Вадим Добруша – Хамар-Дабан (страница 3)
Утро, всех без исключения, радует чисто бирюзовым небом, ласковым солнцем и мягким прибоем тишайших, осторожных в это время, волн Байкала. После вкусных и питательных завтраков, особенно у костра, туристы со своих различных мест обитания тянуться по колоритным прибрежным тропам. Эти тропинки на высоких скалистых берегах, над сине-зеленоватой прозрачной водой, отлично утоптанные прежними толпами отдыхающих, позволяют рассматривать в полной мере, красоты побережья. Скалы, большие и малые, деревья то обычные, то упорно растущие на крутых склонах корявыми причудливыми стволами. На поверхности озера виднеются корабли и быстроходные катера, будто соревнующиеся в скорости между собой, оставляющие белый, тонкий, длинный след на бескрайней глади моря. Иногда парусные белоснежные яхты, как бы зовущие наблюдателей вместе посетить дальние страны.
Приятно отметить, что комаров на лесном побережье нет совсем, даже вечером их нет, а ведь это заслуга муравьёв, старательно вычищающих лес от комариных личинок. Муравейников здесь много, и они огромны, порой. Муравьиное племя, наверняка недовольное движением по их заветным дорожкам многих десятков, а то и сотен человеческих ног, ругают беззвучно непоседливых туристов, но не добившись ничего, как бы смирившись с неизбежным, продолжают свою безостановочную важную работу.
Бравые туристы шагают дальше по тропе и наблюдают удивительную картину: на очень крутых склонах сопок, нисколько не смущаясь коварной крутизны, одна за другой идут коровы, потрясая огромным выменем, а следом покорные телята. Хозяева из посёлка давно уж привыкли к смелости своих подопечных, которые переходят таким образом от одной долины с сочной травой, до другой по экстремальным, даже для людей склонам сопок. Кто-то из туристов вдруг вспоминает, что рано утром проснулся от того, что услышал, как пятикилограммовый пакет с макаронами, вдруг, сам по себе пошёл "погулять" из палатки на волю. Пришлось его догонять, а снаружи оказалась стоящая рядом наглая корова, уже хрумкающая мучные изделия с характерным хрустом и жмурящаяся от удовольствия. Она утащила этот пакет с макаронами без малейших угрызений совести. Все, кто слышит этот рассказ, смеются до коликов в животе, не жалея съеденных коровой макарон. Приятный, нечаянный и весёлый бонус на отдыхе.
А туристическая братия подходит к небольшой речушке Сенная, над которой возвышаются островерхие глыбы скального комплекса Скрипер. Своеобразное нагромождение скал, и протоптанных по ним крутых тропинок, впечатляет прибывших. Забраться на Скрипер не просто, он заставляет потрудиться и попотеть на своих склонах и опытных, и новеньких ходоков, особенно. Однако игра стоит свеч, с нескольких вершин Скрипера открывается великолепный вид на Байкальские просторы. Видна красиво изгибающаяся вдаль береговая линия и водная гладь, переливающаяся тысячами искр воды и горизонт, где видно воочию, что Земля всё-таки шар.
Ещё в далёком семнадцатом веке, когда русские казачьи отряды обследовали эти места, здесь на Скрипере, побывал знаменитый дерзкий протопоп Аввакум, славный своими спорами с официальной церковью, поэтому то и попал в Сибирь на ссылку. Он, поднявшись на Скрипер, очарованный окружающим его пространством, отметил: "Это всё благодать божья и похоже на дело рук человеческих, будто крепость". Такое впечатление протопопа, запомнили сопровождавшие его казаки и донесли в люди. Ну по крайней мере так утверждают легенды, иначе как бы мы об этом узнали.
Наиболее стойкие туристы двигаются дальше за Скрипер и не зря. Там их порадуют пляжи в бухте близ мыса Соболева, с мягким, просто бархатистым жёлтым песочком. Дальше, Чаячий утёс, где в огромной вертикальной скале расположились гнёзда сотен чаек. Их так много, и они живут там столь компактно, что многие называют этот птичий базар – Чаячим городом.
Под скалой прохожих поджидает Чёртов мост, узкая тропинка, с одной стороны тропы вертикальная, рвущаяся в небо скала, а с другой резкий обрыв, под которым внизу, даже в спокойную погоду беснуются злые волны, бьющиеся о камни, и появляется впечатление, будто они хотят разорвать преграду, разгрызть и разрушить, эта их злоба многие тысячи лет не приносит успеха, но они не могут успокоится, обречённые биться об неприступные скалы целую вечность.
