Вадим Кирпичев – Пограничники Эфы (страница 4)

Куда в большей степени пограничника интересовали остальные члены экспедиции. Восемь человек, все – самые обычные горожане, как говорится, мирные обыватели. Вот с ними имелся хоть какой-то шанс договориться. В конце концов, горожан с бандитами объединила только одна вещь – цель. А этого мало.

Разгрузка двух внедорожников шла быстро; на осле да на своем горбу много в горы все равно не утащишь. Палатки, продукты, утварь, оружие – все необходимое уже лежало на траве. Машины тут же загнали под деревья, чтобы их нельзя было обнаружить с воздуха. Отсюда придется топать на своих двоих, здесь начинается Северный Гиркангар – каша из скал, рек и озер, через которую и вездеходам не пробиться.

Кто-то из членов экспедиции шутил, кто-то не в меру суетился, но оживленными и даже возбужденными выглядели все: и горожане, и бандиты. Обманчиво близкие горы

сияли голубоватыми заснеженными вершинами. Орали попугаи на цветущих ветках.

Широкий вход в ущелье, словно парадный вход в кладовую горных сокровищ, приглашал, манил пройти к заветным уголкам Северного Гиркангара, прямо туда, где надежно хранилась цель экспедиции. Сейчас, в ясный солнечный полдень, цель эта казалась близкой и легкодоступной.

В общей суете спокойными оставались лишь Геркулес и пограничник. Осел понятно почему не веселился, а оттрубивший четверть века в разведке лейтенант слишком много знал о трудностях искательства, чтобы заранее зариться на шкуру неубитого медведя. Он мог бы много порассказать сегодняшним энтузиастам о том, за какое тяжелое дело они взялись. Бывало не одни армейские ботинки сотрешь до шнурков, а в итоге получишь или совсем мелкий чуд, или вовсе останешься с пустыми руками.

Впрочем, когда это любители слушали профессионалов, отправляясь на поиски чудов? А ведь никто из них в своей жизни даже пустякового чуда не находил, а тут им сразу подай легендарную сому, сам чуд чудов, известный еще как «вино Рамы».

Любителю проще. Он в жизни чего-то там добился, торговать приноровился или в хитрых железках научился разбираться, и уже почему-то уверен, что может смело отправляться на поиски чудов. Но мало быть хорошим торгашом, чтобы стать высококлассным искателем. Одного ума и ловкости для искательства недостаточно.

Проще любителю и по другой причине: он мало знает. Любитель понятия не имеет на что замахивается, с историей проблемы не знаком и ведать не ведает, что вино Рамы на протяжении последних трехсот лет искали лучшие искатели-профессионалы Эфы, причем вполне безуспешно. А сколько было черных, любительских экспедиций за сомой на протяжении этих трех веков – сотни, если не тысячи – и большинство из них сгинуло в горах и ущельях Северного Гиркангара и следов не осталось. В итоге чуд чудов так никому и не дался в руки.

Теперь сома новые жертвы заманивает в скалистые жернова гиркангарских ущелий. Манит новичков майским днем и несбыточными обещаниями. Уж кто-кто, а пограничник знал всю отраву этой мечты о вине Рамы, сам искал сому уже двадцать пять лет. По хмельной силе эта отрава искательства, наверное, не уступала самому вину Рамы.

Послышалась ругань. Все повернулись в сторону Чампа, который со всей силы пару раз заехал кулаком Сурабу по физиономии, а завершил расправу подзатыльником. Уворачиваться Сураб не стал, от ударов даже не поморщился и продолжал улыбаться идиотом. А Чернорукий занялся пятнами на своей белой рубашке; ее, по всей видимости, и запачкал неосторожно Сураб.

Эпизод сбил градус всеобщего оживления в момент. Горожане поднапряглись, озаботились. Чувствовалось, бандитов они побаивались.

Готовящий поклажу пограничник все это видел, замечал и уже прикидывал, каким образом можно будет использовать этот напряг между разбойниками и обывателями. Последние правильно побаивались Чампа и Сураба, а нужно чтобы боялись еще больше. Надо как-то им растолковать: Чернорукий опасен как любой ловец, да и Сураб не подарок, и если бы суд раскопал о нем всю правду, он из тюрьмы не вышел бы никогда.

– Добрый день, Федор Тимурович. Поговорить надо, – к пограничнику подошел человек лет пятидесяти. В руках он держал пистолет и трехствольный автомат.

– Добрый день, Арнольд Григорьевич. Поговорить никогда не поздно.

После чего оба замолчали, начинать разговор не торопились. Присматривались. Именно Арнольд Григорьевич, а вовсе не бандит в черной шляпе являлся командиром отряда. Пограничник ехал с ним в разных машинах, и поэтому сейчас особенно внимательно изучал организатора похода.

