Вадим Денисов – Замок Россия (страница 9)
«Тик-тик» в голове уже просто звенел. Пора двигать.
— Список давайте!
Вот тут они и вылезли.
Проклятье, как не вовремя. Ну почему от этой публики всегда одни неприятности! Впрочем, сам виноват: такое нужно предрешать.
Тройка кавказцев подошла к подиуму с самым наглым из всех возможных наглых видов. Их сразу взяли в кольцо из группы крепких ребят. Стоящий рядом со мной Уксусников тихо произнес на ухо:
— Главарь в федеральном розыске, узнал: в райцентре его портрет висит. Темирханов, имени-отчества не помню. Статья двести пятая УК России, терроризм.
Час от часу… Вот только террористов нам и не хватает. Может, у него еще и взрывчатка есть? Что это за подбор кадров, господа устроители? Косячите.
Главарь с недельной бородой оглядел моих парней, презрительно хмыкнул и смачно сплюнул на пол церкви, приоткрыл рот для триумфальной речи.
— Начальничек… Хотя ты еще не начальничек. Я так думаю, что у нас лучше получится баранье стадо держать, опыт, понимаешь, есть. А потому слушай…
— Стоп. Пустой базар катать не будем, — я так же презрительно посмотрел на ухоженные бандитские руки, никогда не знавшие обыденной физической работы. — Быстро выбирайте: подчиняетесь или валите?
— Мы под русаков не пойдем, — с удовольствием выложил абрек, пытаясь взглядом просверлить во мне дырку. — Мы теперь…
— Вот так все и сладилось, ай, молодцы! Давно пора бы, — широко улыбнулся я, не дав ему продолжить. — Слушай сюда. Русские вместе с бандами больше жить не станут. Все! Кормушка закрыта. Западной «крыши» нет, Российской Федерации тоже. Кстати, Кавказа тоже нет, если ты не заметил… Поэтому вы нам теперь так же по боку, как сомалийцы или патагонцы. Все симпатии начинаем зарабатывать заново. Так что идите себе с богом. Пока что радиус зоны интересов Замка «Россия» — три дневных перехода. Найдем в этой зоне — вывезем за речку. Будете пакостить — валим сразу.
Оторопели джигиты. Но это ненадолго: умеют они адаптироваться. Поэтому, обернувшись, я жестко приказал:
— Бероев, Уксусников, составьте конвой, берите ключ — и за ворота их. Выводите.
Силовики одновременно выдали «есть» и положили руки на кобуры. Кольцо сжалось.
— Не по-людски паступаиш, начальник… Аллах спросит. Хоть пожрать дайте, — ощерился главарь.
— Аллаха не трогай, да, — ледяным голосом произнес Бероев. — Не пачкай святое.
Темирханов резко повернулся к нему, рука чуть дернулась к левому боку — что у него там под курткой? А его напарник справа быстро выхватил нож.
— Осетин? Из Цхинвала?
— Из русской армии, — ответил Руслан и коротким хлестким ударом кисти стеганул по руке с ножом. Похвальная резвость у бандосов: главарь успел подхватить клинок соседа, прежде чем Уксусников схватил его за руку, привычно выворачивая мизинец болевым, нож наконец-то выпал. «Новая гвардия» тут же зажала остальных.
Бероев коротко прошипел.
— Задел? — встревожился я.
— Царапнул, гаденыш.
— Да к стенке их сразу! — горячо предложил молодой высокий парень. Как его фамилия? Феоктистов, что ли, тоже офицер.
Нельзя сейчас к стенке! Именно сейчас — нельзя. Мы только начинаем жить. Что люди подумают, увидев в первые часы первую же серьезную кровь, какое настроение будет? Хреновая получится символика, не пойдет к общине удача. А Шанс Нового Мира — это честно. Все мы заново дорогу выбираем, может, и эти поумнеют.
— Отставить! — рявкнул я. — Отпускаем с последним шансом. Все, не обсуждается, выводите. И нож ему верните: пусть с медведем воюет.
