиграция работает".
Примечательна тем, что авторы карикатуры, не стесняясь, обнесли писателя-антисоветчика-эмигранта Аркадия Аверченко, автора знаменитой книги "Дюжина ножей в спину революции".
Сравните типы карикатуры с отрывком из очерка Аверченко "О гробах, тараканах и пустых внутри бабах":