Вадим Кирпичев – Враг по разуму (страница 17)

Настоящее не заставило себя ждать. Кукла в уголке экранчика дернулась — включился автономный режим — угловато развернулась к Лилит, сверкнув мертвыми глазами-стекляшками, навела оружие. Жалкая, лишняя, дрожащая нотка под окном. Мертвые глаза-стекляшки. Черная точка дула. Время закрывающего выстрела пришло.

Бам-ц!

И света не стало.

АГЕНТ Х.100.С, или КАК ЭТО БЫЛО

Началась наша история ровно две тыщи лет тому назад. Как сейчас помню. Главная тайна человечества? Нет, все началось не с разгадки такого пустяка. В поле безымянной звездочки класса G сломался корабельный идеализатор. Модель старомодная, высшей очистки — ремонту не подлежит. Взялись выделывать новый, а взрастить из астральной пыльцы и реликтового излучения толковый идеализатор — полвека отдай и не греши.

Тут на одной из планеток и обнаружились забавные двуногие. Называли себя эти существа людьми разумными. Чего они только не вытворяли! Антенны дыбом вставали.

— Послать Гава, Дава и Морду! — недолго думая предложил Задан. Железным манипулятором наведем на планете порядок.

Мой ассистент обожал простые решения. Я тоже никогда не отказывал себе в гениальности, но с принципами, и стать держимордой? Веками сносить упреки в покушении на суверенитет ничтожеств?

Милосердствуйте! Что за роль для Ога? У меня рукопись по гибридизации квазаров пылится, крабовидные шалят. Нет, не сторож я им.

— Мой юный друг, кто спорит, сержанты — непревзойденные цивилизаторы, но погрязнуть в планетарных дрязгах? А риск атавизации микросхем? Сколько раз из образцового сержанта получался тиран, мерзавец, а то и отъявленный демократор!

— Да-а, с кем не бывает… — несколько непонятно протянул Задан.

— Ладно, что предлагаешь, старик?

Мой ассистент редко блистал деликатностью.

— Вестимо что. Употребить местного цивилизатора. Самый дешевый маневр.

— О, да!

По разрядам Задана полыхнула сардоническая гамма. Юнцу не понять: сдержанность в средствах не скупость, а хороший тон, знак мастера, если хотите. Сыщи потом в галактике хорошего сержанта.

— Да, местное цивилизаторство — тернистый путь, зато и не сыскать более экономичного дао.

— Чушь! Я пойду иным путем!

— Как всегда.

— Вот именно!

Задан с грохотом опустил на стол молибденовые сапоги. Стол рухнул.

— Примитивные приматы! Что с ними цацкаться! Главное для цивилизатора что? — Задан осмотрел бронированный кулак. — С этим у меня порядок. Всех образумлю!

— Каким образом, позвольте узнать?

— Я — технократ! Съезжу по харям стальным манипулятором — живо образумятся.

Задан подскочил к зеркалу. Электролит аж бурлит. Масло брызжет. Антенны вызолочены. Великий цивилизатор и все тут!

— Мой юный друг, позвольте главный вопрос: оправдаются ли ваши средства?

— Ха! Что средства? Власть оправдывает средства!

Изрек Задан и ударил об пол реактивными струями. В дыму и в копоти камнем ухнул вниз, к облакам. Ну-ну.

— Рога, рога! Дались им эти рога, у-у, центурионы проклятые!

Донеслось по прошествии часа за спиной. Задан на цыпочках крался к себе в лабораторию. Но ба, в каком виде! Антенны обломаны, головной ящик в бурых разводах, задний стабилизатор оторван, сам нервно оглядывается.

Так закончилось время простых решений.

В розыск местного цивилизатора снарядили Гава. С простейшим тестом на разумность: если испытуемый не чурается галактического сержанта и не шныряет под кровать, сиречь не суеверен и чист совестью, то хватай такого человечища и тащи на корабль. Гав улетел с прожектором. С ним и вернулся. На всей планете ни одной ясной головы. Да-с.

Можно ли вообще образумить двуногих? Какой ценой? В чем секрет людской глупости? Ведь они отлично знают, как надо жить, но почему так часто — да постоянно! — наступаю на те же грабли? Отчего они так глухи к правильным словам и так доверчивы к рыжим прохвостам? Почему золото своей души они так легко меняют на медяки дешевых соблазнов?

Мастер, я не терзал себя такими вопросами. Просто работал, сочинял ДНК местного цивилизатора. Химичил и Задан над своим интеллектуальным детищем.

— Ай да сукин сын!

То и дело доносилось из заданинской лаборатории через грохот кувалды и сполохи плазменной сварки. Что-то за монстр будет… Меня всегда пугало, когда на Задана накатывало вдохновение.