Продолжая извиваться дальше, тропа приводит смельчаков к мысу Кадильный. Здесь несколько домиков метеорологической станции, и большая лагуна со внутренним озером, укрытым голубым зеркалом воды. Берега лагуны усыпаны множеством необычайно плоских камней, размером от обычной монетки до небольшой сковородки, всего нескольких миллиметров толщиной. Нигде такие камни не встретишь, они чудесны своим необычным видом и множеством. Туристы складывают из этих камней причудливые пирамиды и загадывают этим построениям свои тайные желания, в надежде, что сбудется. На северные берега лагуны набегают полутораметровые тёмно-фиолетовые волны, с гребнями, одетыми белоснежными пенными кружевами, похожими на табуны скачущих буйных коней. Волны нескончаемы, веселы и прекрасны. На обширных полях мыса пасутся реальные полудикие красавцы кони и лошади с жеребятами, они даже немного опасны своей полу дикостью, к ним близко, лучше не приближаться. Над всем этим возвышаются грозные сопки, то густо поросшие лесом, то почти лысые и каменистые. Это лишь малая часть здешних чудес.
Туристы возвращаются наконец, к своим стоянкам и домам, наполненные впечатлениями от чудес и приключений. Сидят у костра насытившись вкуснейшим, после больших трудов ужином, под гитарные аккорды поют душевные песни, а затем засыпают, убаюканные шелестящими волнами Байкала и трелями цикад. Их ждут сладкие чудные сны и вера в то, что мечты всё-таки сбываются."
Ира оторвалась от текста и посмотрела на Альфиру Петровну глазами, наполненными впечатлением.
– Ого, как здорово, по крайней мере для начинающего писателя, это неплохо. Я ведь была там и могу сказать, что Михаил предельно точно передал впечатления о тех местах. Наверно он со временем будет отлично писать и более сложные работы.
– Вот именно Ира. Необычный мальчик, ты присмотрись к нему, он может оказаться настоящим, преданным другом, – Альфира Петровна, конечно, видела особое внимание Михаила к Ирине и пыталась намекнуть девушке, что парень то хороший. Ира смутилась на эти слова пожилой женщины, но тут же попыталась скрыть своё смущение, торопливо принявшись читать очередной текст.
Через пару дней Миша подкараулил Ирину у проходной после смены, предложил проводить. Ира посмотрела на него изучающе, очень доброжелательно и улыбнувшись, извинилась и отказалась. Уже после, парень увидел её в компании молодого, высокого технолога Евгения, работающего в управлении завода. Ира смотрела на Женю очень ласково, и Миша понял, что он, кажется, третий лишний в этой компании. Впоследствии они, всё же встречались с Ириной на общих мероприятиях молодежи завода, и везде, парень пытался проявить себя с наилучшей стороны, невольно стремился поразить девушку своими возможностями. В спортивных состязаниях, он всегда попадал в группу лидеров, или побеждал. Обязательно следил за реакцией Ирины на его успехи, она хвалила, когда мимолётно пересекались, но не более того. На праздничных вечерах Миша танцевал очень неплохо, занятия спортом выработали у него гибкое, сильное тело, творческий ум, помогал очень неплохо владеть этим телом. Ира, конечно видела всё, но была девушкой Евгения и всегда с ним, симпатичным, харизматичным, высоким. Миша страдал от её невнимания и страдал всерьёз. Хоть Ира и Женя не были женихом и невестой, но они постоянно вместе. Оба, кстати, тоже, принимали участие в тур походах, но не выше среднего уровня сложности. Миша с ними до этого момента, так получалось, не попадал в одну группу, всегда ходили в разных, а вот теперь, когда предстоял выход после, которого Коля обещал присвоение звания КМС (кандидат в мастера спорта) по горному туризму, они должны были идти вместе.
Собирались в конференц-зале постепенно и когда Миша подошёл туда, там фрезеровщик станков с ЧПУ Фёдор, весельчак и балагур, начал рассказывать успевшим собраться ребятам и девчатам, смешной случай из последнего похода группы в район скальных комплексов: Старуха, Зеркала, Крепость, Идол и Витязь, гораздо более колоритных, чем Красноярские столбы.
– Миха подтвердит вам, если мне не поверите, он там тоже был в тот момент. В общем мы как обычно, дошли без проблем, поднялись на плато мимо Старухи, фотографировались с новичками на ней, дотащили их до зимовья под Крепостью. В избушке места то маловато, половина в палатках ночевали. Пока готовили обед, Коля рассказал новичкам, что на другой стороне скальника есть много кустов малины. Ну вы же в курсе, она, конечно, мелкая, но очень сладкая. Угостил новичков немного, пообещал их сводить туда после. И вот мы уже обедать собрались, глядь, а Стёпки обрубщика из литейного цеха нет. Все бросились, его искать, он на наши призывы вообще не откликается, связи, понятно никакой. Коля говорит:
– Ну точно он пошёл малину есть, больше всех расспрашивал, как туда дойти, пойдёмте.
Неожиданно появился Виталий, закадычный друг Стёпы и говорит: