Вадим Гончаров – За гранью терапии (страница 1)
Вадим Гончаров
За гранью терапии
Глава 1
На кухне капала вода. Еле слышно, но отчетливо, и главное — ритмично. Этот ритм вполз в сон, и вскоре кто-то уже методично бил его по голове деревянной киянкой. Минуту или две Лора́н ворочался, пытался вернуться в сновидение, но оно развалилось окончательно. Ужасно болела голова, хотелось пить.
Вдохнув полные легкие душного воздуха, он попытался открыть глаза: зрение не фокусировалось, веки чесались от сухости. Лоран повернул голову, надеясь увидеть на тумбочке стакан с водой, но его, конечно, не было — кто бы позаботился о воде среди ночи, когда он вернулся с этой вечеринки?
Спустив ноги с кровати, он попытался хотя бы немного вспомнить, что с ним происходило, но головная боль и жажда не давали сосредоточиться. Качаясь, пошел в кухню. Там налил воды из-под крана и, громко глотая, выпил до дна. Вспомнил только, как после работы с пациентами он отправился в бар, где и началось это… Ладно, что началось — он еще помнил, а вот как оно закончилось?
Вероятно, Тео и Эмиль привезли его домой, пьяного до беспамятства, уложили в кровать. Вот что значит — настоящие друзья. Видимся раз в десять лет, а ведь даже раздели, как родного.
«Господи, как же плохо… ну вот зачем это все?» — подумал Лоран, забрасывая в рот сразу две таблетки и выпивая еще стакан воды. — «Можно же было посидеть как нормальные люди, так нет же: виски, коньяк…» Вдруг он вспомнил еще кое-что.
Сон был странный, но из тех, от которых не отмахнешься просто потому, что голова трещит. За шесть лет в терапии Лоран слишком отвык считать такие вещи случайным мусором.
Он идет по темному холлу большого загородного дома. Одна из дверей открыта, на табличке неясная надпись золотом. Заглядывает в небольшую комнату с мансардным окном. Там сидят двое: на диване у стены — красивая женщина, а в кресле он сам, собственной персоной. Лоран, стоящий в холле, удивляется, но слышит ее слова:
— Мне кажется, я уже давно не с ним.
Теперь он сидит напротив и задает ей какой-то очень важный вопрос, но именно в этот момент до его уха доносится звук капающей воды. И тут он осознает: они сидят обнаженные ниже пояса! Накрывает волной жгучего стыда — и он просыпается.
Надо было приводить себя в порядок и собираться в кабинет: сегодня клиенты, хоть и не с самого утра, однако, проспал он долго. «Боже, как я буду работать?»
Утреннее солнце и сверкающие от ночного дождя мостовые Раве́ля отчасти вернули Лорану хорошее настроение, да и голова начала понемногу проходить. Он вполне приветливо поздоровался с продавцом у овощного прилавка — угольно черным абиссинцем по имени Барс, который в ответ сверкнул всеми своими тридцатью двумя зубами, и предложил выбрать что-нибудь из товара.
— Вечером, Барс, вечером. Как всегда! Можешь собрать мне, как обычно… ты же знаешь, что я люблю?
— Конечно, господин, всё соберу, упакую, как надо, свежие, сочные, будете довольны! Не беспокойтесь, без ужина вас не оставлю! — говорил продавец с каким-то особенно очаровательным акцентом, который неизменно вызывал у покупателей улыбку.
Лоран свернул в переулок, пройдя под старинной аркой из серого камня, и нырнул в подворотню, через которую лежал короткий путь к кабинету. Дворики Равеля разительно отличались от центральных улиц: здесь не было отмытых и покрашенных фасадов, высоких окон и разноцветных витрин, под ногами вместо гладкой брусчатки лежал пыльный, местами потрескавшийся асфальт, с проросшими прямо сквозь него одуванчиками, а по вечерам было темно, здесь не было бесконечных фонарей, гирлянд и ламп, пространство освещали лишь окна старых домов. На детской площадке, как всегда, сидели молодые мамы, обсуждая что-то весьма увлекательное, а их дети качались на качелях и рисовали мелками на асфальте.
Пройдя через открытую кованую решетку девятнадцатого века, Лоран снова вышел на улицу — и попал в деловой квартал. Всевозможные офисы, витрины магазинов, десятки кафе и закусочных — это был, безусловно, самый кипящий центр, если не считать туристическую часть с исполинскими костелами и древним замком.
Он прошел вдоль здания городской администрации и нырнул в высоченные двери подъезда, где находился его офис.
— Доброе утро, Катя! — он кивнул секретарше, которая стояла спиной к нему, нагнувшись, — она азартно пыталась линейкой достать из-под кулера закатившуюся ручку.
— А, здравствуйте, господин Ва́рден! Что-то вы выглядите сегодня как-то… не заболели? — она смотрела на него встревоженно, поправляя почти слетевшие с милого носика очки.
— Интоксикация, — многозначительно усмехнулся он. — Ничего страшного, выживу. Сейчас у меня новая клиентка, если я верно помню?
