Вадим Фарг – Изменивший империю. Первый шаг. Том 2 (страница 34)
— Что ж, видимо, придётся копать ещё глубже, — пробормотал я себе под нос, глядя на фотографии с мест преступлений. — Но ничего, все вы, сволочи, получите по заслугам.
Суббота была у нас законным выходным. Не знаю, почему в этом мире и в этой стране такие законы. В моём прошлом дети либо учились чуть ли не постоянно, либо не учились вовсе. Слишком много нюансов было, да и обучение платное. Здесь, собственно, тоже. Правда, называлось оно бесплатным. Вот только оказалось слишком дорогим для простых людей. Кто знает, тот поймёт.
И на моё счастье, утром ни тётушки, ни её ухажёра в моём (да, мне всё больше нравилось думать именно так) доме не было.
— Куда собираешься? — спросила Катя, когда застала меня у двери.
— По делам, — просто ответил я и потянул за ручку.
— Илья, — она шагнула ко мне и положила руку на плечо, развернув к себе. — Ты прости за вчерашнее. И... за позавчера тоже не сердись, — её голос стал виноватым. — Я знаю, моя мама не подарок, но...
— Не надо, — спокойно прервал её я. — Не извиняйся за неё. Тётушка — взрослая женщина и должна отдавать себе отчёт в том, что говорит. А если напивается, что происходит в последнее время довольно часто, то должна знать о последствиях.
— Да, я понимаю, просто...
— Всё нормально, — улыбнулся я. — Я не злюсь. Да, было неприятно, но за всё это время уже привык.
— Честно говоря, это звучит ещё обиднее, — Катя опустила глаза.
— Уж прости, — я пожал плечами. — Ты хотела честный ответ, а я не хочу тебе врать. Поэтому иногда лучше вообще ничего не спрашивать, чтобы потом не расстроиться от ответов.
— Да, знаю, — криво усмехнулась она. — Вот только, когда я так вела себя по отношению к тебе, то чувствовала себя довольно гадко. Тем более сейчас...
Она прикусила губу и снова отвернулась.
— Что сейчас? — уточнил я.
— Ну-у-у... — неуверенно протянула девушка, взглянув мне в глаза. — Ты как-то изменился, будто... повзрослел, что ли... не знаю, как правильно сказать, — её щёки залились румянцем, — но ты сильно изменился, Илья. После того как вернулся из больницы, тебя будто подменили.
— Есть такое, — признался я, хотя вряд ли она поймёт о чём речь. — Можно сказать, что мир для меня перевернулся. В тот момент, когда я рухнул с лестницы, то передо мной промелькнула вся моя жизнь. И тогда я понял, что, — смущённо улыбнулся, — ничего толкового не добился. Я просто кусок мяса в этом мире. Родился безвестным, таким же и умру. Но меня подобное не устраивает, уж прости.
— Было бы за что, — улыбалась девушка. — В твоих словах есть своя правда. Но тогда получается, что все остальные, кто ничего не добился, так и останутся кусками гнили на планете? А ведь нас большинство.
Нас... понятно, что она говорит о себе. Да и по факту, простолюдинов, если можно так выразиться, на этой Земле очень много. Сами по себе они ничего не стоят. Вот только это не совсем так, люди не понимают, чего стоят на самом деле.
— Ты права лишь отчасти, — я решил её переубедить, если получится. — Нет ни единого человека, который может сделать что-то достойное самолично. За ним всегда стоит команда. Близкие, родные, друзья, да даже враги. Каждый из них может на него повлиять, либо помочь стать тем, кого потом запомнят на века.
— Но ведь о них никто никогда не узнает.
— А это уже эгоизм, уж прости меня. Великие добрые дела совершаются не для того, чтобы запомнили человека, который на них решился. Они творятся с чистой душой, чтобы помочь остальным. А Бог, — я поднял взгляд к потолку, хотя от подобных слов самого несколько покорёжило, — или то, что там, где-то в неведомых далях, всё заметит и обязательно оценит. Просто мы настолько стали злыми и уставшими, что не ценим того, что происходит в реальности.
— Я сейчас не совсем тебя понимаю, Илья, — нахмурилась Катя.
— Ну смотри, — разговор внезапно стал интересным, — зачастую люди замечают что-то плохое, что происходит в их жизни. А те крупицы хорошего воспринимают, как должное. Вот только потом, когда с ними что-то не так, обязательно валят неприятности на высшие силы или кого-то ещё. Никто не собирается нести ответственности. Даже если карма и существует, то почему все решили, что она работает только в обратную сторону? Вполне возможно, что я, сняв кошку с дерева или переведя старушку, аннулировал нечто плохое, что со мной должно было быть.
— Но этого никак не проверить, — кажется Катя начала понимать, к чему я клоню.
— Именно, — кивнул я. — Зато, когда с нами происходит нечто плохое, мы начинаем вопрошать: «Что я такого сделал? Я же помогаю старушкам».
— Это... — девушка на мгновение замолчала, — сложновато.
