Вадим Фарг – Дом Ростовых. Новая Тень. Том 1 (страница 5)

Я понял, что кто-то зовёт меня, и только тогда смог распахнуть веки. А вместе с этим удивиться сразу нескольким вещам. Во-первых, в моих руках был зажат шест с двумя мягкими наконечниками. Во-вторых, справа от меня скалился довольный… Стас? Мой давний одноклассник, которого я не особо любил. Вот только сейчас он выглядел точь-в-точь как четырнадцать лет назад. И в-третьих, что самое важное, я падал!

Нет, нет, нет…

Всё это происходило как тогда на кухне в кафе. Мир замедлился, а мои мысли, наоборот, работали быстрее. Тело, кстати, тоже. В один миг я успел оценить обстановку.

Мы оба находились в спортивном зале, стоя на бревне, возвышавшемся над полом на несколько десятков сантиметров. Со всех сторон лежали маты. Понятно, чтобы проигравшие не покалечились.

Проигравшие! Я же падаю, значит, боль в животе от удара Стаса, ведь и он сжимал в руках шест с такими же белыми подушками! Точно, я сейчас проиграю, как и всегда в школе…

Ну уж нет, только не в этой жизни!

Мысль пришла в голову настолько неожиданно, что я даже удивился ей. Дело в том, что в школьном возрасте я не пользовался особой популярностью и в подобных турнирах обычно проигрывал.

Но сегодня я изменю ход истории!

Почему? Каким образом?

Моё молодое тело дало на это ответ. Оно выпрямилось в полёте, вскинуло шест так, чтобы тот протянулся над бревном в другую сторону, после чего я схватился за край «оружия» и резко потянулся влево. Получилось, что я, не дотянув до матов всего несколько сантиметров, пролетел под бревном, держась за шест и, вложив все силы в рывок, опять же не касаясь пола, запрыгнул обратно.

В тот же миг время двинулось в своём обычном режиме, и я услышал… тишину. Бросив на зрителей мимолётный взгляд, признал в них своих старых школьных приятелей. Но, как и мой раскосый противник, все они были молоды, словно и не прошло почти полтора десятка лет.

– Ты… как… – только и смог выдавить из себя Стас.

Я же решил не мешкать и воспользоваться его растерянностью. Широкий шаг к нему, удар по шесту, и мне удалось выбить его из сильных рук.

Не такие уж и сильные.

Усмешка появилась сама собой.

Однако этого было мало. И я, не замедляясь ни на секунду, тут же крутанулся на месте и ударил противника мягким наконечником по спине. И так как он стоял, повернувшись ко мне боком, полетел на маты мордой вниз.

В ту же секунду я прокрутил в руке шест, спрятав его за спину, и повернулся к зрителям, что до сих пор стояли с раскрытыми ртами.

– Кто следующий?

– Влад? – меня окликнул какой-то незнакомец.

Высокий мускулистый кореец. Но даже с таким разрезом глаз он выглядел ошеломлённым. Сперва я его не узнал, но внезапно в памяти возник образ учителя физкультуры. Что странно, я прекрасно помнил тех старичков, что вели эти уроки у меня в прошлой школе.

Или этой же? Чёрт, где я вообще? Почему всё выглядит таким знакомым и незнакомым одновременно?

– Ты нас удивил, – наконец он справился с эмоциями и довольно усмехнулся. После чего подтолкнул ко мне Серёгу – одного из мачо нашего класса. – Давай, покажи нам ещё что-нибудь.

– Договорились, – в тон ему ответил я и вновь прокрутил шестом, развернувшись к забирающемуся на бревно противнику. – Серёг, если что, без обид.

– Смеёшься? – азартно оскалился тот. – Главное, шею себе не сломай.

Физрук бросил ему шест, и парень ловко его поймал. И тут же, не раздумывая ни секунды, ударил меня, целясь точно в грудь.

Да, пускай эти слова набьют вам оскомину, но в тот момент я и правда не знал, как и что работает. Лишь потом через несколько сеансов связи с Абсолютом и тренировок на «кошках» (обычно так я звал упырей, что ночью пытались кого-то ограбить или надругаться) понял, что всё уже было в моей голове, оставалось лишь воспользоваться.

Но тогда в спортзале в первый день моего попаданчества я ни черта не понимал.

Поэтому, когда ноги подкосились сами собой и сложились пополам, благодаря чему спасли от удара, я удивился не меньше всех остальных присутствующих. Шест противника просвистел над самым моим лицом. Лишь чудом, как мне тогда казалось, я удержал равновесие, выгнувшись в спине.

Бей!

Крик внутреннего голоса эхом отозвался в голове, и я рефлекторно отмахнулся своим оружием. Ещё не до конца выпрямившись, ударил Серёгу по обратной стороне колена, отчего тот вскрикнул и пошатнулся. И вот тогда уже окончательно вскочив на ноги, резко развернулся на месте и со всей силой врезал по противнику. Парень только и успел подставить шест, чтобы блокировать мой удар. Но всё же не удержался и отлетел назад на пару метров, рухнув на маты. Сопровождая это, кстати, такими же тихими матами.

