Вадим Крабов – Склонный к Силе (страница 52)
– Фридлант, тебе слово, пора, – сказал старик, и все ахнули.
Жрец поднялся и откинул капюшон. Открылось худое морщинистое лицо, длинные седые волосы, перетянутые кожаным ободком и пронзительный взгляд, который пробрал Руса до кончиков ногтей.
– Я верховный жрец Главного храма Фрегора, столицы благословенной Этрусии, – представился он. – Подойди ко мне… юноша, – явно думал, как назвать Руса. – Положи ладонь на навершие посоха, – с этими словами с силой стукнул старой, гладко отполированной деревяшкой об пол, и сухая палка погрузилась в лиственничную доску на несколько пальцев.
Рус осторожно опустил руку на стеклянный шар. Тело мгновенно пронзили миллионы мельчайших щупалец. Это отдаленно напоминало лоосскую проверку на архейство, но сейчас исследовалась не столько кровь, сколько вся его сущность в комплексе. Невообразимо больно! Рус невольно наморщился и схватился за грудь. Как ему удалось устоять на ватных ногах – одному Богу известно. В смысле, нашему, земному. Наконец щупальца пропали, и жрец сразу объявил:
– У него чистая кровь наследника Френома… – немного подумал, словно специально выдерживая интригующую паузу, – тишину нарушала только громко жужжащая муха. – Со стороны Грусса.
Вздох облегчения пронесся по залу подобно осеннему шторму. Выдохнули и Эрлан с Карлантом. Леон не вздыхал и не выдыхал, он продолжал зорко поглядывать на гостей.
– Юноша, – жрец нагнулся к самому уху Руса и шептал очень тихо, – когда здесь закончится обсуждение смертоубийства действующего государя, подойди ко мне. Я буду ждать тебя в соседней комнате, Карлант покажет, – сказал и сразу удалился, легко выдернув посох из пола. Ямка затянулась.
– …принц …принц! – Возгласы слышались со всех сторон. Половина заговорщиков улыбалась, половина хмурилась. В числе последних, кто бы сомневался, были Яролант и юнец, обозвавший Руса трусом.
– Рус, племянник. – Надменная женщина встала и протянула руки. – Подойди, обними тетушку Юланту.
Рус нехотя подчинился. Обнял женщину и уперся затылком в ее щеку. Это она еще склонила голову. Тетя была высокой даже по меркам этрусских женщин.
Вскоре началось обсуждение смертоубийства…
Дрожащими от волнения руками Борис вскрывал только что поступившее письмо из Эолгула. Магическая печать снята, осталось специальным почтовым ножом разрезать пергаментный пакет. Он почти не сомневался, что речь пойдет об очередных «подвигах» начинающего и сразу завязавшего грабителя, а по совместительству – чудом спасшегося беглого этрусского принца. Агент, открывший в Эолгуле свое дело под видом фракийского купца (кстати, не убыточное), уже многое поведал своему начальнику. От совокупных деяний Руса впору волосам на голове шевелиться.
Главный Царский Следящий За Порядком месхитинской царской стражи уже и забыл о поимке пройдохи в качестве преступника, он стал, по сути, его летописцем, тщательно собирающим факты биографии и деяния. Теперь он знал о нем больше всех, а не знал еще больше. Относился не как к безличному фигуранту, а как… можно сказать, как к сыну, но это все же преувеличение, хотя и недалекое от истины.
Чего стоит романтическое спасение будущей княжны от убийцы из «ночной гильдии» в качественном плаще из шкуры засадника. С ума сойти, как он его заметил! А бегство из тюрьмы, отлично защищенной от открытия «троп», да еще и в антимагических кандалах? И как раз в день очередного покушения на ту же самую особу. Совпадение? Возможно. Но с Русом слишком часто случались подобные совпадения. Вовремя вернулся и вовремя увел невесту из-под носа жениха-недоумка. В скоротечную гражданскую войну потерялся, но объявился рядом с новым князем и явно в фаворе у него. И снова происходит очередное чудо: недоумок выздоравливает! Целители и лооски десять лет бились, а тут какое-то странное похищение – и бывший наследник здоров. Правда, десять лет из памяти борк хвостом вымел, но соображать стал вполне здраво. Борис ставил десять к одному – без Руса не обошлось. Как он все это проделывал, включая предыдущие «подвиги» со снятием рабского ошейника и развоплощением призрака-мага, старался больше не задумываться. Убийство раба-кагана в честной схватке на арене – детская шалость по сравнению с последующими событиями.
Следящий наконец вскрыл письмо. Содержание его не разочаровало.
