Вадим Фарг – Тот самый сантехник 2 (страница 1)

Глава 1 — Глобальное время

Неделю спустя последних событий.

Пациент слегка покачивался на стуле в ожидании доктора. Больше не в пижаме, одет в домашнее, что по сути — спортивное. Традиция.

Только в спортивном русский человек чувствует себя в безопасности в больницах, на отдыхе, на работе с физической нагрузкой, на активной рыбалке со спиннингом, на пассивной с пивком, иногда даже на тренировках, куда вообще в чём-угодно можно прийти… Главное намеренье обозначить.

Борису Глобальному, обозначая свою свободу для медицины, осталось лишь переобуться с тапочек в кроссовки и куртку в гардеробе забрать. И всё, на работу можно выходить. А чего время терять? Раз на носу выписка, пора трубами заняться. Отопительный сезон скоро.

Но сразу на волю не пустят. Надо ждать человека в халате, чтобы поставил роспись под распечатанным листиком. Печать шлёпнуть — обязательно. Автоматика не справится. Человеческое присутствие требуется.

Выписка с бумажкой о закрытии больничного листа нужна на работу. Юридический факт, чтобы, лёжа в коме, не посчитали халявщиком. Мало ли таких, изображающих кашель, чтобы отдохнуть на островах недельку-другую?

«Говорят, так поступал Антон Сергеевич, пока не сменил Канары на нары. Ну да туда ему и дорога. Кто людей обманывает, рано или поздно сам окажется в дураках», — подсказал внутренний голос.

Но Глядя на беленный потолок, Боря не думал о начальнике под следствием. Как человек в полном расцвете сил в свои двадцать лет, он больше задавался другим, почти философским вопросом… Почему, когда помоешься — какать хочется?

Чёртовы антибиотики крутили живот. Главное, не растрясти.

В ординаторской никого. Доктора разбежались по палатам. Но ему доверие особое. Пока в себя приходил, расхаживаясь по коридору, восемь раковин прочистил от засоров по палатам. Попутно починил три капающих крана в кабинетах и перевязочной. И один сменил полностью в столовой, когда главрач новый принёс, глядя на энтузиазм пациента. Булочками накормили ещё.

Свой местный сантехник приходил от случая к случаю. И надежды на него особой медперсонал не возлагал. Поэтому отношение к Борису Глобальному было особое: чистое бельё по размеру и две порции в столовой по запросу.

А особое почтение выражалось это в том, что мог в любое время взять ключ в ординаторской и воспользоваться служебным совмещённым санузлом. Лучше того — принять там душ или ванную.

Поэтому перед выпиской Боря как следует понежился в ванной. Расслабился перед погружением в рабочий график как следует. Но стоило отдраить себя до зеркального блеска, как клапан тут же затравил.

«Спокойно, Боря, без нервов», — снова заявил внутренний голос, но поспорить с ним не удалось. В кабинет вошёл пожилой доктор.

Боря приподнялся из уважения, но был посажен на место властным взмахом морщинистой руки.

— Сидите, Борис. Не вставайте.

Доктор подслеповато глянул на распечатанную историю, поставил росчерк на выписке, заверил печатью и протянул.

— Док, так что со мной было? — спросил Боря, так как чувствовал себя великолепно. Никаких тебе инсультов и инфарктов, от которых отходить и восстанавливаться хоть всю жизнь. Но таблетки давали. Беленькие. И Глобальный подозревал, что это слабительное.

— Невралгия, — улыбнулся седой доктор с прищуром. — Удар.

Но пациент ждал ещё пары слов. Пришлось объяснять.

— Нервы, просто нервы, Борис. Мы часто очень много на себя берём, переживаем по пустякам. Но если в преклонном возрасте это выражается болью в груди или пульсацией и голове и, дай бог, когда рванёт — мгновенным переходом на тот свет. То в молодости организм решает, что рано ещё переходить за грань. И просто выключает рубильник раньше, чем пробьёт последний час. Так что вам, считайте, повезло.

— Кома — это везение?

— Ваша кома внутренних органов не отключала, просто перезапустила мозг, — отметил светило медицинской науки. — Вы истощили резервы организма, Борис. И он ответил. Как мог.

— И что теперь? Витаминки попить?

— Это конечно, — кивнул доктор. — Плюс режим дня настроить и начать правильно питаться, воду пить. Но это общие рекомендации. А вам лично я так же советую посетить психолога.

Боря поднялся. Даже какать перехотелось. Как любой нормальный молодой человек, он боялся стоматологов, смеялся над походами к проктологам, подозревал урологов во всех тяжких и не понимал мозгоправов.

Выспался, отъелся, подремал на сонные часы. Что ещё надо?

Доктор заметил заминку, протянул визитку.

— Вот… дочка моя. Мозги на место поставит, если дело в них. Покопайтесь в себе, Борис.

— Нервы подлечить, значит? — буркнул Боря, но визитку взял. Из уважения к старости. Выкинуть всегда можно.

— Лишним не будет. В глобальное время живём… бывайте, — ответил доктор и мгновенно потерял из вида пациента, зарывшись в бумагах на столе.

Он был здесь и не здесь одновременно.

Боря поблагодарил ценителя научного подхода к здоровью и направился использовать визитку по назначению. В последнем посещении особой комнаты перед сдачей запасного ключа пригодится.

Где ещё лечить нервы, как не в подобном месте отдыха? На белом троне, где не стучат в дверь минуту спустя, подозревая во всяком, а есть время поиграть в игру на радость клану.

В туалете для врачей — хорошо. Вон и телефон под рукой. Дарья отдала, как из реанимации перевели. Только визитка не пригодилась. Бумага под рукой казённая, двуслойная.

Едва Боря протянул палец к иконке игрушечки на дисплее, чтобы плотнее погрузиться в процесс, как отобразился неизвестный номер. Палец невольно угодил в «принять».

— Чёрт! — ругнулся Глобальный, и попытался отключить звонок, но из динамика донёсся знакомый голос.

— Боря! Боря-я-я! Это Антоха!

— Эм… Антон Сергеевич? — переспросил Боря по громкой связи, так как в попытках отключить звонок нажал на «динамик».

— Он самый! Не бросай трубку!

— Так вы же это… сидите.

— Это смотря на чём сидеть, Боря, — поправил бывший начальник. — Да, я из СИЗО звоню! Слушай меня внимательно. Я не в претензиях, что ты половину контейнера обнёс.

— Так это самое… Серьёзно? — даже растерялся Боря и от волнения начал бомбометать. Со всеми звуковыми эффектами полного присутствия.

Среди эха закрытого, тихого помещения получалось эпично. Но то не со зла. Вроде нужно прекратить, перестать и немедленно остановиться, но живот крутило и организм сказал «нет» разумным доводам.

— Боря, помехи какие-то! Сверлят что ли, — донеслось по динамику. — Слушай, что говорю. Чёрт с контейнером! Будь он полный, мне бы в особо крупном размере прилетело. А так может и на условку с конфискацией выйду. Но суть не в этом. В порту два контейнера на меня записаны. Их арестовали, и близко тебя не подпустят, это понятно. Но есть ещё один. На жену записан. Слышишь меня?

— Так я это… — пытался ответить Боря между оглушающими раскатами. — … не хотел же!

— Боря, ты чего переживаешь? Ты же меня спас, почитай. Если бы не ополовинил контейнер, мне бы ещё следствие намотало по самое не балуйся, — успокаивал начальник из мест не столь отдалённых, что само по себе напоминало сюрреализм. — Но ещё может намотать! Слышишь? Третий контейнер вывести из порта надо! Сороковка! Семьсот третий.

— Как вывести? — не понял выписанный, но не опустошённый пациент. — Куда?

— Да куда хочешь, — обнадёжил Антон. — Хоть на утиль сдай. За склад мне всё равно пока платить нечем. Счета заморожены. Возьми у жены деньги на перевозку и вывези контейнер.

— А что там?

— Да… всякое. Накопилось по мелочи, — выплюнул динамик. — Избавься от этого! Понял? Дуй прямо туда!

— Так я в больнице.

— Боря, не режь меня без ножа, — взмолился начальник. — Слиняй на часок. К Янке заедь. Она тебе ключ даст. А я охраннику позвоню, договорюсь, пропустит.

— Почему я-то? — сделал последнюю попытку договориться Боря. Но с ультиматумами особо не спорят.

— А кто ещё? Егор что ли? Да я ему степлер не доверю. Поэтому и сидит охранником в коридоре, — удивился динамик. — Молю тебя, вывези контейнер со склада. Потом что хочешь проси. Там же Палыч тарифы поднял, а у меня три места. За пару лет за аренду столько намотает, что новую зону можно построить. Слышишь?

— Да слышу, — ответил Боря, выдав чпокающее «па» сзади, как будто открыли пробку. — Дорого, значит, понял. Вывезу. Постараюсь.

— Отлично! Адрес в конторе возьмёшь.

— А так, чего?

— Не могу по телефону… Всё, Янке скажи, пусть грев шлёт… покедава!

Боря кивнул и отключил связь. Почесал нос краем телефона. Из него словно разом все лекарства вышли.

«Так вот они какие нервы, получаются», — подсказал внутренний голос

Но истратив немало бумаги, тщательно смыл. А работая ёршиком, Боря вдруг понял, что на душе полегчало. Во-первых, подследственный не в обиде. Во-вторых, контейнер если бесхозный, то самому пригодится. На стройке. Правда, в поле его просто так не поставить. Сопрут как увидят.

— Эх… Забор до зимы надо ставить, — решил Боря и понёс ключ обратно в ординаторскую.

С выпиской подмышкой, он вернулся в палату. Там всё с завтрака по-прежнему: дед спал в углу, укрыв лицо газеткой. Стас-крановщик разгадывал кроссворды на столе, поглядывая окно. А суетной бизнесмен Пахом разговаривал по телефону на повышенных.