— Кто спорит, — хмыкнул в ответ. — Но попробуй оспорить.
— Хорошо, — в её глазах вспыхнули азартные огоньки. — Я подумаю об этом сегодня. А когда ты приедешь, мы с тобой вернёмся к этой теме.
— Договорились, — кивнул я. — А теперь, прости, мне пора.
Сергея я вызывать, естественно, не стал. Хватило и тех нескольких моментов, когда он ко мне приезжал. Если за мной (точнее, за Мором) начнут следить, а в этом я не сомневался, иначе сильно бы расстроился, то провести параллель между Филатовым и новым криминальным боссом не так-то сложно. И связывающей нитью может оказаться, как раз таки Сергей. Конечно, и Саша тоже будет причастной, но её всегда можно спрятать. Позаботиться о сироте, у которой никого нет, в разы проще, чем о взрослом человеке, у которого есть дочь.
Поэтому до бара я добрался самостоятельно. Старался передвигаться как можно скрытно, путая следы. Да, потратил время, но уверен, что оно того стоило. За пару кварталов переоделся, спрятав одежду за мусорным контейнером, натянул клыкастую маску, и вошёл через парадный вход.
И вот уже там...
— Какого хрена?!
Глава 25
— О, босс?!
Троица увальней, что до этого валялась на диванах в зале, мигом подскочила. Наш бар ещё не работал, рановато, да и райончик был не «денежный», поэтому даже по вечерам посетителей забредало не особо много. Здание по большому счёту использовалось, как «офис» Беса. Но теперь новый владелец, то бишь я, планировал всё исправить.
Именно поэтому мне не понравилось, что три бойца (хотя какие они бойцы? Так, боровы, которые ничего, кроме грубой силы, и не знают) откровенно пинали... ну, те самые половые органы.
— И как это понимать?! — сухо произнёс я, заходя внутрь.
У барной стойки увидел парочку миловидных женских лиц, видимо, Сергей уже расставил дамочек по своим местам. За столами никого, в окна пробивается солнечный свет, и при этом яркие лучи отчётливо показывали клубы дыма от дешёвых сигарет.
— Проветрить, — кивнул я одной из девушек, и та ринулась выполнять приказ. — А вы, — я снова посмотрел на троицу, — отвечайте на вопрос.
— Босс, — один из них, видимо, самый смелый, сделал шаг вперёд и развёл руками. Его лицо было виноватым, но при этом я ощущал исходящий от него пофигизм. — Да ладно вас, всё под контролем.
— Неужели? — я чуть склонил голову набок. — Объяснись. Где вы сейчас должны быть?
— Ну у Сашки, — он пожал плечами. — Но мы там были, всё норм. Вот, приехали чутка выпить, да пообщаться, — он бросил на женщину, что распахивала окна, сальный взгляд. — Тем более есть с кем, — снова взглянул на меня. — А Сашка одна не скучает, поверь, босс. К ней там пацанчик один бегает постоянно. Ну, ты знаешь. Филатов этот из старшей школы «Пепел и Крылья». Он её потрахивает, судя по всему, так что можно не беспокои...
Он не успел закончить фразу, как я оказался рядом. Недозрелое быдло даже не повернулось, когда я схватил его за руку. Удар по колену, заставил его упасть на пол. После чего раздался хруст и пронзительный крик. Переломанная лучевая кость прорвалась наружу сквозь плоть и кожу. Под ноги брызнула кровь, а вопль раненого чуть ли не оглушал. Но в тот момент меня переполняла такая злоба, что я желал свернуть ему шею. И всё же смог сдержаться, однако при этом перехватил его за глотку и швырнул в сторону, словно тряпичную куклу. Ударившись спиной о стену, паренёк обмяк и рухнул на пол уже без чувств.
— Урок ясен?! — злобно рыкнул я на оставшуюся парочку. Те активно закивали. — Ну так какого хера стоите?! Вызывайте скорую. Скажете, что неудачно упал с лестницы.
Парни испуганно переглянулись, но спорить не стали. Один достал телефон и тут же набрал номер, второй подскочил к раненому и прижал тряпкой рану.
Я же подошёл к перепуганным женщинам (или девушкам, вот чёрт его знает, паспортов нет, а возраст я так и не узнал от Сергея. Надо будет со всеми лично познакомиться и всё о них узнать). Барменша боялась, хотя держалась при этом молодцом, стараясь не показывать своих эмоций. Однако страх кисловатым вкусом щекотал ноздри.
— Всё в порядке? — обратился я к той, что стояла ближе, уперев руки в барную стойку. Видимо, таким образом она хотела показать свою смелость, бросая молчаливый вызов.
— Да, — выдавила сбитенькая дамочка с короткой стрижкой, однако дрогнувший голос её выдал. — Вполне.
— Я вижу, — усмехнулся и покосился на стонущего парня, что уже приходил в себя. — Сейчас опять начнётся вой. Вам лучше присоединиться к помощи, дабы у фельдшеров не возникло вопросов, почему вы так снисходительно относитесь к серьёзной травме. Ну и историю тоже запомните.