Вадим Крабов – Защитник и Освободитель (страница 23)

— Выманим, — прошептал Леон и скомандовал, — вы остаетесь здесь, я отползу назад на полсотни шагов вон за тот холмик, потревожу Силу. Посмотрим, как ответят. Должны пойти проверять. Слушайте приказ…

Диверсанты лежали в костюмах а-ля ниндзя, прячась в густой траве на, казалось, совершенно открытом месте. Месяц ушел за горизонт, а света звезд явно не хватало, чтобы разглядеть их даже ночным зрением. Конечно, если не знаешь, что кто-то имеет наглость лежать рядом с тропой и нюхает ароматы бывшего отхожего места. Ауры людей маскировались «свечением» живой травы, а Леон вдобавок к обновленному «обтекателю», взял и «старый», отрезающий Силу от телесных каналов.

В ответ на попытку создания «дубины» в лагере объявили тревогу. Загудел рог (натуральный, от единорога), воины, спящие одетыми, накидывали кожаные безрукавки с пластинами, цепляли поножи-наручи и бежали на штатное место, на ходу одевая шлем и хватая копья из аккуратных пирамид. Всадники застывали рядом со своими скакунами, шепча им ласковые слова, маги собирались в тройки, а дежурные усиливали и так неслабый щит. Тройка совсем молодых Светящих попыталась запустить «око Гелиона» — большой светильник, но была вовремя остановлена старшим коллегой — боевым Текущим: «С ума сошли! Только после приказа! Подсвечивать противнику наши позиции?! Тьфу, совсем бы вас в войска не брал», — последнее буркнул в сторону. Светящие, согласно «Наследию Гелиона» — священной книги культа (если точнее — свитков), не имели право сами убивать людей.

Не жаловали их в армии и они туда не стремились. Только давний контракт, заключенный всеми орденами со «светскими» властителями, заставил их, по требованию царя, «встать в строй». Тот самый «контракт», по сути — клятва, принятая богами, закончил давнюю, еще досумрачную неразбериху между государством и магами. А ведь когда-то доходило и до прямых столкновений, в которых «лучшие из лучших погибали и обе стороны стекали невосполнимой братской кровью…».

«Дарки! Крепко они испугались Хранящих… ишачий я сын!», — досадно думал Леон, быстро соображая, что делать. Предполагал, что просто пошлют десяток…

Кровь гулко стучала в висках, время будто замедлилось. Точно в Леона, по пологой дуге летел большой «огненный шар», созданный тройкой магов. Он разглядел все переливы Силы, все искры, клубящиеся внутри сферы диаметром в целый шаг. Огонь приблизился, сердце остановилось…

Когда Леон открыл глаза, то первым делом посмотрел на правую руку: она сжимала «старый» «обтекатель», который намеревался взять уже после касания «огненного шара». С облегчением выдохнул горячий воздух и еле-еле сдержал кашель — повсюду витал мелкий черный пепел, а сам он лежал в центре выжженного круга размером пять шагов. Промокший от пота и почвенной влаги комбинезон теперь был совершенно сухим, лицо горело.

«Да чтоб вас дарки разорвали! Если бы не успел укрыться еще и «пыльной стеной»! Вовремя я её строить начал… нет, надо было еще раньше — одежда чуть не занялась… Н-е-е-т, Русчик, амулет хороший, но не против тройки мастеров. Меня бы обычным жаром, без всякой структуры запекло… знатно воздух в «шаре» прогрелся, хорошо дунуло… ух!.. — мысли все возвращались и возвращались к ярчайшему моменту близкой смерти и Леону пришлось приложить усилие, чтобы откинуть пережитый страх. — Ну почему не идут, сволочи! Должны проверить, обязаны — колебания Силы пропали…».

Долгожданный топот осторожных шагов Леон услышал, спустя томительный статер. Чего он только не передумал! От общего снятия лагеря, до выезда на разведку кавалерийского десятка. И то и другое — плохо. Хвала богам, галатинцы поступили так, как он и предполагал. Только не догадался о предварительном магическом ударе. Невольно загордился: «Эвон как нас, грязных варваров, зауважали!», — как коренной тиренец подумал.

Десяток шел «ежом» — со всех сторон закрывшись большими пехотными щитами и ощетинившись копьями. Командовал солдатами воин-маг из Текущих, одновременно держа общую защиту «круговой водопад». Двигались медленно, потому что тыльная двойка была вынуждена идти полубоком, глядя назад.

— Это не Хранящий, — досадно выплюнул Текущий, — но как он выжил, дарки его раздери?!

Страсть, как не хотел идти. «Что проверять? Нападут — отразим. Совсем с ума посходили от этих Хранящих!». Но с начальством не поспоришь.

— Не, мертвый он, вон — почернел весь, — заметил опытный воин. Он знал, что выжить после такого «шара» невозможно.

— Я что, по-твоему, ауру не вижу, баран! — ругнулся офицер, — это пепел. Перестройся.

