Вадим Фарг – Главный инженер 2 (страница 5)

Глеб поднял руки, пытаясь выиграть время.

— Виктория Игоревна, не надо сейчас драматизировать, был сбой автоматики, его устранили. Мы всё проконтролируем.

— Вы уже контролировали, — сказала она, и в её голос вернулась сталь. — У меня люди в подвале плавали.

— Сбой не критичный, — пробормотал он.

Я молча смотрел на него, Глеб почувствовал это и замолчал. Виктория заметила паузу.

— Максим, — сказала она, повернувшись ко мне. — Вы что-то нашли?

Глеб резко шагнул между нами.

— Виктория Игоревна, нам нужно сначала оформить внутренний акт. Не надо обсуждать технические детали на улице.

— Вот как? — она сузила глаза. — недавно вы орали на моих сотрудников на этой же улице, а теперь вам понадобилась приватность?

Глеб покраснел, потом посмотрел на меня. Теперь уже без спеси.

— Максим, да? — сказал он тише, делая шаг ко мне. — Можно на пару слов?

Глава 3

Глеб отвёл меня к краю тротуара, подальше от Виктории и рабочих. Перед подчиненными он еще пытался держать лицо человека, у которого всё под контролем, но стоило нам отойти на несколько метров, как он перестал притворяться. Глеб вытер лоб, бросил опасливый взгляд в сторону входа где по прежнему стояла Виктория, разговаривающая по телефону, и только потом повернулся ко мне.

Я хорошо знал таких людей. В прошлой жизни они сидели на совещаниях, приносили папки с отчетами в которых по их словам все шло по графику, а потом бледнели, когда я открывал смету на нужной странице.

Эти люди боялись ответственности. Боялись подписывать документы, которые потом могут достать из архива и показать прокурору. Боялись акта, который визировали, потому что надо было срочно, и так все все так делают.

Глеб снова оглянулся, убедился, что Виктория нас не слышит, и заговорил тише.

— Слушай, Максим, ты, я вижу, мужик толковый, но сейчас давай не будем раскачивать лодку, — сказал он и поправил часы на руке, хотя они и так сидели нормально. — Объект сложный, подрядчиков много и поставщики разные, поэтому случаются накладки, ты же сам понимаешь, техника есть техника.

Я спокойно посмотрел на него.

— Техника не бывает сама по себе, — сказал я, не повышая голос. — для ее приобретения всегда есть смета, акт приемки и человек, который поставил подпись.

Глеб поморщился и тихо выругался себе под нос.

— Вот не надо сейчас умничать, — сказал он, и поднял на меня глаза. — Ты проблему решил? Решил. Спасибо. Деньги получишь. Только не надо рассказывать владелице про материалы и корпуса. Она женщина эмоциональная, сейчас начнёт юристов подключать, экспертизы, а нам всем потом месяцами разгребать.

— Вам разгребать, — уточнил я. — Мне это не мешает.

Он прищурился, и я увидел, как раздражение в его глазах сменилось расчетом.

— Чего ты хочешь? — спросил Глеб и сунул руки в карманы куртки.

Хороший вопрос. На переговорах всегда важно дождаться, пока другая сторона сама произносит его. Пока человек объясняет, оправдывается и просит не шуметь, он еще считает себя хозяином ситуации. А вот когда спрашивает «чего хочешь», уже показывает что готов купить твой товар, а в данном случае товаром было молчание. Очень простой актив.

Я достал из кармана сложенную листовку, на которой значилось: «Максим Смирнов. Сложные инженерные системы. Диагностика. Ремонт. Аварийные вызовы». Ниже телефон и список услуг. Дизайн листовки был нормальным, без аляповатых молотков с гаечными ключами и улыбающимися сантехников в касках. Вначале я конечно именно такие расклеивал по району, но сейчас была другая ситуация и та же листовка должна была выглядеть солидно. Это была не реклама, а наживка, которую рыба уже проглотила.

— Я проезжал мимо, — сказал я и протянул бумагу Глебу. — Развозил объявления, а тут увидел мокрых рабочих, услышал вашу фразу про частотник и решил предложить помощь. Всё просто.

Глеб взял листовку, прочитал и хмыкнув, провёл большим пальцем по номеру телефона.

— Значит и правда кризис-инженер, — сказал он с усмешкой.

