Вадим Фарг – Семь ключей от будущего. Песнь забытого Лорда (страница 4)

Где он прячет компромат? Макс не был дураком и прекрасно понимал, что Грамм тоже не идиот. Этот ходячий ковёр наверняка подстраховался. Где-то была копия. Зашифрованный файл, отправленный на дальнюю станцию в сектор, куда флот не заглядывает? Дата-кристалл, спрятанный в самом неожиданном тайнике на корабле? А может, сообщение, которое автоматически отправится прямо в Имперскую службу безопасности, если Грамм не выйдет на связь в определённое время? Вариантов было слишком много, один другого хуже. Просто прикончить медведя – значило дёрнуть за чеку гранаты, которую тот зажал в своей уже мёртвой лапе.

Макс подошёл к умывальнику и плеснул в лицо ледяной водой. В зеркале на него смотрел незнакомец с горящими глазами и бледным, искажённым от злости лицом. Петля затягивалась. Каждый день, проведённый на «Неукротимом», был хождением по лезвию. Каждый сеанс связи с его таинственным нанимателем, «Тенью», мог стать последним. И теперь к этому добавилась ещё и эта волосатая проблема. Проблема, которая могла разрушить всё, что он так долго и тщательно выстраивал, в один миг.

Он должен быть умнее. Хитрее. Нужно не просто устранить угрозу, нужно сначала найти и уничтожить все её корни. Выследить, где Грамм спрятал свои страховочные копии. Заставить его поверить, что он, Макс, подчинился, что он сломлен и готов платить любую цену. Усыпить бдительность зверя, прежде чем нанести смертельный удар.

Ярость внутри него начала остывать, кристаллизуясь в холодную, острую как скальпель хирурга решимость. Да, это было унижение. Величайшее унижение в его жизни. Но он переживёт его. Он будет улыбаться этому медведю, будет выполнять его мелкие грязные требования, а сам в это время будет копать, искать, вынюхивать. И когда он найдёт всё, что ему нужно, он устроит Грамму такой «несчастный случай», который не вызовет ни единого вопроса даже у самого дотошного следователя. Он лично проследит, чтобы от старого урсида не осталось даже запаха машинного масла.

Хищник, попавший в ловушку, не паникует. Он затаивается, сливается с тенью и терпеливо ждёт момента, чтобы перегрызть глотку беспечному охотнику. И Макс был готов ждать столько, сколько потребуется.

Мастерская была царством Грамма. Его берлогой и личным храмом из металла и мазута. Здесь, среди мелодичного гула плазменных резаков и довольного шипения гидравлических прессов, он чувствовал себя по-настоящему дома. Запах железа и машинного масла – лучшим парфюмом, какой только можно найти во всей галактике. Каждый звук в этой оглушительной симфонии был ему знаком, как биение собственного сердца. Грамм как раз заканчивал тонкую калибровку топливного инжектора на одном из десантных шаттлов, когда что-то неуловимо изменилось.

Это было почти незаметное ощущение. Привычное гудение силовых кабелей под палубой стало тише, а монотонный гул системы жизнеобеспечения словно бы сбавил обороты. Он оторвался от работы и выпрямился, его старые кости недовольно хрустнули в знак протеста. И тогда Грамм его увидел.

В широком дверном проёме мастерской стоял капитан Валериус. Совершенно один. Без своей обычной свиты из помощников и охранников, что уже само по себе было тревожным знаком. Он просто стоял, заложив руки за спину, и его высокая, суровая фигура в безупречно отглаженном повседневном мундире казалась памятником самой себе, случайно установленным в моём мире из грязи и копоти. Он не произносил ни слова, просто смотрел на меня, и в его взгляде была твёрдость легированной стали.

Грамм почувствовал, как шерсть на загривке медленно поднимается дыбом. Капитаны флагманов не спускаются в машинное отделение, чтобы поболтать о погоде на ближайшей планете. Такие визиты никогда не сулили ничего хорошего. Грамм медленно положил на верстак массивный динамометрический ключ, который в моих лапах выглядел детской игрушкой, и кивком указал на панель управления.

– Минуту, капитан.

Грамм нажал несколько кнопок, и оглушительный рёв механизмов начал стихать, сменяясь тихим, мерным гудением. В наступившей относительной тишине шаги Валериуса по металлической палубе прозвучали гулко и отчётливо, словно удары молота по наковальне. Он подошёл ближе, его взгляд скользнул по оборудованию, но Грамм нутром чуял, что всё его внимание сосредоточено исключительно на нём.

– Грамм, – его голос был спокойным, как вакуум космоса, и таким же холодным. От этого спокойствия по спине пробежал неприятный холодок. – Я не мог не заметить ваш… повышенный интерес к лейтенанту Весту в последнее время. Вы буквально не сводите с него глаз.

