Вадим Крабов – Склонный к Силе (страница 4)

От былой восторженности собой в роли наставника не осталось и следа, но Андрей нисколечко не пожалел об этом и окончательно перестал беспокоиться о настроении друга. Он скорее других в петлю загонит.

Друг достал своим нытьем, и Чик решил прекратить это воспитание. Со всей решимостью убедил его, что с ним все в порядке, а заодно… уверился сам. Сразу полегчало.

– Посему, – продолжил Чик на волне самоуверенности, – я пошел искать Силу. До этого недосуг было, ты уж извини.

– Э-э-э, подожди… – заговорил Андрей и осекся. Что толку его держать? И нужно ли? – Я послежу за тобой. Может, сам научусь чему новому, – сказал на полном серьезе.

Чик кивнул.

«Прищуриться» удалось удивительно легко. Яркий, изменчивый внутренний мир словно раздвинулся, и сквозь него проступил «обычный» внешний. Андрей оказался похожим на самого Чика. Те же энергии переливаются, скручиваются, хаот… нет, совсем не хаотично, а упорядоченно меняются. Очень сложный ритм. Нет, опять ошибка. Ритм есть, но он изменчив. А что это… вот она, Сила Гидроса. Действительно поток, только не имеющий конкретного направления. С ума сойти, как такое возможно? Голубой водный поток из ниоткуда в никуда! Он пронизывает Андрея, проходя по замысловатым путям – каналам, и меняет его суть, одновременно меняясь сам. Это понятие пришло на уровне чувства. Что ж, можно захватить Силу и направить в себя.

Чик уже захотел это сделать, но задумался.

«Оно мне надо? Лооски, по словам Андрея, давят на психику и изменчивость. Им лучше всех противостоят стабильные Хранящие и устойчивые Целители. У Целителей бог слабее, поэтому «дальних ударов» у них попросту нет, или студент не в курсе. Хранящие, однозначно. Их богиня едва ли не самая сильная. Недаром ее именем назван весь мир – Гея. Поищу-ка я ее Силу. Вроде так и называют – Землей. Не важно, почувствую», – о Силах альганов-каганов не забыл, а просто понял, что если станет «склонным к Силе», то как тогда на него посмотрят другие маги? Жить-то собрался среди людей. Пятна «держал в уме». На всякий случай.

Сила Геи нашлась сразу, как только принял решение. Не голубой поток, а… песчаные нити. В обычной жизни невозможно, а в магии – пожалуйста. Желто-коричневые, удивительно прочные нити тянулись со всех направлений, но при этом не создавали впечатление сети. Удивительно! Лоосские нити – паутина. В них всегда, даже в одинокой нитке чувствуется сеть, а у Геи – полная противоположность. Направлять в себя, не думая!

Мысленно потянул – и вуаля! Как просто! Сразу почувствовал глубинную мощь, уверенность, непоколебимость камня и в то же время легкость пыли и текучесть песка. К этой основе примешивалось огромное разнообразие жизни, тяжесть океанов и вес воздуха. Все вместе отдаленно напоминало ощущения в пятне, но с огромным отличием: там он сам являлся миром, а теперь мир присутствовал в нем. Что-то типа того. Выбор порадовал. Искал Силу конкретно против лоосок и совсем не ожидал схожести с пятном. Ветреная богиня удачи снова подмигнула ему.

Чик еще долго сидел и глупо улыбался. Андрей скакал вокруг него, не сдерживая восторга.

– Хранящий! Настоящий склонный к Силе, – по-детски хлопал в ладоши и стучал по коленям. Это в том числе и его труд! Есть чем гордиться! – Теперь тебе только в орден!

– В смысле? – Чик, находясь в блаженном состоянии, не сразу сообразил, но, не выслушав ответа, и сам догадался.

– Извини, я никаких структур Хранящих не знаю! – развел руки Андрей и вдруг хлопнул себя по лбу. – Тебе же надо пройти посвящение богине! А как твой Френом посмотрит?

– Френом дает добро. Не проблема, друг, посвящусь.

– А-а… – и в который раз осекся. Образ мироздания, впитанный Андреем с молоком матери, воспитанный в ордене, давно трещал по швам, и его это радовало!

– Подожди, – Чик словно вспомнил что-то важное, – а как же астрал? Мы же хотели научиться. Звездные тропы. В смысле, амулет наполнять.

– Ерунда! – отмахнулся довольный Андрей. – Прищуриваешься не наружу, а дальше, вглубь транса, – придумал на ходу и чуть не подпрыгнул. – Точно! А нам в ордене такое наговорили… специально усложняют, что ли?

– И правильно делают! – назидательно произнес Чик. – Вы же Текущие, иначе сопьетесь!

– А вы, Хранящие, закаменеете! – нашелся студент.

– Это я еще посмотрю! Про амулет забыл рассказать, изменчивый ты наш.

– А пусть тебе, о постоянный, в родном ордене объяснят. Через полгодика, – и, в конце концов, не выдержал, рассмеялся. Чик поддержал. Настроение у обоих – великолепное!