Ветеран четко шагнул вперед и в сторону, открыв магу возможность делать свои дела. Текущий на мгновение снял общую защиту, чтобы пустить «мокрый сон», но вдруг интуитивно пригнулся, пропустив над головой цепочку с грузами, готовую опутать шею. Войдя в ускорение, развернулся и… лежащий без сознания человек ворвался в «коробочку», которая, впрочем, перестала быть таковой. Воины, сраженные метательными ножами в горло — почти единственное жизненно важное место, не защищенное Знаками, падали один за другим. Раздавались только их хрипы, да слышалось тяжелое злобное дыхание воина-мага, на которого всем телом навалился Леон, просто продавив своим «обтекателем» его защиту. Маг оказался физически сильным и ловким — придушить не получалось и бывший гладиатор изо всех сил зажимал ему рот, не позволяя крикнуть.

— Саргил, дарки тебя, ищи «блокиратор», он рядом со мной падал… — прошипел Леон и, спустя пять медленных сердцебиений, головы Текущего коснулся амулет — «непривязанный» «обтекатель» старого типа, в данной ситуации называемый «блокиратором». Следом последовал удар рукоятью кинжала по темени, и воин-маг потерял сознание.

— Ермил, грузи пленного и бегом отсюда, ребятки! — тяжело дыша, скомандовал Хранящий. На сильного парня взгромоздили тело мага, на всякий случай, ударив еще раз уже по затылку (некогда связывать!) и побежали что есть мочи в направлении к ближайшим строениям, моля всех богов, чтобы не выслали погоню на единорогах.

На дальнейший путь у командира диверсантов имелся собственный план, отличный от приказа Рахмангула «уходить к ближайшим позициям наших войск». Леон на бегу, всей душой пожелал увидеть Русчика, четко представив его образ. Через несколько мгновений сердце защемила тоска. Главное — терпеть, не стремиться от неё избавиться, уговаривать себя, что так надо, что это временно и скоро душевная боль пройдет — тогда другу будет гораздо легче. Но как это тяжело! Леон волей-неволей замедлил бег и был подхвачен недоумевающим Архипом:

— Что с тобой, Леон?! Устал? На тебе лица нет! Я помогу, потерпи… — и в это время командир пришел в себя:

— Берем правее, через трущобы выйдем к таверне «Тихая Гавань». Это… с милю отсюда.

— А там? — удивился Архип.

— Нас заберет Русчик, — ответил Леон.

Парни поверили сразу. Окрылились и поднажали.

Погоню все-таки выслали. Пришлось петлять по многочисленным переулкам — сами чуть не заблудились, но погоня отстала. А может, кавалеристы просто не решились углубляться в город, опасаясь засады. Кто знает. Леон хвалил богов, что они избавили мир от нечестного подглядывания из «общего астрала» (сам он впервые вошел в транс уже после «Ссоры Богов» и не вкусил прелести астрального слежения) и одновременно пугался пустого Далора. Мертвые дома, зияющие темными проемами окон, наводили иррациональную жуть, почти как настоящие призраки.

Нет, часть местных жителей осталась, особенно обитатели трущоб. Но сейчас они, пользуясь моментом, потрошили богатые дома. Далеко не всех «волков» удалось разыскать службе Максада. Да чего там «не всех!». Теневые воротилы сдали мелких сошек и неугодных конкурентов, по сути перекинув на власти собственные разборки. Удобно и выгодно.

Милю прямого пути беглецы преодолели за целую четверть. Восток окрасился бардовым, когда диверсанты, шатаясь, забрели на задний двор таверны. С пленного давно сняли кольчугу, крепко связали и заткнули рот. На всякий случай периодически били по голове. Леон еще не владел «могильной плитой» — усыпляющей структурой из арсенала Хранящих, а амулет «сонного тумана» для мага — вещь кратковременная, не очень надежная. Ребята страховались.

Вдруг из-за какого-то сарая вышел наглый парень и, поигрывая ножом, спросил:

— Ба-а! Неизвестные «волки»? Откройте-ка личики. О, нет, извиняюсь, чужеземцы! — он игриво расшаркался. Маски давно были сняты, молодой «волк» обманулся капюшонами. Разведчики остановились и медленно перегруппировались, закрыв пленника своими телами.

Самоуверенный наглец продолжил по-гелински:

— Вы меня понимаете? Не вздумайте дергаться — в каждом окне по лучнику! Денежку за заложника хотите потребовать? — заинтересованно спросил он, кивнув на пленника.

— Эй, парень, — ответил простоватый Ермил. Говорил по-тирски, — мы тирские воины, а это — ценный пленник, офицер захватчиков. Его надо доставить командованию…

— Ценный, говоришь… и сколько он стоит? Кто хочет раскошелиться за этого борка? Отвечать, кто готов платить! — последнее произнес властно, с нешуточной угрозой.

— Эй! — возмутился Ермил, — он враг! Наш общий враг, всех тиренцев!

В ответ парень глумливо прижал руку к сердцу, мол, я — патриот!

— Стой Ермил! — скомандовал Леон, досадуя: «Ишачий я сын, забыл снять свой «блокиратор»! Дарки! Давно можно не маскироваться!», — Молодого подданного тирского князя интересуют только деньги. Так, парень?