Сердце Грамма, обычно работавшее ровно, как хорошо отлаженный двигатель, на время затихло, а потом заколотилось, как обезумевший перфоратор. Попался. Старый медведь угодил в силки. Он физически ощутил, как кровь отхлынула от моей морды, и был уверен, что даже сквозь густую серую шерсть это заметно. Врать он никогда не умел, его медвежья физиономия была слишком честной для подобных игр. Он открыл пасть, чтобы что-то промычать в ответ, какую-нибудь несусветную чушь про служебную бдительность и контроль за офицерским составом, но слова застряли в горле, как сухая кость.

Валериус смотрел на Грамма, и уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии усмешки. Он всё видел. Он прочёл панику на моём лице так же легко, как утренние сводки с передовой. Капитан сделал ещё один шаг вперёд, и его голос стал тише, почти доверительным.

– Не волнуйтесь, механик. Я здесь не для того, чтобы устраивать вам допрос.

Он сделал короткую паузу, которая растянулась, казалось, на целую вечность. В этой тишине Грамм успел прикинуть, какое наказание меня ждёт за слежку за старшим офицером.

– А для того, чтобы сказать: я тоже ему не доверяю. Слишком много тайн со стороны лейтенанта, о которых я, как высшее звено командования не знаю.

Грамм замер, не веря своим ушам. Воздух, который он с шумом втянул в лёгкие, так и остался там, отказываясь выходить наружу. Капитан Валериус, живая легенда флота, образец имперской выдержки и дисциплины, стоял посреди его мастерской и говорил, что не доверяет одному из своих элитных офицеров. Грамм уставился на него, отчаянно пытаясь найти в его глазах подвох, ловушку или какой-нибудь хитрый манёвр. Но видел лишь холодную, трезвую уверенность. Он не играл с Граммом. Он говорил правду. И эта правда была спасательным кругом, брошенным в тот самый момент, когда Грамм уже готовился пойти ко дну вместе со своими подозрениями.

Глава 4

Осознание того, что он больше не тащит эту ношу в одиночку, свалилось на Грамма с облегчением, будто с его мохнатых плеч сняли плазменный двигатель. Он нашёл союзника в лице самого главного начальника на этом корыте. Старый механик нутром почуял, что пора выкладывать все карты на стол, даже самые грязные и потрёпанные. Прятать козыри в рукаве больше не было смысла, когда на кону стояла не только его шкура, но и судьба той самой рыжей занозы, которую он считал своей ученицей.

Он шагнул ближе к капитану, стараясь не грохотать подошвами по металлической палубе. Его низкий, рокочущий голос, привыкший перекрикивать рёв реакторов, превратился в напряжённый шёпот.

– Капитан… Дело дрянь. И всё гораздо хуже, чем вы думаете. Наш лейтенант Макс – не просто скользкий тип как пролитая отработка. Он убийца и предатель. И ещё… Аска… инженер Редфорд… Девчонка жива. Вот только она с пиратом, Рейвеном, которого разыскивает имперский флот. Макс пытался их обоих поджарить, подстроив взрыв в доках, на планете Ги. Она мне всё рассказала.

Грамм на секунду замолчал, переводя дух. Он полез в карман своего комбинезона и вытащил небольшой дата-чип, замаскированный под обычный шестигранный болт.

– Вот. Здесь всё. Сообщения от Редфорд. Записи переговоров лейтенанта, собранные мной на корабле. Схемы зашифрованных каналов связи и доказательства его сговора. Я не спешил нести это вам. Хотел сначала выяснить, кто дёргает за ниточки этого красавчика. Не хотелось спугнуть главную крысу.

Валериус слушал не шелохнувшись, его лицо было непроницаемым. Он не удивился и не выказал шока, лишь в глубине его глаз полыхнул холодный, яростный огонь. Капитан медленно взял из лапы урсида крошечный чип, словно тот был детонатором. Его реакция была спокойной до жути, и это спокойствие говорило о многом. Похоже, слова механика лишь подтвердили его самые мрачные догадки.

– Вы поступили правильно, Грамм, – наконец произнёс он, и в его голосе впервые прозвучало неприкрытое уважение. – Поймать мелкую рыбёшку – это хорошо, но я хочу вытащить на палубу ту акулу, что за ней стоит. С этого момента мы работаем вместе. Докладываете только мне, и никому больше ни слова.

Капитан на мгновение задумался, его взгляд стал острым, как лазерный резак.

– Продолжайте свою игру. Пусть Вест думает, что держит старого медведя на коротком поводке и успешно вас контролирует. Пусть верит, что вы у него в кармане. А мы тем временем подготовим для него такую ловушку, из которой не выберется даже юркий разведчик.

Валериус развернулся, чтобы уйти, но у самой двери остановился и, не оборачиваясь, хлопнул Грамма по массивному плечу. Жест был коротким, но весомым.

– И вот ещё что, свяжитесь с Редфорд. Нам нужно встретится лично. Механик, спасибо за вашу верность. Таких, как вы, в Империи осталось немного.