Вадим Фарг – Вторжение. Том 2 (страница 29)

«Не беспокойся, Тсукико. Я не причиню тебе зла».

Это произнёс огромный белый тигр, сидя напротив. Он говорил, не раскрывая пасть, общался со мной мысленно, отчего сразу вспомнился истинный облик старейшины.

«Да, я знаком с Хаку-таку, — кивнул зверь. — Мы с ней давние друзья. Насколько я знаю, она сейчас в женском обличии».

— Именно так, — я опустил оружие, но прятать его за спину не спешил, мало ли чем может закончиться эта неожиданная беседа.

— Тсукико? — из-за тигра вышла Этти. — Не волнуйся, мы давно знакомы с Катэко-саном. Он помогает «Обществу».

— Вот как? — всё же пришлось спрятать меч. Всё равно смогу улизнуть в любую секунду, если то потребуется. — А почему тогда сразу мне об этом не сказала? Знала же к кому идём.

— А ты бы мне поверил?

— Конечно, — я нахмурился. — Или думаешь, что я отношусь к тебе, так же, как и ко всем остальным?

— Не хотелось бы.

— Такого и нет. В отличие от «Общества», тебя я знаю уже давно.

— Но я ведь тебя обманывала, когда работала учительницей.

— Не помню, чтобы ты лгала мне, — усмехнулся в ответ. — Да, недоговаривала, но и не обязана была. А вот откровенной лжи я не заметил. Так что давай опустим эти глупости и займёмся делом.

Кицуне заметно приободрилась. Видимо, моё одобрение было для неё важным.

— Значит, вы и есть Зверь? — я обратился к оборотню. — Тот самый, о котором сложили страшилки?

«Не совсем так, Тсукико, — покачал он головой. — Да, меня называют Зверем, но лишь за то, что я могу перевоплощаться по ночам».

В следующий миг его тело дрогнуло, засветилось и сжалось в большой ком, зависший в воздухе. Но уже через пару секунд меня ослепила яркая вспышка, а когда зрение вернулось в норму, то передо мной вновь оказался тот самый седобородый старичок.

— Всё несколько запутано, — улыбался он. — Я не отрицаю, что иногда нападал на караваны. Сила Отца и Матери дают мне возможность становится тем, кого ты только что видел. Ну и ещё несколько форм. Хаку-таку говорит со мной с наступлением тьмы, она рассказывает о караванах, что везут рабов, или о разбойниках, подбирающихся к посёлкам. Тогда-то я и действую.

— Хаку-таку? — я покосился на Этти, но та лишь слабо кивнула.

— Я знаю, кем является старейшина, — призналась кицуне. — Прости, что не сказала сразу.

— В этом нет твоей вины, — успокаивающе произнёс старик и вновь посмотрел на меня. — Так было нужно, Лунный мальчик.

А, чёрт, опять это имечко!

— Понимаю, — кивнул я. — Но если то, что вы говорите, правда, значит, наши догадки о другом… «Звере» правдивы?

— Думаю, да. Кто-то решил использовать моё имя в своих целях. Я никого и никогда не убивал, Тсукико. Даже разбойники оставались в живых. Обезоруженные, раненые, но живые. И тем более не крал ничьи товары, — развёл руками, будто показывал всё вокруг себя. — Мне ничего не надо. Всё, чего требует моя душа, уже есть здесь. Дом, еда и вера. Вот то, что я ценю.

— Но что тогда произошло с посыльным, на поиски которого нас отправили?

— Его убили, — печально ответил тот. — Увы, я не мог этому помешать. Так же, как не смог остановить вашего заказчика.

— То есть? — непонимающе переспросил я.

— Несколько дней назад я учуял свежую кровь вана. Пробравшись в лес, увидел там посыльного, которого кто-то убил. Я не мог найти преступников, так как ночь ещё не наступила, и обратиться в Зверя не имел возможности. К тому же пришлось оттащить тело и похоронить его прямо здесь, — указал направо, где заканчивался деревянный помост и начиналась сырая земля. — Думаю, именно по его запаху вы и пришли ко мне, — он посмотрел на кицуне, и та кивнула. — Но на следующий день я почувствовал чью-то магию на том же самом месте. Солнце клонилось к закату, и я не мог стать кем-то иным. Зато смог добраться до той опушки, где увидел, как один высокий ван сражается с другим. Второй проиграл и получил ошейник из диуриума, а после первый отправил противника в неизвестный мир.

— А с чего вы взяли, что первый маг был именно нашим заказчиком? — недоверчиво переспросил я.

Старик лишь протянул руку, на которой лежала кисть, украденная Этти.

— Я узнал запах.

— Ладно, — вздохнул я. — Значит, второго отправили через портал?

— Да, я не знаю, куда именно, но могу постараться открыть туда проход.

— А он нам нужен? — спросила кицуне, смотря на меня.

— Там мы можем столкнуться с другим магом и узнать, что произошло, — сказал я. — И если его противником, правда, был наш наниматель, то я не понимаю зачем ему кого-то отправлять через портал.

— Конкуренты?

— У него был лишь один соучастник. Может, наш знакомый не захотел делиться и, найдя посыльного, убил, забрал конверт и свалил вину на Зверя? А когда его подельник решил во всём разобраться, отправил того в неведомые дали? Тогда он может остаться единственным, кто в курсе всех дел, а властям скажет, что во всём виновен Зверь, а он, как честный имперец, старался всё сделать мирно.

— Грязная игра, — пробормотала Этти.

— По нему видно, что иначе не умеет, — усмехнулся я, вспомнив наглую морду заказчика.

— Так что ты решишь, Тсукико? — старик поднял взор к ночному небу и, прищурившись, посмотрел на луну. После чего вновь на меня. — Открываем проход? Мои силы вскоре иссякнут, и придётся ждать новой ночи.

И что мне делать? Идти непонятно куда? Жутковато, если честно. За время пребывания в этом мире насмотрелся на столько ужасов, что уже не знаю, что ожидает за поворот.

С другой стороны, а какой у меня выбор? Что делать? Я понимаю, что заказчик нас использует в своих целях, но никаких доказательств нет. Значит, есть только один путь.

Я глубоко вздохнул и сжал кулаки.

— Хорошо, идёмте.

— Запомни, Тсукико, — говорил старик, — у тебя будет всего пара часов, прежде чем моя магия ослабнет. Я не знаю, что ждёт тебя по ту сторону, поэтому тебе придётся быть готовым ко всему. Но между нами появится тонкая связь, которая будет длиться, пока я не перестану быть Зверем.

С этими словами Катэко Гинджа вновь засиял и перевоплотился, но теперь в огромную птицу, перья которой мерцали голубым светом.

Старик привёл нас на ту самую опушку, где мы нашли кровь курьера. По словам Катэко, именно здесь наш заказчик отправил своего подельника в неизвестном направлении. И мне предстояло пойти следом, даже не зная куда.

— Я с тобой, — Этти снова завела старую пластинку.

— Прости, но нет, — я покачал головой. — Это уже обсуждалось. Мне проще сражаться одному. А если понадобится бежать, то я смогу это сделать без ноши на руках.

Кицуне нахмурилась, но спорить не стала.

Честно говоря, я не знал, как лучше поступить. Конечно, от неё могло быть много пользы. Но главный вопрос — где? Если б знал, куда попаду после открытия прохода, то мы бы подготовились и придумали хоть какой-то план. А так… да, проще одному. К тому же она обычный ван, а я всё-таки полубог. И в крайнем случае всегда могу замедлить время и свалить к чёртовой матери от опасности. Или же подняться к небесам.

— Не волнуйся, — постарался улыбнуться, но вышло так себе. — Я обязательно справлюсь.

— Я буду ждать, — прошептала она и, сделав шаг навстречу, крепко обняла.

Эх, какие чувства. Неужто ко мне так, действительно, относятся, или всё дело в моей матери, богине луны? Ведь Канон намекнула, что из-за лунной магии ко мне могут испытывать симпатию просто так, без всяческих стараний с моей стороны. Если так, то довольно обидно.

Ладно, подумаешь об этом после, сейчас сосредоточься на основной цели.

«Ты готов, Тсукико?» — в голове прозвучал голос Зверя (или Птицы, не знаю, как правильно).

— Да, — я вышел в центр опушки, обнажив меч. — Открывайте проход.

«Хорошо».

Оборотень вспорхнул к кронам деревьев и взмахнул огромными крыльями. Сорвавшиеся с них искры, закружились в воздухе, образовав вихрь, и устремились к земле. Ударившись о поверхность в паре шагов от меня, рассеялись, а на месте удара образовалась воронка. Практически такая же, как и та, через которую я и попал в столицу.

Ладно, ты сам на это решился, каким бы глупым ни казался план. Но выбора не было, необходимо узнать от подельника, что именно задумал наш заказчик, раз пошёл на обман властей и… в первую очередь меня. Жуть как не люблю, когда из меня делают идиота.

Поэтому, набрав полную грудь воздуха, шагнул в фиолетовую воронку.

В лицо ударил горячий и колючий ветер. Стоило только открыть глаза, как в них тут же попало что-то мелкое и острое. А на зубах заскрипел… песок.

Чёрт, неужто меня закинуло в пустыню?

Прикрывшись ладонью, осмотрелся.

Да, так оно и есть. Бескрайняя пустыня, чтоб её.

Повсюду до самого горизонта тянулись барханы светло-коричневого песка. Серое небо, то ли полностью поглощённое тучами, то ли таковым всегда и являлось. Одна лишь радость — воздух. Пускай и с примесью чего-то тяжёлого, но я мог дышать. Оставалось только прикрыть лицо, чтобы не наглотаться песчинок.