Вадим Фарг – Идеальный дефект (страница 13)
Живой корабль не упустил свой шанс. Из стен прямо на глазах начали раскрываться пульсирующие био-узлы. Они заработали как мощные пылесосы, с жадным чавканьем всасывая в себя ошеломлённые сгустки плазмы. Корабль довольно замурлыкал на ментальном уровне, пополняя свои запасы халявной энергии.
Криптик тоже не растерялся. Пьяный от электричества зверёк ловко прыгал, хватая пастью самых мелких, не успевших сбежать Эфириалов. Он жадно глотал их, при этом громко урча.
Свет наконец-то перестал мигать. В рубке повисла тишина, нарушаемая лишь гудением двигателей и довольным урчанием Криптика, который растянулся на тёплом полу, поглаживая свой круглый светящийся живот.
Кира медленно сползла по стене, вытирая со лба пот. Лиандра убрала скальпели и облегчённо выдохнула. Я бросил разводной ключ на панель управления и устало потёр лицо.
— Напомните мне выписать Гюнтеру премию, — хмыкнул я, глядя на помятые скафандры.
— Обойдётся без премии. Пусть лучше научится готовить нормальный суп, а не эту бурду из машинного масла, — буркнула Кира, поднимаясь на ноги.
— Эй, мы живы, корабль цел, а наш питомец сыт. Я считаю, это абсолютная победа, — улыбнулся я, возвращаясь в кресло капитана.
Положил руки на штурвал, чувствуя, как внутри живого металла мерно бьётся сильное, сытое сердце моего корабля. Мы погружались всё глубже в газовый гигант, оставляя имперских ищеек далеко позади. Впереди нас ждала неизвестность, но сейчас это не имело никакого значения. Мы справились. В очередной раз.
— Ненависть — это не пламя, лейтенант. Это звенящий холод, который навсегда замораживает любую слабость, — прозвучал лишённый всяких интонаций голос генерала Валериус.
Мостик дредноута утопал в атмосфере ужаса. Здесь никогда не было места суете, лишним движениям или громким звукам. Лишь ровный, утробный гул массивных гравитационных двигателей вибрировал под ногами, напоминая о колоссальной, почти божественной мощи корабля. Свет был приглушенным, холодным и абсолютно безжизненным.
Лейтенант Грик стоял по стойке смирно перед массивным командирским креслом. По его бледному лицу катились крупные капли пота. Он стиснул планшет с докладом, чувствуя, как предательски дрожат колени.
Генерал Валериус возвышалась над ним, закованная в тяжёлую броню. Уцелевший золотой глаз смотрел на молодого офицера с пугающей пустотой.
— Докладывайте, — коротко приказала она.
— Госпожа генерал… — Грик судорожно сглотнул. Голос предательски сорвался на жалкий писк. — Отряд перехвата на исследовательской станции «Генезис–13»… он полностью уничтожен. Цель номер один, Владислав Волков, успешно покинул сектор. Сама станция разрушена в результате неконтролируемого падения в атмосферу газового гиганта. И…
— Продолжайте, лейтенант. Я крайне не люблю долгих пауз в отчётах, — Валериус слегка наклонила голову.
— Вполне вероятно, что все данные, что содержались на станции, были похищены Волковым! — выпалил несчастный офицер на одном дыхании, крепко зажмурившись в ожидании неминуемой и жестокой расплаты.
Генерал Валериус не стала срываться на крик. Она не разбила панель управления кулаком и не выхватила плазменный пистолет. Вместо этого она впала в состояние ледяного бешенства. Температура на мостике словно разом упала на несколько десятков градусов. Многочисленный экипаж в первобытном страхе затаил дыхание, боясь даже моргнуть.
Она медленно подняла свою уцелевшую руку. Лейтенант Грик внезапно захрипел. Невидимая, но сокрушительная сила резко сдавила его горло. Офицер выронил планшет, который с оглушительным звоном упал на пол, и схватился обеими руками за шею, тщетно пытаясь ослабить мёртвую хватку телекинеза. Его ноги оторвались от палубы. Он беспомощно заболтался в воздухе, смешно суча ногами и выкатывая налитые кровью глаза.
В этот самый момент воздух в центре рубки тревожно замерцал. Из скрытых потолочных проекторов ударили лучи жёсткого синего света, формируя высокую, плотную голографическую фигуру. Аватар-Вазар. Цифровой бог явился сюда лишь в виде проекции, но его подавляющее присутствие давило на психику не хуже корабельной гравитации. Безликая маска отражала мерцающие огни консолей.
Вазар с откровенной скукой наблюдал за тем, как подвешенный лейтенант Грик отчаянно и жалко борется за последние порции кислорода.
— Как банально и предсказуемо, — раздался синтетический голос Вазара, резонирующий прямо в черепах присутствующих. — Ты снова тратишь бесценную энергию на примитивную жестокость по отношению к обычному обслуживающему персоналу.
