Вадим Крабов – Склонный к Силе (страница 41)

– Да, я – Рус Четвертый. Так меня среди гладиаторов звали. А что?

– Ты так и не отве… – начал было возмущаться этруск, но вдруг передумал. – А ведь ты точно Рус Четвертый. Хочешь им стать?

– В смысле? – искренне удивился Хранящий. Нет, понятно, что за принца принимают, но почему за Груссом Третьим следует четвертый номер Руса?

– Я следил за тобой, поспрашивал о тебе и пришел к выводу, что, скорей всего, ты не имеешь отношения к истинному царю Этрусии. – Честолюбивые надежды Руса обломали, и его это почему-то задело. – Но это не важно. Ты нужен как символ, – закончил Эрлан на торжественной ноте.

– Ты выпей настойки. Зверь, а не напиток, – Рус не удержался от подколки. – Хоть расслабишься.

– Ты как со старшими разговариваешь, мальчишка! – угрожающе прошипел этруск, хлопая по столу.

«Нормально! Старший! Да мы почти ровесники! – возмущенно подумал Хранящий, прислоняясь к стене и выпивая свою чарку. – Ну, точно, псих! Еще и царем у них быть – увольте!»

– Я же выпил, рекомендую, – сказал, закусывая сочным гоштом, – до кишок продрало. Расслабься, мы ровесники. Просто я мельче. – Ошибся Рус. Этруску исполнилось сорок два, а ему… сам он немного запутался, но мы-то знаем – тридцать один.

Эрлан схватил свою дозу и выпил залпом. Действительно, надо успокоиться. Но как же он раздражает! Причем специально хочет вывести из себя. А между прочим, груссит получил хорошее образование, прекрасно знал об особенности своего народа и умел ее контролировать, иначе не посылали бы с секретными миссиями в стан врага. При встрече с Русом специально ослабил управление, проверял его на точно такую же вспыльчивость. Не прошло. Парень держался спокойно, оказался типичным Хранящим, но это не сильно разочаровало, поскольку не отрицало происхождения. Характер мог измениться под влиянием Силы Геи, она же могла повлиять и на рост. Парень очень походил на Грусса Третьего, не хотелось верить в случайность. Еще бы кровь проверить. Но каков наглец! И смелый, нахал, этого не отнять.

– Ты пойми, стать царем обширной, богатой, многолюдной страны – разве не заманчиво? – Этруску после выпитого сразу полегчало. Точно – зверь настойка, как огневичка. – А склонность к Силе – ерунда, такое у нас встречается. Редко, но бывает. С другой стороны, тобой наш местный, вернее, Гросса посланник интересуется. Смотри, второй раз может не повезти, не заметишь убийцу. А он точно наймет, у него задание такое.

– Ага, ты предлагаешь мне стать царем заснеженной страны с варварским населением и непрерывной войной? – сказал, думая: «Точно, узнавал обо мне, расспрашивал…»

– И ты еще считаешься учеником Хранящих, которые больше всех знают о мире? – Эрлан ответил не менее скептически. Рус продолжал невозмутимо жевать фирменную закуску тиренцев – тонко нарезанное вяленое мясо со специями. – Снег у нас только зимой, которая длится не более трех-четырех месяцев. Обширные леса и поля, реки такие, что порой и другого берега не видно. Летом тепло, а не жарко, а весной… побываешь хоть раз в лесу, где цветы и запахи… не передашь. А дичи сколько! – Этруск сам не ожидал такого теплого рассказа, а Руса вдруг пробила ностальгия… – Война. Будь она проклята! Но теперь есть надежда. У Гросса нет прямых наследников, ни одного сына не сумел родить. Даже бастарды – девочки! Не любит его Френом. А ты – наследник законного царя, и твои сторонники побеждают, – сказал с таким убеждением, что и мошенник вложил бы деньги в собственную пирамиду.

– Стой-стой! – воскликнул Рус, сбивая собственную тягу в загадочную Этрусию. – Мы договорились, что я не этруск, верно? Тем более я посвящен Гее, а у вас главный бог – Френом, без посвящения никак. Что делать.

– Ерунда, – убежденно ответил Эрлан, хотя на самом деле сильно сомневался. – После победы наши верховные жрецы тебя посвятят, а Френом защитит от мести Геи, я уверен.

– Уверен?!

– Да. Вымолишь прощения у вашей Величайшей, она поймет.

– Так Френом защитит или мне вымаливать прощение? – язвительно спросил Рус.

– Одно другому не мешает, – твердо ответил этруск, – а Френом пришел к нам тогда, когда других имен еще не было и в помине. «Божественное завещание» – самая правдивая из всех книг, и ваши магистры об этом знают. Ты просто не дорос, ты еще ученик.

Ученик поразился схожести слов какого-то варвара-этруска и почти тысячелетнего альгана – Арона, но виду не подал.

– Допустим, у меня получится посвятиться, но… – подбирал аргументы и, по его мнению, нашел. – Я хочу стать магистром – раз, а с другой стороны, быть царем разоренной страны как-то… это два.

– А с чего ты взял, что страна разорена? – горячо ответил Эрлан, проигнорировав первую часть вопроса, – воюем только мы, грусситы и гросситы, простой народ не трогаем. Они пашут, сеют, разводят скот и тому подобное. Такие урожаи, причем без всяких лоосок, тебе и не снились! Иначе нас бы давно завоевали, а мы за всю историю, самую долгую на Гее, ни разу не были завоеваны!