Главный секрет человечества я расщелкал за шесть дней, а на седьмой день образ писаного цивилизатора красовался пред моими фотоэлементами. Мужская стать, женская душа, суперчип серии Х.100.С в голове — я сплавил в его ДНК все самое лучшее. Чего стоит одна находка: очеловечить тело мужчины богатством женского сердца. Агент Х.100.С получится что надо. Попробуйте сказать после этого, что я не ген-ниальный инженер человеческих душ!

Держись, планета! Шквал катастроф сейчас обрушится на твой мир, бури и катаклизмы скособочат твои скулы.

Подишь ты! А всего-то белесая капелька на стальной ладони.

— Долго возишься, босс. У меня давно готово, — отвлек от высоких мыслей ворвавшийся ассистент, — скоро они будут культурными!

— Каким образом?

— Элементарным, Ог! Патентованный метод: мой прохвост прямо в лоб залепит истиной, а перед ней никакая интеллектуальная тварь не устоит. И вот вся планета в костюмчиках марширует из трактиров в мои университеты. Каково?

С железной усмешкой смотрел я на юного ассистента. Что отличает Ога от Задана, мастера от подмастерья? По колодке, по алгоритму рубит ученик, скован обычаем и авторитетом. Я же свободно и мощно творю стальным манипулятором сообразно фактуре планет.

Ломить истиной… Задан не понял главного, как хитро, ловко, даже лукаво устроен человек. С какой аппетитной червоточинкой! Лишь к шестидесяти годам человек примиряется с правдой, становится разумен. После чего сразу помирает. А вкусив абсолюта молодым, человек только визжит, кусается и плюется. Потом молчит. И все равно умирает. Так-то.

Я снизил орбиту. Для запуска сверхоружия выбрал живописный провинциальный полигон. Столичный климат вреден цивилизаторам. Кстати, на нижней орбите наш корабль выглядел утренней звездой.

Как не ворчал Гав, облепил ветерана в перья, вручил пробирку и послал на особое задание. Все прошло без сучка и задоринки. Гав сыскал здоровую селянку, тестировал и, пока муж чего-то там плотничал, бравый Гав влепил ей в лучшем виде мой ожественный сперматозоид.

Оставалось ждать. Ждать появления первого киборга на этой планете.

Задан никому не доверил техническую работу. Отлив мысль в пробирку, мой юный друг как-то ночью улетел, чтобы самому найти сотрудницу с высшим разумом и лично задрать ей юбку во имя будущего человечества.

На корабле Задан объявился под утро. Рога, тьфу, антенны отшиблены, в корпусе вмятины, но латунная морда сияет тазом. Скоро у моей модели появится достойный соперник. С Огом!

Прошло тридцать лет.

Киборги подросли, заматерели. Мой вообще стал красавцем: умный, тонкий, умеющий любить сильнее, чем десять тысяч братьев. Позывной — Сынок.

Решающий этап стартовал в пустыне. В недоступном ее уголке был устроен тренировочный лагерь. Ну и задали жару Сынку и Ииуду (детищу заданинской мысли) наши сержанты. По полному курсу молодого цивилизатора — только пластмассовые жилы трещали. Я читал лекции по устройству мироздания. Задан учил голой истине, это его конек — резать правду-матку. Сами киборги устраивали состязания на веселость и находчивость. Здесь блистал Сынок. Курс завершился дипломными работами. Знамо дело, Ииуд, как цепом, размахивал истиной. Сынок огорошил учением.

Меня выдали разряды.

— Не сомневайся, Отче, это то, что людям надо.

— Но учение нелепо. Где разум? Куда девалась диалектика? Зачем столько интеллектуальной невинности? Абстрактный гуманизм какой-то!

— Ширпотреб. Массовая культура!

Подхватил Задан, но контактами позеленел. Столь кислая реакция успокаивала, но совсем выправила баланс токов нелепая попытка перевербовать Сынка. Чего стоят все сокровища мира, если в головной чип агента зашита галактическая мораль!

Пролетели лагерные недели. С неумолимостью пресса для микросхем надвигалось дело реального цивилизаторства. Жадный до свежатинки мир, молотя хвостом, ждал наших детей и жизнерадостно скалился навстречу тысячеакульей пастью.

Невольно я шептал родимый позывной и выходил на связь.

— Не волнуйся, Отче! — летел голос из-под облаков (Агент Х.100.С имел встроенный приемопередатчик), — Все будет о'кей — мы утрем Задану рубильник. Вот узришь!

— Сынок, родной…

Я замолкал, в бессилии выразить свое безжалостное знание о нашем мироздании. Вы не представляете, как одинаково и пошло заканчивается стезя всех местных цивилизаторов.

В день премьеры над песками плыли белые облака. Сынок сбросил яркие одежды, снял любимые золотые украшения и надел простое рубище — цивилизатор всегда немного популист.

И он пошел каменистой пустыней, пошел вниз, к зеленым холмам в излучинах голубых рек, к белым домишкам, таким невинным с орбиты. Один против планеты. Маленький гордый киборг с пылающей звездами душой и с железной моралью в башке.

Лучше бы ему этого не делать никогда.