Глава 2

Орден Хранящих в Эолгуле пристроили к Главному храму Геи. Обычно бывало наоборот, храм при ордене, а Главный храм и вовсе отдельно. Но город небольшой, почитателей едва ли четверть, а посвященных – и того меньше. Одного большого храма столице хватало за глаза, а ордену было достаточно маленькой школы на несколько десятков учеников трех степеней обучения. Считай, три курса. Только курс не обязательно длится год. Зависит от способностей, усердия и благосклонности богини. Кто за полтора года успевал, а кто и за пять лет не мог осилить. Выпускали подмастерий, которые, если честно, не очень-то и котировались по сравнению с выпускниками из других стран. Не устраивает, желаешь учиться дальше – добро пожаловать в эндогорские ордена. В Эолгуле, согласно договору, освященному клятвой, работали исключительно эндогорские филиалы. Князь и при желании не мог договор нарушить, но он и не хотел. Мощный доброжелательный сосед, не вмешивающийся во внутренние дела, дороже пустого гонора.

Чика не гоняла бюрократия, его, не чинясь, принял сам тирендор (начальник филиала) Отиг – единственный в Тире магистр Хранящих.

– Староват ты для ученика, Рус Нодаш из Эритреи. Где это, уточни еще раз.

Они находились в крытом дворике большого трехэтажного здания ордена. Шагах в пятидесяти, на противоположном конце двора, вокруг стоящего мужчины сидела группка молодых людей. Одеты кто в тирские штаны и куртки, кто в удлиненные туники с рукавами. Самое начало весны, не жарко. Сидели по-тирски, скрестив ноги. Чик с удивлением увидел, что примерно треть учеников – девушки.

– Юг княжества Гроппонт, – с готовностью повторил Чик. – Западное побережье Гелинского моря. За нами только океан – конец мира.

Отиг удивленно поднял брови:

– Ты кем воспитывался? Ты хоть читать умеешь?

– А как же, господин магистр! – обиделся Чик. – У нас целое селение есть! Мы знатные археи. Рабов и приписных хватает. Один раб меня и учил. Умный старик из столицы, философ. Отец специально его купил как наставника и к нам на виллу привез. Он и маму учил. Ой! – досадно зажал рот.

– Ты бастард, что ли? – с интересом спросил Отиг. Теперь он понял относительно старый возраст нового ученика, никто им не занимался. А потенциал… трудно судить, но с первого взгляда неплохой.

– Я – архей! – гордо заявил Чик, быстро справившись с неудобством. – Готов вызвать любого, кто оскорбит матушку! Она… она… – не нашел слов, но взор горел.

– И меня? – твердо спросил магистр, глядя на Чика с возрастающим интересом.

Тот смутился:

– Что ты, господин тирендор! Я учиться хочу. Да и матушку ты не оскорбил. А меня… я привык. Ничего зазорного не вижу в бастардах! – и снова посмотрел с вызовом. Взор уже так явственно не пламенел.

– А ты справишься со мной, бастард? – продолжал провоцировать магистр. Жаль, если окажется излишне вспыльчивым. Учеников мало, но такие не справятся с Силой Земли, где требуется уравновешенность и твердость.

– При всем моем уважении к тебе, господин тирендор, давай договоримся так: ты не трогаешь мою матушку, я – тебя. – Глаза не отводил ни на мгновенье.

Реакция Руса понравилась. Твердости – хоть отбавляй, уравновешенности… достаточно. А какая уверенность и наглость! Наглость на грани, но не переходит границы архейского общения равного с равным.

– А как ты со мной справишься? – поинтересовался Отиг.

– Не хочу хвастать, но я несколько раз бывал в альганских и один раз в каганском пятне. При мне наш отряд потерял только одного человека. Есть альганские мечи. Извиняюсь, копии, но с бивнями ягодника, которые добыл сам. Достаточно, господин магистр?

– Вполне, – согласился Отиг, – за исключением одного. Ты все же похвастался.

Чик безразлично пожал плечами:

– Откуда такая внезапная страсть к науке? Ты давно знал, что склонен к Силе? – спросил магистр, с удовлетворением думая: «Подойдет».

Чик вторично пожал плечами.

– Разбогател, появился свой дом. Решил отдохнуть. Вот и все, – смутился в ответ на пристальный взгляд и продолжил: – В юности сглупил. Впервые оказался в городе, попал на бои гладиаторов и… однажды отказался проиграть. Ты знаешь, как обстоят дела в алиях?

– Краем уха слышал, я из Альдинополя[1]. Хвала Величайшей, в Тире этого нечестного паскудства нет.

– Там далеко не всегда нечестно, господин Отиг!

– Идем в храм, – отмахнулся магистр, – тебя надо посвятить богине. Или ты посвящен? – Для него, магистра, проверить астральное тело – раз моргнуть. Тогда увидит и посвящение, и определит ложь, и много чего узнает, но Отиг сознательно не смотрел. Считал себя знатоком человеческих душ. Читал по глазам, мимике, интонациям и прочей ерунде. А если бы проверил, то убедился бы, что он действительно «знаток души» – у будущего ученика полное соответствие. Даже Духи сидели в любимом расслоении.