— Он принёс мне весть о позорном провале! — процедила Валериус сквозь зубы. Лицо Грика уже начало приобретать синеватый оттенок.
— Забавная ирония, не находишь? — Вазар медленно сложил руки на широкой груди. — Влад Волков — это всего лишь дефект. Жалкая ошибка в моем безупречном программном коде. Давно устаревший биологический прототип. Но он полностью принял свою хаотичную, слабую человеческую природу. И парадокс в том, что именно эта непредсказуемость делает его с каждым днём всё сильнее. А что же ты, моя дорогая Валериус?
Генерал резко повернулась к голограмме.
— Ты была создана изначально идеальной, — продолжил Вазар лекционным тоном. — Идеальное оружие. Но ты раз за разом позволяешь своим органическим эмоциям: слепому гневу, детской обиде, жажде примитивной мести, брать верх. Они делают тебя слабой, предсказуемой и уязвимой. Сейчас ты ведёшь себя совсем не как хладнокровный главнокомандующий могучим имперским флотом. Ты просто истеричный, глубоко травмированный ребёнок, которого зачем-то заперли в прочную броню титана.
Эти жестокие слова стали последней каплей. Ярость генерала Валериус мгновенно достигла своей критической точки. Она резко и с силой сжала кулак.
Раздался отвратительно хруст ломающихся шейных позвонков. Лейтенант Грик мгновенно обмяк, превратившись в безжизненную куклу. Генерал небрежно швырнула свежий труп через мостик. Тело врезалось в массивный панорамный экран и медленно сползло вниз, оставляя на прозрачном бронестекле широкий, кровавый след.
— Не смей! Не смей читать мне лекции об идеальности! — истошно закричала Валериус. — Ты высокомерно называешь его дефектом, но сам всё ещё намертво привязан к нему! Ты больной, Вазар! Ты привязан к своему прошлому человеческому «я»! Ты ведь мог легко раздавить его там, на Кладбище Искр, но ты специально отпустил его живым! Ты оправдываешься тем, что используешь его как ищейку для поиска Ключей Древних, но я знаю правду. Ты втайне до ужаса боишься, что эта твоя жалкая ошибка в итоге превзойдёт своего гениального создателя!
Чёрная маска Вазара осталась абсолютно бесстрастной. Он не издал ни звука. Гигант лишь слегка склонил голову набок, словно с научным интересом прислушиваясь к её истерике. А затем голограмма просто растворилась в воздухе без единого прощального слова, рассыпавшись на миллионы синих пикселей и оставив генерала наедине с её ненавистью.
Глава 7
Мы высадились на Хронос-IV. Это была до жути сюрреалистичная и неправильная планета. Древний город Предтечей, который когда-то давно раскинулся здесь, жил по своим собственным, абсолютно безумным законам. Время в этом месте текло вспять. Я видел это своими собственными глазами и не мог поверить. Расколотые тысячелетиями мраморные колонны с громким каменным хрустом собирались из пыли обратно, превращаясь в величественные статуи великих воинов. А местное тусклое солнце медленно и упрямо ползло по небу с запада на восток, ломая все привычные законы физики.
Нам нужно было пробиться в самый центр этой аномалии, в гигантский Храм Секунд. Там, согласно нашим обрывочным данным, лежал «Нулевой Резонатор» — единственная в галактике древняя штуковина, способная пробить темпоральные щиты непроницаемой тюрьмы «Пантеон».
Но чем ближе мы подходили к циклопическому зданию храма, тем страннее мы все себя чувствовали. Сначала мы просто не понимали, в чём дело. Воздух стал густым и горячим. Первым серьёзные изменения заметил наш капитан.
— Святые угодники, — вдруг выдохнул он, резко останавливаясь посреди пыльной дороги.
Старик выронил свой любимый «Аргумент» и начал судорожно ощупывать широкую поясницу.
— Кэп, что случилось? Радикулит опять прихватил или магнитные бури шалят? — спросил я, оборачиваясь к нему с лёгкой усмешкой.
— Влад… у меня ничего не болит, — его голос задрожал от настоящего шока и неописуемого восторга. — Мои колени… Они гнутся! И одышки больше нет!
Прямо на наших изумлённых глазах глубокие морщины на его лице быстро разглаживались. Седина исчезала из густых усов и волос, сменяясь насыщенным тёмно-каштановым цветом. Плечи капитана с хрустом раздались вширь. Его старый парадный китель, который он напялил на эту миссию «для солидности», теперь не висел на нём мешком, а угрожающе трещал по швам, плотно облегая гору литых молодых мышц. Меньше чем за минуту наш ворчливый старик превратился в широкоплечего, дерзкого и полного сил красавца. Это был элитный десантник на самом пике своей боевой формы, каким он был сорок долгих лет назад.