Вадим Фарг – Погоня за прошлым (страница 7)
Он на секунду замолчал, его взгляд метнулся от меня к экрану, где всё ещё горело чужое-моё имя «ВАЗАР». Капитан тяжело вздохнул, будто принимая непростое решение.
— Ты пойдёшь в синий. Это жилые палубы. По идее, там должно быть безопаснее всего. Всё, разошлись! И держите связь, чтоб я вас всех слышал!
Команда разбежалась, а я остался один посреди разгромленного мостика. Холодный металл, разбитые экраны и тишина, которую нарушало лишь моё собственное дыхание. Я посмотрел на свой виз, куда уже была скинута нужная нам инфа. На нём мигала точка — моя цель. Она находилась на несколько палуб ниже.
Коридоры жилого сектора пострадали меньше, чем технические палубы. Здесь не было таких жутких разрушений, но холод пробирал до костей. Я шёл, и морозный воздух обжигал лёгкие. Мимо проплывали двери кают. На табличках с именами намёрз ледяной узор, скрывая их от меня. А шёпот… он становился всё настойчивее, словно кто-то говорил прямо мне в ухо. Теперь это были не просто звуки, а обрывки фраз.
«…он предал нас…»
«…запер, как крыс в ловушке…»
«…это его вина… всё из-за него…»
Я сжал кулаки так, что заболели костяшки, и почти побежал. Это просто эхо. Цифровые призраки, отпечатки трагедии в памяти корабля. Они не настоящие. Они не могут причинить мне вреда.
Дверь в нужную каюту была приоткрыта и тихо покачивалась. Я толкнул её и вошёл внутрь. Помещение оказалось до жути простым. Ничего лишнего: кровать, заправленная с военной точностью, шкаф, стол. Словно здесь жил не человек, а робот. И всё это было подёрнуто тонкой, как паутина, изморозью. Моё внимание привлекла единственная вещь на столе — маленькая голографическая рамка для фотографий. Она была пуста. Чёрный квадрат, ждущий изображения.
Я протянул руку и провёл пальцем по замёрзшей поверхности, стирая иней. В тот же миг большой монитор на стене ожил, залив каюту мертвенно-бледным светом.
На нём появилось моё лицо. Но не то, к которому я привык в отражении. Это было лицо коммандера Вазара из бортового журнала. Жёсткое, уставшее и полное ярости.
— Огонь! — прохрипел мой собственный голос из динамиков, искажённый помехами. — Запечатать гермоворота! Немедленно!
Изображение сменилось. Теперь я видел картинку с камеры наблюдения в одном из коридоров. По нему бежали люди в имперской форме, их лица были искажены паникой. Они отчаянно барабанили по массивным гермоворотам, которые с тяжёлым скрежетом опускались прямо перед ними, отрезая последний путь к спасению.
— Никто не выйдет отсюда! — снова раздался мой голос, но на этот раз он был ледяным, без капли эмоций. — Миссия превыше всего.
Снова смена кадра. Теперь на экране была та самая женщина. Её лицо было так близко к камере, что я видел каждую деталь. Глаза горели ненавистью.
— Ты пожалеешь об этом! Слышишь меня⁈ Я найду тебя даже в самой глуши Вселенной!
Монитор погас так же внезапно, как и включился. Я стоял, тяжело дыша, и не мог пошевелиться. В ушах стучал собственный пульс. Это было не просто воспоминание. Это было прямое обвинение.
Я отвернулся от погасшего экрана и выскочил из каюты. Мне срочно нужен был воздух, пусть даже этот, ледяной и наполненный пылью. Я почти бежал по коридору, не разбирая дороги. Шёпот вокруг превратился в оглушительный хор, который бил по ушам со всех сторон.
«Убийца…»
«Ты обрёк нас на смерть…»
«Твоя вина… твоя… твоя…»
Что-то метнулось в углу. Я дёрнул головой — пусто. Просто игра света и тени. Но потом снова. Тёмный сгусток, похожий на человека, застыл в дальнем конце коридора. Я моргнул, и он исчез, будто его и не было.
— Влад, что с тобой? — раздался в ухе взволнованный голос Лиандры. Я совсем забыл про комм-канал. — Твои биометрические показатели просто зашкаливают! Пульс, давление… Твой мозг работает на пределе! Это не просто воспоминания, корабль целенаправленно бьёт по тебе!
Я прислонился спиной к ледяной стене, пытаясь унять дрожь. Голова раскалывалась на части.
— Я… я в порядке, — с трудом выдавил я. — Просто… голова немного кружится.
Рядом со мной на стене вспыхнула маленькая информационная панель. На ней не было видео. Только светящиеся буквы.
Я смотрел на эти слова, и по спине пробежал холодный пот. Теперь я всё понял. Корабль не просто просил о помощи. Он хотел забрать меня. Моё тело. Мой разум. Он пытался сломать меня, заставить поверить, что я — это он. Стереть личность Влада Волкова, этого ничего не помнящего найденыша, и на его место записать свою — коммандера Вазара.