— Да, госпожа Клара Море́н, — девушка передала Лорану новый блокнот с именем, записанным аккуратным, почти каллиграфическим почерком.
— Она из листа ожидания, да?
— Нет. Записалась неделю назад. Сказала, что срочно… да, я понимаю, им всем очень срочно, но никто из листа на это время не согласился, а ее голос был действительно взволнованным.
— Срочно, значит… Ну хорошо, посмотрим, что там такого срочного. Катя… можно попросить вас сварить кофе?
Секретарша взглянула на босса иронично:
— Да, кофе вам действительно не повредит. Постараюсь что-нибудь для вас сделать… — она попыталась эффектно повернуться на каблуках, но зацепила горшок с гортензией, еле поймала его на лету и, как ни в чем не бывало, водрузила на место.
— О боже, Катя, кто из нас с похмелья? Вы уж поосторожнее, — улыбнулся Лоран, повесил пальто в шкаф и шагнул в кабинет.
Клиентка пришла без единой секунды опоздания: раздался стук, дверь открылась, и терапевт застыл в кресле, пытаясь справиться с нахлынувшим изумлением: это была она — женщина из сна. Ему даже не пришлось вспоминать, ощущение было ясным и точным. Опомнившись, он вскочил, делая шаг ей навстречу.
— Здравствуйте, господин Варден. Меня зовут Клара, — она оглядела кабинет с любопытством на лице, и только напряженный взгляд выдавал волнение.
— Добрый день, госпожа Морен, присаживайтесь, пожалуйста, — он привычным жестом махнул в сторону кресла и вернулся в свое, одновременно пытаясь обдумать происходящее.
«Как такое может быть? Мы встречались раньше? Нет, не припомню… но почему же это лицо, манера держаться, голос — всё мне знакомо?» Клара устроилась в кресле, положив сумочку к себе на колени и с каким-то странным выражением посмотрела на Лорана: то ли что-то вспоминала, то ли просто сомневалась, как начать.
— Расскажите, что привело вас сюда, Клара, — подсказал психотерапевт.
— Да… конечно. У меня просто такое странное чувство... понимаю, это прозвучит по-идиотски, но как будто мы где-то с вами встречались раньше. Хотя… Я же видела ваши публикации, там была и фотография, разумеется. Ну ладно, не суть. Я хотела бы поговорить о моем браке.
Лоран с некоторым облегчением, откинулся в кресле и приготовился писать: от ее предположения голова снова начала гудеть. Клара тем временем приступила к рассказу, который поначалу звучал, как абсолютно типичный: ранний брак, хороший муж, двое детей, прошло десять лет — и вот она в одном доме с чужим человеком, которого она хоть и знает, как свои пять пальцев, но никакого притяжения не испытывает, равно как и он к ней. Психотерапевт уже почти начал клевать носом: сказывалась бессонная ночь, как вдруг Клара повела речь о кое-чем, куда более интересном.
— Мне кажется, — говорила она, — Будто я не просто перестала быть с Ю́лиусом. Это понятно — ну разлюбила. Я чувствую, что принадлежу другому мужчине.
— Это какой-то конкретный человек? — уточнил Лоран, пытаясь понять, о чем она говорит.
— Да, это абсолютно реальный мужчина. Мой коллега по работе, Вла́дан. Мы знакомы уже три года.
— Вы с ним любовники? — быстро спросил Лоран и осекся: с чего вдруг такая спешка? Она и без того все расскажет.
— Вовсе нет! Мы, скорее, друг друга недолюбливаем… Странно, да? Он обычно держится на расстоянии, да и мне никогда не хотелось даже близко к нему подходить, однако… господин Варден, вы так на меня смотрите… мне пора собирать вещи в сумасшедший дом?
— Нет, что вы! — он только сейчас заметил, что смотрит на нее не мигая, и заставил себя отвести взгляд. — Просто я внимательно слушаю вас. Расскажите, что именно вы чувствуете.
— Что я — его женщина. Не то, чтобы я в него влюблена, не то, что я хочу с ним быть… хотя, может, и хочу... Это вообще не про желание, не знаю, как объяснить. Но дело даже не в этом. Мне кажется, что между нами уже что-то было. Не в плане фантазий — у меня, поверьте, фантазии вполне обычные. А в каком-то... телесном смысле. Как будто мое тело его знает. И это самое мерзкое. Потому, что если все только у меня в голове, почему тогда мне так стыдно смотреть мужу в глаза?
Лоран кивнул и произнес фирменное «угу!» в значении «продолжайте». Случай действительно был необычным, от него попахивало бредом, но в остальном женщина не производила впечатление сумасшедшей.
Тем временем она замолчала и пытливо уставилась на психотерапевта. Этот взгляд Лоран знал слишком хорошо: так обычно смотрят перед тем, как сказать что-то, после чего разговор уже нельзя будет повернуть назад.
— Клара, в вашей истории есть еще что-то, что вы до сих пор не упоминали?