– Теперь два удара, – хмыкнул физрук, сперва взглянув на поднимающегося ученика, а потом на меня. – Идёшь на понижение, Влад. Может воспользуешься своим «умением»?

Последнее слово он произнёс с явной издёвкой, отчего несколько человек в толпе гнусно захихикали.

– Я подумаю, – прищурился я, не понимая, что он имеет в виду.

Ладно, с этим обязательно разберусь, но позже.

– А есть чем? – вновь усмехнулся учитель.

Я не стал отвечать на столь плоскую провокацию. Лишь бросил на него прищуренный взор, после чего обвёл остальных учащихся таким же взглядом.

А их больше, чем было в моём прошлом. Кого-то не знаю.

И тут же в голове сам собой появился ответ.

Общий урок у нескольких классов.

– Бруков, Сапожник! – внезапно физрук рявкнул приказным тоном, и пара крепких парней, явно из старших классов, подскочили на месте. – На позицию!

– Двое? – спокойно переспросил я, не сводя проницательного взгляда с учителя.

– Тебя что-то смущает? – хитро улыбнулся тот.

– Наоборот, – я отвесил лёгкий поклон. – Благодарю за это.

– Ну ты тип…

– Совсем страх потерял…

– Идиот…

Вот примерный смысл шёпота, что пронёсся по рядам моих ровесников, пока старшаки поднимались на бревно с такими радостными мордами, что мне непременно захотелось их расквасить.

Если вы ещё не поняли, то поясню. Эта парочка тех ещё ублюдков, постоянно задирающих слабых. К сожалению, раньше и я относился ко вторым. Но теперь… теперь я чувствовал силу в кулаках и уверенность в собственной победе.

Сместившись на середину бревна, закрутил над собой шест, провернулся на месте, не останавливая полёта оружия, и замер, направив мягкий наконечник в лицо противника, что стоял слева – Брукова. Он мне не нравился больше всех.

– Бой! – воскликнул учитель.

В ту же секунду оба верзилы одновременно ударили. Один целился в голову, второй по ногам. Я чуть подскочил и откинулся назад, распрямившись в воздухе. Правая рука ударила шестом о пол, позволив мне на секунду выиграть в борьбе за равновесие. Именно в этот момент оружие противников пронеслось над головой и под ней.

Прыжок, и вот я снова стою на бревне, а парочка обормотов, непонимающе уставились на меня.

Что такое, дебилы? Правила не запрещают касаться шестом матов. Даже потеряв его, проигрыш засчитывается только тогда, когда сам упадёшь на пол. И будучи безоружным, есть полное право избивать тебя, пока не рухнешь с бревна. Да, вот такие у нас «интересные» занятия.

Но оба врага быстро пришли в себя и вновь атаковали. На этот раз я тоже ринулся в бой. И когда на голову обрушился тяжёлый удар Брукова, припал на одно колено и вскинул руки с зажатым шестом. Блок сработал, правда по ладоням пронеслась болезненная дрожь, на которую, впрочем, я не обращал внимания.

За спиной послышались шаги, а шестое чувство подсказало, что за этим последует мощный тычок прямо между лопаток. Но в последнюю секунду я успел крутануться на месте, стоя всё ещё на колене. Оружие Сапожника лишь слегка зацепило мою спину, пролетев позади. Я вновь воспользовался лазейкой в правилах и, опершись на свой шест, подскочил и ударил обеими ногами в грудь противника. Конечно же, тот не удержался и полетел с бревна. А по сторонам послышались испуганные и восторженные вздохи.

– Сука! – прорычал Бруков, видя поражение своего приятеля.

– Влад, – с издёвкой поклонился я. – Приятно познакомиться.

От подобной наглости тот чуть зубами не заскрежетал. После чего бросился в драку, неистово размахивая шестом. Мне только и оставалось уклоняться и пятиться. Несколько раз пришлось отбиваться, иногда даже атаковал, но, видимо, разум моего противника захлестнула волна ярости, и он не отдавал себе отчёта в том, что делает.

Чёрт, я даже просвета не вижу в его ударах.

Никогда не стоит недооценивать противника. В тот момент я это осознал со стопроцентной уверенностью. Но именно безумие Брукова могло сыграть мне на руку. Чем я, собственно, и воспользовался.

Он, как я, решил бить не только данным нам мягким оружием, но ещё руками и ногами. Возле меня то и дело проносились его пятки и кулаки. И что самое интересное, физрук молча наблюдал за этим, скрестив на груди руки.

Ладно. Если решили работать так, то и я сдерживаться не буду.

Противник бил, копируя мои атаки. То и дело опирался на шест, чтобы удержаться на бревне, и лупил ногами. Я успевал присесть или уклониться. Но когда он в очередной раз ударил, я чуть отклонился назад и поймал его за щиколотку. Тут же резко дёрнул на себя, отчего Бруков не смог удержаться, подавшись вперёд. И тут же врезал ему стопой в грудь.

Враг отлетел назад, рухнув на маты, и покатился дальше, хрипя и откашливаясь.