Вадим Фарг – Боярский и тысяча чертовок! Том 2 (страница 30)

На этой миленькой нотке и закончился наш разговор.

«Ого, да ты нарасхват», — вновь подала голос моя суккуба.

— Ага, благодаря твоему «дару», — съязвил я и направился к себе в комнату.

Но по пути меня остановил Константин, подозрительно уставившись.

— Господин Боярский? — обратился он, — С вами всё в порядке?

— Ну да, а что не так? — до меня не сразу дошло.

— Вы разговариваете сам с собой, — дворецкий даже не спрашивал, а констатировал факт.

«Ой-ой… похоже, ты попался».

«Чёрт, только этого не хватало».

— И тебя это волнует? — я решил пойти в нападение.

— Конечно, волнует, — возмутился дворецкий, — Я ответственен за вас.

— Это я помню, но можешь не переживать, со мной всё нормально, — прошёл мимо него, бросив напоследок, — Просто иногда ухожу в свои мысли. Сейчас их особенно много.

Поднимаясь по лестнице, я чувствовал на затылке недоверчивый взгляд, однако он так ничего мне и не сказал. Ладно, как-нибудь переживём.

Я быстренько переоделся в своей комнате и выскочил на улицу. Машину уже пригнали к дому, но кататься одному мне пока не стоило. Да, первое совершеннолетие (ну, что за бред?) и водительские права у меня были. Но любой патрульный мог тормознуть и прикопаться. Конечно, потом отпустит, но, возможно, не за просто так, да и время потрачу. Поэтому, когда следом за мной вышел Константин, я даже обрадовался. Но уже через мгновение поник.

— Надеюсь, вы не откажете мне в короткой беседе? — улыбнулся дворецкий, садясь в водительское кресло.

— Будто у меня есть выбор, — буркнул я и забрался в салон.

Но на моё счастье Константин не стал мне докучать и докапываться до истины. Мы спокойно поболтали, пока ехали к торговому центру. Ну а там уже дворецкий вновь решил напомнить мне о безопасности.

— Господин Боярский, — произнёс он, когда мы оба выбрались из салона, — Вы уже взрослый и адекватный человек. И должны понимать, что вокруг вас вьются коршуны, желающие оторвать смачный кусок. Поэтому я прошу вас быть внимательнее с выбором друзей.

— Эм… — его речь немного напрягла. Что значит — оторвать кусочек? У моего рода и так практически ничего не осталось, — Конечно, — я всё же кивнул. Так, на всякий случай, — Не переживай, вроде бы справляюсь.

— Очень на это надеюсь, — улыбнулся он, — Знаю, у вас теперь есть связи, но и они не всегда готовы прийти на помощь.

— С этим не поспоришь.

Константин кивнул мне и забрался обратно в машину. Я же помахал рукой ему на прощание и отправился на работу. Но не успел я дойти до центрального входа, как мне вновь позвонила Лаура.

— Максим, — начала она извиняющимся голосом, — Прости, но не мог бы ты сегодня тоже подняться через чёрный вход?

— Если бы мы были в отношениях, я бы подумал, что это иносказательная фраза, — рассмеялся я.

— Максим! — тут же возмутилась она, но я слышал смех, — Прекрати. Сам понимаешь, такие гости не совсем по душе нашему главному директору.

— Ну да, ну да, — хмыкнул я, — Арманов небезосновательно ревнует свою супругу.

— Так, по телефону подобное я с тобой обсуждать не собираюсь, — а вот теперь она стала строгой.

— То есть, наедине мы можем с тобой поболтать о таких вещах?

— Максим! Всё, мы тебя ждём.

И повесила трубку. Я же самодовольно хмыкнул и направился к указанному входу.

«Заигрываешь с Лаурой?» — спросила Пафи, — «А как же госпожа Арманова? Или ты надеешься прихватить сразу обеих дамочек?»

«Вряд ли мне такое светит», — подумалось мне, — «Но чем чёрт не шутит».

«Если хочешь, то я могу пошутить и так», — игриво предложила мне суккуба.

«Как так?» — удивился я, — 'Превратишься сразу в обеих?

«Ага, сразу. Правда, у них будет единое тело, но личики и формы разные. Правой станет Арманова, а левой половинкой Лаура».

«Уф…» — я представил, как это будет выглядеть, и содрогнулся, — «Жуть, пожалуй, я откажусь от подобного опыта».

«Уверен? Ты много теряешь».

«Ничего, как-нибудь переживу».

На входе меня уже ждал невысокий старичок в форме охранника.

— О, Максим, — он протянул мне руку, которую я тут же пожал, — Рад видеть. Проходи, говорят, у тебя там уже очередь скопилась, — при этих словах он весело подмигнул мне, — Дорогие кошёлки ждут, когда их хоть немного разомнут.

— Ну, Порфирий Петрович, — рассмеялся я, — Нельзя же так о дорогих клиентах.

— Вот именно, что дорогих, — он продолжал шутковать, — Свезло тебе, малец. В мои годы только на заводе можно было хоть какую-то копейку срубить. А теперь, вон оно как.

— Смею вас заверить, что трудиться приходиться не меньше.

— С этим не поспоришь. Помню, по молодости тоже решил так пошалить. Так, мало того, что третья обиженной ушла, так я потом неделю на баб смотреть не мог.

Мы снова посмеялись, и я направился к лестнице.

«А он мне нравится», — вновь заговорила Пафи.

«Да тебе практически все нравятся. Что мужчины, что женщины».

«О-о-о… Максим Боярский меня ревнует?»

«Не дождёшься».

«Ну, Максик».

Наверху меня тоже ждали.

— Ну наконец-то, Максим, — с облегчением вздохнула Лаура, увидев меня, — Госпожа Арманова в нетерпении.

«М-м-м… какой ты у меня самец».

— А ты? — я игриво посмотрел на администраторшу.

— Давай не сейчас, — мило улыбнулась она, — Иди, хозяйка тебя не дождалась и решила понежиться в массажной комнате.

— Хорошо, — кивнул я, стянув футболку, — Но наш разговор ещё не окончен.

— Конечно, — она прикусила губу, и до меня долетел шлейф дикой страсти, что испытала девушка. Однако же Лаура смогла сдержаться и оторвать от меня взгляд, повернувшись к монитору.

«Сильная», — заметила Пафи.

«Согласен. Но это мне в ней и нравится».

«Отлично. Вижу, ты распробовал наше, так сказать, баловство».

«Каждый человек склонен к нему».

Когда я вошёл в комнату, в нос ударил резкий запах хвои. Конечно, это было приятно, но только с одной стороны. С другой же, я невольно скривился и готов был чихнуть, но удержался.

— Максим? — голос Армановой раздался из полумрака. Женщина лежала на столе, перевернувшись на спину, и томно смотрела на меня, — У меня снова проблемы.

— Слушаю вас, госпожа Арманова, — я медленно подошёл к ней, сбросив по пути полотенце с бёдер. От подобного женщина облизнула пухлые губки.

— Что-то у меня ноги сводит, — прошептала она, — Не мог бы ты что-нибудь с этим сделать?