– Так вас горы защищают!

– Ты сам в это веришь? За пять тысяч лет – никогда. Да чего я тебя уговариваю, как торговец на рынке! С одной стороны – убийцы, с другой – царство. Выбирай. В боях тебе участвовать не придется. Нет, если захочешь – пожалуйста, но поторопись, без тебя управимся, – бравировал. Ничего еще не ясно с исходом войны. Слишком много сомневающихся со стороны грусситов, и, говорят, Гросс ищет наследника с чистейшей кровью. Все может измениться.

– Действительно, чего торговаться. – Рус решил завершить разговор. – Подумать можно?

– Недолго, – предупредил Эрлан. – Через три дня я ухожу. С тобой или без тебя – без разницы, – снова лукавил. Если придется – заберет силой. Но врал мастерски, не хуже Руса. Магистр не отличит ложь от правды.

– Хорошо, я подумаю, – сказал Хранящий и глянул в окно.

«Черт, стемнело! Как быстро время пролетело. Но ничего, расстанусь с этруском, пристрою Воронка и уйду Звездной тропой…» – поворачивая голову, вдруг зацепился за что-то взглядом, и сразу засосало под ложечкой.

Среди немногочисленных посетителей, степенных сотрудников торговых домов, мелькнуло совершенно нетиренское лицо. Вроде ничего удивительного, приезжих среди купцов хватало, и в помещении сидели еще двое, но этот чем-то зацепил. Неприметный человек умудрялся держаться незаметно, будто в тени. Может, этим? Мания преследования? Рус попытался стряхнуть неприятное чувство, проследил за астральным следом. Ничего необычного, и сам след незнакомый…

– Ты уже думаешь? – насмешливо спросил Эрлан. – Правильно, начинай.

– Что? Ах да. Ты прав, уже взвешиваю «за» и «против». Все, я пошел. Надеюсь, ты меня найдешь.

«Интересно, он что-нибудь слышал? – «Неприметный» не выходил из головы. – Черт, этот этруск навязался, не раскроешься… Или это его человек… Нет, следы не пересекались… Но где я его видел?» – внезапно пришло осознание – видел и, возможно, знает.

– И куда ты направишься? – поинтересовался Эрлан. – Ворота закрыты.

– Уйду «тропой». Предупрежу приказчика о единороге и уйду.

– Что-то я не вижу у тебя активных амулетов, кроме перстня, – засомневался этруск, – или сам можешь? – А это интересно. Ученик первого года и «тропа».

Перстень и другое добро, в том числе и простых «близнецов», удалось разыскать на складе Следящих. Эти мечи и носил, о чем сейчас, несмотря на хороший пробивающий Знак, жалел.

– Ты отправишь. Координаты я дам.

– Хм, верно, – немного разочарованно произнес этруск. – Рисуй.

– Сейчас. – Рус позвал приказчика. Предупредил о Воронке.

Эрлан расплатился и вытащил из поясного кошеля пергамент с угольным «карандашом», припасенным специально для таких случаев. Ученик быстро набросал координаты. Мог бы передать «мыслеречью», как и полностью вести беседу, но для Хранящих это уровень не ниже мастера. Не раскрываться же. Целители – другое дело, с подмастерий способны, а зеленоглазки так и вовсе чуть ли не со служек.

Вышли на темную улицу. Свет шел только из окон таверны.

– Отойдем к перекрестку или отсюда отправишься? – безразлично поинтересовался этруск.

Во время разговора с приказчиком и вырисовывания символов Рус лихорадочно вспоминал. Где видел, где? И сейчас вспыхнуло озарение – знания «волка». «Неприметный» – один из подручных самого Кагана, «ночного князя» Месхитополя. Медленно нарастало чувство опасности.

«Почему медленно?!» – успел удивиться Рус, вспомнив, как взвыло оно в дворцовом парке, и тут же «учуял» знакомый «запах» альганского пятна…

Поздно. Два мага-Текущих возникли мгновенно и сразу выпустили по «сонному туману». Структуры вне амулета выглядели, как брызги воды, и назывались вроде бы «мокрым сном»… да какая разница! С каганской скоростью Рус увернулся от одной, вторую рубанул мечом с бесполезным пробивающим Знаком, и «пыльная стена» (чудо, что вообще успел ее создать, но жаль, что «отражатель» не дошел до автоматизма) не смогла противостоять мощной структуре – Текущие Силы не пожалели. Ноги подкосились, и ученик Хранящих с мыслью: «Вот почему опасность молчала – не хотели убивать…» – провалился в сон. Друзья-Духи наплевали на запрет («большой друг» предупредил, когда встретил этруска: «Не высовываться!») и зашли в тело. Дух жизни приступил к работе.

Маги под маскирующими плащами справедливо рассудили: десять шагов до ученика с этруском – вполне комфортное расстояние, и надо поторопиться, иначе цель уйдет. Валят Хранящего и успевают расстрелять этруска. Они вблизи опасны, а с десяти шагов – разберутся. Так они думали. Но Эрлан тоже не был лишен здравого смысла. Он знал об ограниченности Силы Духов и на этот случай имел собственное решение.