— Нет… — прошептал я, отшатнувшись от светящейся панели. — Я — это не ты.
И в этот момент боль в моей голове взорвалась. Будто кто-то вбил мне в череп раскалённый гвоздь. Коридор перед глазами поплыл, стены изогнулись, и пол полетел мне навстречу. Меня поглотила тьма.
— Влад! Влад, ответь!
Голос Лиандры, пробивающийся через помехи в моём комме, звучал глухо и отдалённо, словно она кричала с другого конца галактики. Эта тонкая звуковая ниточка была последним, что связывало меня с реальностью, но и она с каждой секундой становилась всё тоньше, растворяясь в оглушительной боли и подступающей темноте.
А потом связь оборвалась, и я остался один.
В то же мгновение по всему кораблю разнёсся оглушительный, скрежещущий вой. Это был не привычный гул двигателей и не тревожный рёв сирен. Так звучали тысячи тонн металла, сдвигаемые с места неведомой силой. Это был звук захлопывающейся мышеловки, и мы оказались внутри.
— Какого чёрта⁈ — рявкнул в своей рации капитан. Он как раз добрался до красного сектора, и его голос был пропитан привычным раздражением от очередной поломки. — Что опять стряслось?
Ответом ему послужил оглушительный удар, от которого палуба под ногами содрогнулась. Прямо перед ним и Лиандрой, поднимая с пола облачка пыли, с потолка рухнула массивная гермодверь, отрезая им путь к отступлению. Спустя секунду ещё одна с таким же грохотом опустилась в дальнем конце коридора. Они оказались в ловушке, запертые в узком металлическом пенале.
— Кира! Гюнтер! Немедленно доложите обстановку! — прорычал Семён Аркадьевич, с силой молотя кулаком по непробиваемой стали, словно мог пробить её голыми руками.
— Мы тоже заперты! — донёсся из динамика взволнованный, почти срывающийся голос Киры. На фоне её крика слышался тот же противный скрежет металла. — Он отрезал нас друг от друга! Похоже, все гермоворота в жилом секторе активированы!
И тут же наступила тишина.
Не та давящая, мёртвая тишина пустого космоса, что была раньше. Эта была другой. Пустой и звенящей. Исчез низкий, убаюкивающий гул вентиляции. Воздух в коридорах застыл, стал неподвижным и тяжёлым.
— Он отключил жизнеобеспечение, — спокойно констатировала Лиандра. Её голос оставался ровным, но в нём появились ледяные, стальные нотки. Она посмотрела на маленький датчик на своём запястье, словно не веря показаниям. — Подача кислорода полностью прекращена.
— Проклятье! — Капитан ударил по стене ещё раз, но в этом ударе уже не было злости, только бессилие. — Этот цифровой ублюдок… он решил нас просто задушить!
Тем временем в жёлтом секторе, посреди лабиринта из труб и гудящих механизмов, Кира в отчаянии пыталась вскрыть панель управления ближайшей двери своим мультитулом. Искры летели во все стороны, но замок не поддавался.
— Не выходит! — в сердцах крикнула она, отбрасывая бесполезный инструмент. — Он всё намертво заблокировал! Он будто пережёг все цепи!
— Расчётное время до критического падения уровня кислорода: одиннадцать минут, сорок две секунды, — бесстрастно сообщил Гюнтер, стоявший рядом. Его оптический сенсор горел ровным красным светом. — Рекомендую снизить физическую активность и частоту дыхания для повышения шансов на выживание. Это будет более effizient.
— Да спасибо за совет, консервная банка! — огрызнулась Кира, тяжело дыша. — Думай, Кира, думай! Должен же быть другой выход! Аварийный люк! Вентиляция! Хоть что-нибудь!
Началась отчаянная гонка со временем. Гонка с кораблём, который из старого, ворчливого дома превратился в хищника, охотящегося на собственных хозяев.
Капитан, бросив бесполезные попытки связаться с остальными, обнаружил в аварийном шкафчике здоровенный плазменный резак. Инструмент был тяжёлым, громоздким и явно предназначался для грубой резки внешней обшивки, а не для тонкой работы в замкнутом пространстве.
— Отойди, доктор, — прохрипел он. — Сейчас мы сделаем себе новую дверь. Посмотрим, кому это надоест быстрее.
Сноп ослепительно-белого пламени с громким шипением вгрызся в металл. Воздух в узком коридоре мгновенно наполнился едким запахом раскалённой стали. Работа продвигалась мучительно медленно. Каждые несколько секунд капитану приходилось останавливаться, чтобы перевести дух в разреженном, спёртом воздухе. Его лицо из красного стало багровым, а на лбу выступили крупные капли пота.
— Семён Аркадьевич, не торопитесь так, — спокойно сказала Лиандра, положив свою тонкую руку ему на плечо. — Иначе вы сгорите раньше, чем у нас закончится кислород. Дышите глубже и реже. Экономьте силы.
В это же время Кира, вскарабкавшись на Гюнтера, пыталась голыми руками отодрать решётку вентиляционной шахты у самого потолка. Старые болты приржавели намертво и не двигались ни на миллиметр.