Вадим Фарг – Вторжение. Том 1 (страница 19)

— Я так понимаю, речь идёт о вашем предложении? — покосился сперва на него, потом на старика.

— Ты давно член нашей семьи, Тсукико, — продолжил Акайо. — Хочешь того или нет, — после чего взглянул на отца и с усмешкой продолжил: — Но да, предложение ещё в силе. Выбор только за тобой.

При этих словах Ай смущённо опустила взгляд, залившись румянцем. А вот бойкая Теруко, наоборот, гордо вскинула подбородок и с вызовом посмотрела на меня.

Ух ты ж, и что мне теперь делать? Как-то разговор перетёк не в то русло.

— Однако никто торопить тебя не собирается, — решил разрядить обстановку Джиро и поднял руку. — Нам и без того есть, что обсудить. Работы достаточно. Ватанабэ оставили слишком глубокую рану на наших землях, придётся зарыться в закрома и достать все запасы, чтобы помочь ванам.

— Я тоже могу, — вклинился я в разговор, но Джиро чуть нахмурил брови, и пришлось сразу закрыть рот.

— Мы знаем, что ты можешь, — кивнул он. — Поэтому подготовим для тебя нечто особенное. Такими талантами, — указал взглядом на меч, стоящий в углу, рядом со мной, — нельзя разбрасываться просто так. Ты ведь слышал, что сказал Изао перед смертью?

— Вы говорите о монстрах, что они создавали вместе с Ямадзаки? Остроги в Пустынных землях?

— Именно, — произнёс тот. — Уверен, после смерти отца, Акихико не станет сидеть сложа руки. Мы знатно подпортили им жизнь, собственно, как и они нам. Но нельзя допустить, чтобы они запустили к нам этих тварей, как сделал Ямадзаки.

— Хотите, чтобы я пробрался к ним и нашёл монстров?

— Вряд ли это получится так же просто, как с переходом через Катаме, — усмехнулся старик. — Кстати, мне доложили, что местные ваны в паре деревень от моста будут лишь рады примкнуть к нам. Ты произвёл на них впечатление, и теперь они терпеть не могут главу своего клана.

— Лишь бы это не переросло в карательные зачистки, — скривился я.

— Не думаю, что до этого дойдёт. Крестьяне хоть и простые ваны, но не настолько глупы, чтобы идти против Ямадзаки в открытую. Они пока что молчат, но в любой момент готовы встать на нашу сторону. Осталось лишь выгадать этот самый момент.

— Я вас понял, Ито-сама, — снова поклонился старику. — Но что тогда от меня требуется?

— Ты ведь победил в очередном Поединке Чести, — заговорил Акайо. — Теперь дом Усао принадлежит тебе. Необходимо наведаться туда.

Чёрт, так и знал, что всё придёт к этому.

— И ещё, Тсукико, — на лице усатого вана появилась добрая улыбка. — Ты должен вернуться живым и невредимым. У меня к тебе личная просьба.

— Какая? — я напрягся. Неужто снова заговорит о женитьбе?

— Когда родится Кэтсу, я хочу, чтобы ты стал его наставником.

Кэтсу, они уже и имя выбрал для сына. Оно означает победу, видимо, Акайо был настолько рад малышу, что посчитал это настоящей победой. Впрочем, кто я такой, чтобы говорить об этом.

А вот предложение Джиро отправиться к Ватанабэ, чтобы уничтожить монстров, выглядело интересным. Наверное, Кабэ был прав, мне не хватает хорошей встряски, чтобы прийти в себя. Вот только как туда попасть? Я же не могу просто так прийти на их земли и сказать, что явился в свой новый дом. К тому же, мне он и не нужен был. Сколько у меня уже поместий? Три. Если считать родное.

Я сидел на порожках заднего двора и жевал травинку, глядя на цветущую глицинию. Мы просидели за столом весёлой компанией до самого вечера. После чего разбрелись кто куда. Конечно, стоило обговорить с главами мою предстоящую работу по геноциду монстров в Пустынных землях, но Джиро ушёл отдыхать. Всё же старику становилось хуже, это было видно по его лицу. И после смерти дочери он сильно сдал, морщины будто врезались в его кожу, углубились настолько, насколько возможно. Глаза смеялись, но я часто замечал, как в них появлялась тоска, а взгляд бегал по сидящим, словно старался увидеть хохочущую Эми. Но, увы, это уже невозможно.

— Тсукико! — радостный голос слева заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Обернувшись, увидел рядом сандаль. — Наконец-то ты одумался и вернулся в отчий дом.

— Он не отчий, а приёмный, если забыл, — напомнил я с лёгкой усмешкой и вновь посмотрел на прекрасное дерево.