Вот и проявился этруск…
Когда Борис впервые узнал, что этруск Рус стал учеником Хранящих, то в смятении пошел проконсультироваться у своего служащего, мага-Хранящего. Задал вопросы, в общем, без привязки к личности. Маг ответил уклончиво:
– Если говорить о внезапном открытии склонности к Силе, то такое возможно. Колебания были маленькими, никто особо не присматривался. Не такая и редкая цепочка случайностей. Об этрусках много сказать не могу, потому как рангом не вышел, но прислушайся к простонародной молве. Откуда пошли археи? А после сравни их габариты с нашими склонными к Силе археями. Хотя бы со мной. Я не здоровяк, хоть и архей. У нас много разных богов, а значит, и Сил, у них бог один. Большего я не знаю.
Примерно то же рассказал и известный раб-философ из солидной философской школы, к которому Борис обратился за подтверждением. Он частенько консультировался у того умнейшего человека, к сожалению, раба, но которого, по слухам, вскоре должны были «отпустить», ибо слишком многие за него просили.
Тогда Главный Следящий сложил два и два. Этруск и Хранящий – одно другому не противоречит и даже объясняет невысокий рост Руса, но в жизни не встречается. Нет, ранее встречалось, иначе не овладели бы в «просвещенных» землях божественными силами, но то случилось в забытой древности и вот, похоже, опять. Однако Борис остановился, не полез в исторические дебри, его больше интересовало «здесь и сейчас».
Снова на подмостках Эолгула появляются маскировочные плащи. Два мага пытаются… нет, скорее пленить, чем убить Руса. Помог этруск, значит, он из партии «груссов». Но и Рус, теперь несомненно – принц, помог. Непонятно как испарил «ледяную стрелу» из груди этруска и создал Звездную тропу. Ученик-первогодок! Хотя, возможно, с помощью амулета. Агент не маг и наблюдал за схваткой из окна таверны.
«Кто же те двое Текущих? Пусть Тартар заберет их души», – Борис, заложив руки за спину, заходил по кабинету.
Невольно всплывает еще один Текущий – Карпос. Его засекли по возвращении из Тира, но он ловко ушел от слежки. Все-таки бакалавр. И не задержишь, и не допросишь. Стандор сильного ордена – выше высокородного архея. Хвала богам, стандор Родящих – непримиримый враг Бориса – недавно спеклась. Сожрала ее Флорина. Интересно, кто у них станет новым стандором? Но не стоит отвлекаться.
Карпос – подручный Кагана… неужели сам «ночной князь» приложил руку? А что, вполне в его стиле. Он от своего не отступает, а похищенное золото наверняка считает своим и воспринимает как оскорбление сам факт его изъятия. Дело даже не в богатстве. Это для Карпоса, наоборот, богатство – самоцель. Первый раз пошел, не сообщив «ночному князю», вернулся побитым и со злости сдал похитителей Кагану.
«До чего я дожил! Уже не волнуюсь за жизнь Руса, а ведь против него выступил сам Каган! Привык к чудесам и жду их от этого парня. Пожалуй, теперь стоит переживать за судьбу Кагана, – усмехнулся он, – подожду развязки… хм, этруск уведет его с собой? За ним прибыл, к прорицателю не ходи… жаль, если уведет».
Борис давно перестал думать не только о задержании, но и о помощи четверке удачливых грабителей. Его захватила сама история. Он наблюдал за ней со стороны. Не вмешивался, но страшно переживал. Это в мыслях, чтобы унять тревогу за совершенно незнакомого человека, подбадривал себя. За остальных членов четверки (Грацию, Андрея и Леона) волновался гораздо меньше, хотя каждый из них необычен и достоин отдельной истории.
Если бы он знал, что в данный момент предмет его исследования находится в Месхитополе и слушает историю о Правосудии богини, то… неизвестно, как бы он поступил. Глянуть хоть одним глазком непременно бы примчался.
Викария, как и остальные зрительницы «свершившегося Правосудия», долго отходила от потрясения. Какие огромные Силы! Хвала Пресветлой, пострадали всего десять жриц, и они хоть и медленно, но шли на поправку. Змеиный холм из зеленого превратился в серый. Не только трава, но и сама земля стала безжизненной и еще долго останется таковой. Свистопляска мощнейших структур отрицания жизни сделала свое дело. А чего стоит полет Верховной? Совершенно новая структура! А результат? О нем предпочитали не разговаривать и не шутить на эту тему. Лишиться посвящения богине, что ранее считалось невозможным, – хуже смерти.
Сегодня она решилась. Давно выжидала разрешения противостояния между стандором и Верховной, дождалась и испугалась. Вспомнила беседу с Флориной о ее личном рабе, когда чуть с ума не сошла от страха разоблачения, вспомнила, как выступила в ареопаге против нее, еще раз ужаснулась мощи Флорины как магистра, помолилась Пресветлой и… пошла докладывать. Деваться некуда.
– …таким образом, раб-каган доставлен другой группой разведчиков, – закончила доклад, во время которого по-военному поедала глазами начальство и стояла смирно. Флорина слушала внешне рассеянно, но теперь приора этим не обманешь.