— Можете называть сантехником, если вам так легче, — ответил я. — Только этот сантехник за десять минут решил проблему которую вы похоже до конца дня не решили бы.

— Я могу устроить тебя к нам, — сказал он после паузы, уже деловым тоном. — Сначала неофициально, потом на постоянку. Будешь работать в аварийной группе по VIP-объектам. зАРПЛАТА ТАМ ХОРОШАЯ Если покажешь себя, можно будет бригадиром поставить. А там и зарплаты другие и работа. Нам такие люди нужны.

Я еле сдержал улыбку. Просто система опять сделала то, что всегда делает. Сначала она игнорирует риск, потом пытается его задавить, но если не вышло, пытается купить. А если купила, надевает на него бейджик, выдаёт регламент и делает частью себя.

— Нет, — сказал я.

Глеб моргнул, будто не сразу понял, что отказ был реальный.

— Что нет? — переспросил он, наклонив голову.

— В штат я не пойду.

— Ты даже сумму не знаешь, — сказал он и даже немного оживился.

— Не имеет значения.

Он посмотрел на меня внимательнее. В глазах появилась не злость, а интерес, смешанный с раздражением. Люди вроде Глеба плохо понимали тех, кто не продается, так как считали, что у всего есть своя цена.

— Слушай, Максим, — начал он медленнее. — Ты не понимаешь, куда можешь попасть. «Элит-Комфорт» работает не с бабками у подъезда. У нас элитные жилые комплексы, рестораны, клубы, частные дома, Рублёвка. Там один нормальный вызов стоит больше, чем ты на своих листовках за месяц поднимешь.

— Понимаю.

— Тогда почему нет?

— Потому что я работаю только на себя.

Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой.

— Странный подход. Ты слишком гордый?

— Скорее это рациональный подход, возразилд я. — В штате я буду вашим сотрудником и должен буду подчиняться правилам фирмы, вне штата я буду вашим решением сложных проблем, которые могут не совпадать со стратегией «Элит-Комфорт».

Глеб замолчал. Ему не понравилась формулировка, но пое его глазам было видно, что он ее принял.

А я продолжил:

— Если у вас горит объект VIP-уровня, а ваши люди не справляются, вы звоните мне. Я приезжаю, смотрю, называю цену и решаю проблему. Без лишних вопросов. Но для скорости мне нужен постоянный пропуск внештатного кризис-инженера «Элит-Комфорта», с доступом на ваши закрытые территории. Чтобы я не стоял на КПП, пока вы пытаетесь потушить очередной «пожар» или объясняете новой Виктории, что это техника сложная.

Глеб усмехнулся, но уже нервно.

— Ты губу то слишком раскатал, — пробормотал он.

— Дело ваша, думайте, — пожал я плечами.

— Постоянный пропуск просто так не дают.

— Значит, оформите не просто так, — сказал я. — Договор подряда, разовый контракт, или аварийное обслуживание, как угодно. Вы инженер, Глеб Сергеевич. Придумайте схему, у вас их хватает.

Он стиснул зубы, и на секунду мне показалось, что он сейчас пошлёт меня и вернётся к Виктории, но страх был сильнее. Там, за его спиной, находился стоял ресторан, который совсем скоро должен был открыться и в него были вложены большие деньги.

— А если я откажусь? — спросил Глеб.

Я кивнул в сторону ресторана.

— Тогда я вернусь к Виктории Игоревне и объясню, почему ей нужен независимый аудит насосной группы, закупочных документов и актов приёмки.

Глеб побледнел. Совсем немного, но я все понял и без «Аналитического взора», в Глебе шла борьба между страхом и желанием послать наглого кризисного инженера.

— Ты меня шантажируешь? — спросил он глухо.

— Я торгуюсь, — возразил я.

— Не вижу разницы, — проворчал он.

— Разница в том, — пояснил я, — что при шантаже одна сторона получает всё. При торге обе стороны получают то, что им нужно. Вы получаете специалиста, который будет закрывать ваши аварии и не лезть туда, куда не надо. Я получаю доступ, деньги и свободу действий. Все живы, ресторан открывается, Виктория успокаивается, а ваш начальник не задаёт лишних вопросов.

Глеб поморщился. Я видел, как он пытается понять, кто перед ним. Обычный мастер так не разговаривает, к тому же я не просил, а выставлял условия.

Наконец Глеб выдохнул.