Имидж, если можно так выразиться, командира полностью соответствовал его прозвищу – Инженер. Неприметное лицо, темный пиджак, мятый галстук, вышедший из моды еще двадцать лет назад. Из общего ряда выбивались неожиданные малиновые ботинки, то ли случайные, то ли намекающие: не так прост их обладатель, и является он здесь первым кандидатом в сверхчеловеки.

Инженер протянул автомат с пистолетом пограничнику:

– Возвращаю, Федор Тимурович, как обещал. Начинается настоящее дело, пригодится.

– Не боитесь? – пограничник тут же забрал оружие.

– Нет. В каньоне вы могли всех нас положить, а вы здесь.

– Мы – гала – не убиваем людей.

– Чепуха! Вы искатель, а это еще та отрава. Поэтому и с нами.

Лейтенант закончил проверку автомата, приладил его на плечо, сказал:

– И все-таки боитесь. В других случаях к гала за помощью не обращаются.

Инженер обернулся на свой отряд и неприметным жестом показал, мол, на эту тему потом.

– Как хотите, – не стал настаивать пограничник, – но вы еще кое-что обещали. Главное для меня сейчас не оружие.

– И об этом позже. Главное сейчас – не забыть про наш уговор. Обещаю и гарантирую: вы получите свою порцию чуд-вина, только помогите нам его отыскать. С Чампом поосторожней, он гала ненавидит – ваши его старшего брата расстреляли. Чамп стрелок известный, недавно он коммерческий чемпионат края по дуэлям выиграл. Впрочем, если дойдет дело до стрельбы, надеюсь, как опытный разведчик вы ему не уступите?

– Посмотрим.

– Тогда что еще?

– Карту бы посмотреть, карты разные бывают.

– На что вы намекаете?

– В эти горы многие с картами чудов приходили, да в горах и сгинули. А почему? Карты были фальшивые. Сами знаете, на наших базарах тебе за десять рупелей продадут и третий глаз Шивы, и кожу Шеша, и волшебную карту Махатрамы со всеми ее чудами в придачу.

– Думаете, я карту на базаре за бутылку пальмовки у какого-нибудь безногого инвалида выменял?

– Посмотреть бы на нее, чтобы зря горы не топтать. Народ не поймет, если кого-то демы сожрут, мы ни за что людей положим, а потом выяснится, что карта поддельная.

Инженер задумался, и пограничник догадывался о чем. Больную для всех чуд-искателей тему затронул Федор. За триста лет колонизации уж слишком много фальшивых карт было сфабриковано на Эфе. Тысячи экземпляров ходили по рукам, сформировался целый бизнес, поэтому владелец самой настоящей чуд-карты всегда сомневался, не искусная ли подделка досталась ему, не стал ли он всего лишь очередной жертвой какого-нибудь несостоявшегося художника.

Это – раз. Два – было куда серьезней. Если в отряде начнутся потери, а карта окажется из сфабрикованных, то отвечать придется хранителю карты и никому другому. Но больше всего боялся Инженер побега. Пограничник мог элементарно сбежать после того как увидит карту с отмеченной на ней месторасположением сомы.

Проанализировав все три свои страха, Инженер открыл висевший на боку кожаный планшет и извлек пергаментное сокровище. Затем он выхватил нож, примерился и отмахнул от карты широкую полосу, которую и протянул Федору.

– Я не привык полагаться на ход событий. Проверяйте, но учтите, что я тоже за свою жизнь много карт видел.

Для начала пограничник закрыл глаза и понюхал карту. Посмотрел на свет, будто червонец на рынке проверял. Попробовал на зуб, на язык. Сплюнул на палец и принялся мусолить край пергамента. Затем, как говорится, от проверки качества носителя информации перешел к самой информации и принялся изучать надписи, значки и рисунки.

– Что скажете? – спросил Арнольд Григорьевич.

– Пергамент настоящий, текстура оригинальная, правильная, даже с зеленой краской все в порядке – настоящий двадцать первый век. Смотрим дальше: язык древнеэфанский, эзотерический, для посвященных. Шрифт классический, пиктограммы стандартные. Придраться не к чему, так что осталось подвести итог.

– И каков он?

– Карта фальшивая.

Произнес Федор свое экспертное заключение не громко, но весь отряд повернулся к нему, как по команде. Оказывается, народ не только делами занимался, но и внимательно следил за беседой командира с пограничником.

– Чепуха!

– Сами смотрите. Видите значок? Это шахматная ладья, ею на картах обозначают башни древних эфанцев, таких башен много сохранилось в Восточном Гиркангаре. Вспомните их вид – это семь этажей и плоские крыши, выстланные плитами из отполированного гранита, так что башни замечательным образом видно и с автоэров, и из космоса. Увы, таких башен в Северном Гиркангаре отродясь не было. Их стали строить после великого переселения народов на восток.

– Откуда вы можете это знать?

– Хорошо помню снимки Пограничья со спутников. В Северном Гиркангаре башен нет, следовательно, карта – подделка.

– Ерунда, сома как раз и находится в одной из… – Инженер резко оборвал фразу, повернулся и стал созывать народ на совет отряда.