— Да брось, — не унимался жизнерадостный кусок деревяшки. — Я ведь всё слышал, даже Акайо готов признать тебя родным.

— Ага, если я женюсь на Ай или Теруко.

— Не привередничай. Он сказал, что признает и без этого.

— Акайо просто рад, что у него будет сын. Вот и разоткровенничался.

— Глупости, друг мой, — бакэ подпрыгнул ближе, чтобы видеть моё лицо. — Но ты всё никак не можешь простить себя?

— Как видишь.

— Я думал, что сегодняшний разговор тебя подбодрил. Но понимаю, что ты вновь превратился в унылое…

— Ладно, ладно, — рассмеялся я и повернулся к приятелю. — Да, ты прав, сегодняшняя наша встреча прошла как нельзя лучше, и я очень рад за свою семью.

— Вот и отлично, — голос сандаля стал хитрым. — Тогда, может, отпразднуем это?

— Нет, — покачал головой. — Я больше не пью. Тем более из камэоса.

Казалось, что бакэ хочет что-то сказать, но в последнюю секунду передумал.

— Тогда расскажи, как живётся на новом месте, — он снова подпрыгнул ещё ближе и чуть было не свалился со ступеньки, но вовремя остановился на краю.

— Ты ведь слышал весь наш разговор, зачем спрашиваешь?

— Потому что уверен, ты не всё рассказал. Есть вещи, о которых семье незачем знать, а вот со старым другом можно поделиться. Так что выкладывай всё, что накипело?

Я хотел было вновь отмахнуться от него, но что-то внутри остановило. Собственно, почему бы и нет? Что меня останавливает? Может, если поделюсь своими переживаниями и выскажусь, то станет проще? К тому же, бакэ-дзори такой же попаданец, как и я. Единственный, кому я могу доверить сокровенные тайны.

— Ну хорошо, — вздохнул я. — Но сперва ты.

— Я? — удивился тот. — А что мне говорить? Всё как обычно, я же простой сандаль, которому…

— Мне не это важно, — перебил его я. — В нашу последнюю встречу Эми знала, что я выполнил все её задания. А о своих настоящих подвигах я говорил только с тобой. Вот отсюда и вопрос. Не ты ли меня сдал?

— Да ты, что? — возмутился тот и демонстративно отвернулся. — Как можешь такое обо мне думать? Неужто…

— Бакэ? — я чуть надавил на деревяшку. — Признавайся.

Тот вздохнул (чему я всегда удивлялся. Как это у него получается?) и снова посмотрел на меня.

— Ну хорошо, признаю, я не мог удержаться. Тем более Эми соблазнила вкуснейшим вином, о котором можно слагать легенды.

— Думаю, после такого, у тебя их появилось немало, — усмехнулся в ответ.

— Ну, парочка точно есть, — уклончиво отозвался тот. — Если захочешь, то я расскажу.

— Куда ж ты денешься, — с этими словами подхватил сандаль и понёс к глицинии. — Давай чуть уединимся. Не хочу, чтобы кто-то ещё узнал о наших тайнах. Но на этот раз я рассчитываю на тебя.

— Буду нем, как рыба.

— Как Негай?

— Нет, с этим говорящим карпом меня не сравнивай, — усмехнулся бакэ. — У нас старые счёты.

— А ты, я смотрю, успел и с ним пообщаться.

— Было дело.

Глава 15

Разговор с бакэ-дзори и правда пошёл мне на пользу. Высказав ему всё, что накопилось на душе, стало легче. А вот сандаль заметно напрягся. Спрыгнув на мягкую траву, повернулся ко мне и серьёзным тоном произнёс:

— Что-то неладное творится с этой Канон. Почему она так о тебе печётся? Да и рогатый тоже не просто так появился. Если ты сын Фуцунуси, значит, полубог. Но тогда богине милосердия от тебя что-то нужно. Такие вещи, как камэоса просто так не даются ванам.

— Знаю, — кивнул в ответ. — Выходит, она всё просчитала, поэтому и отдала бутыль Саторэ. А он уже, в свою очередь, передал мне, вроде как случайно

— Ты с ней больше не общался?

— Нет, — покачал головой. — И не имею ни малейшего желания. Хотя иногда слышу её голос, если держу в руках камэоса.

— Бутылка сейчас с тобой?

Я кивнул на дом, где осталась вся моя поклажа.

— Сумка там, но в руки больше не беру.

— Хорошо. Хотя мне кажется, что если спокойно поговорить с богиней, то она может рассказать немало интересного.

— Из интересного у нас только убийства да…