— Давай, нохча, выходи. Настоящему джигиту в лесу дичь добыть — раз плюнуть. Или связать вас, чертей? — недобро пробасил прапорщик, у которого из-под куртки выглядывала тельняшка. Так и не узнал его имени.
— Постойте! Вы куда это? — приподнявшись над столом, совершенно вымотанная секретарша Неля усталым охрипшим голосом остановила группу. — Мужчины! Имена и фамилии мне свои назовите, отметить же надо в списке!
— Не переживай, ты еще услышишь наши имена, кр-расавица, мамой клянусь! — обнадежил нас главарь, обернувшись от двери.
На дальнейшее я уже не смотрел.
Тик-тик. Тик-так. Просто дедлайн.
— Список мне, быстро. Клим, Сашок, за мной!
Глава 3
— В эту комнату никому не заходить и никого не пускать. Я понятия не имею, что сейчас произойдет. Встаньте возле двери в зал. Если что… Сам не знаю — если что, просто будьте рядом.
Я закрылся в операционной, как решил ее называть, комнате. На отчетном листе снизу приписал: «Ушли всего трое». Слово «всего» я обвел жирным — подхалимаж, конечно… В заглавии листа написал еще более жирно: «Замок „Россия“». А чего тут скромничать, вы заранее наш размах почувствуйте. Администратор в размахе вообще стесняться не должен — если что, старшие товарищи поправят. Монитор «планшета» бездушно отщелкивал точное время и только. Пустое синее поле рабочего стола. Что теперь? Давай просто положим «отчет о проделанной работе» на главную панель. Я наклонился и осторожно уложил лист бумаги со списком должностей, расправил. Сел на стул и напряженно стал ждать результата. Ровно в десять часов что-то запищало, лист чуть дрогнул и подсветился снизу сиреневым светом. Зачет или незачет? Та-дам! Мелодичный сигнал уведомил меня о том, что принимающая сторона что-то там все-таки приняла. Ну и слава богу!
И в это же момент случилось страшное.
Монитор радостно мякнул, засветился белым. Внизу появилась сенсорная клавиатура, в центре — жирная надпись:
Условия выполнены.
Для начала работы донор-канала осуществите полный ввод перечня.
Доступное время ввода — 40 минут.
ВНИМАНИЕ! Включается обратный отсчет.
Тут страшная надпись исчезла, на замену ей в углу появился убегающий от предстоящей работы ряд цифр. Твою мать! Как же так! Что же это такое творится, а? Дайте мне время, чудаки! Я должен подготовиться, мне надо озадачить людей, собрать все заявки служб, посоветоваться со специалистами. Кто так работает, что это за порядки там у вас? Вот здесь я перешел уже на полный и чистый мат.
Не прекращая ругаться в полный голос, я крикнул в закрытые двери:
— Кунаки, ко мне оба!
На экране тем временем появилась такая информация:
Доступный вес вашей входной (первичной) поставки определен в 400 кг.
Начинайте ввод.
В открытую дверь просунулась голова Клима, глаза которого, казалось, выпрыгнут от изумления. Сашка толкнул друга, и оба ввалились в комнату.
— Так! Сашок, бегом к поварам. Найди их и реактивно разберись, есть ли в закромах что-то из еды, что там с посудой, ножами и прочей тряхомудией. Клим…
А вот Клима-то отпускать и нельзя. Иначе мне спокойно не работать.
— Жми! Клим, садись у входа, карауль хоромы.
Поехали работать руками. То обстоятельство, что к норме веса пока что виртуальных ништяков накинули сотню кил, не могло меня не обрадовать, хотя я пока что плохо представлял, много это или мало для поселения в 120 едоков.
Это была своеобразная универсальная программа заказа, удобная и дружелюбная. Быстродействие отличное, ничто не виснет и не плывет, все отрабатывается мгновенно. Системы «всплываек», подсказки, подбор вариантов — только в путь. Эх, если бы я имел время, чтобы спокойно подготовиться и накидать перечень с предварительной проработкой! Но у меня его не было, предложение затариться оптом в этом халявном супермаркете прозвучало совершенно неожиданно.
Да что уж тут ныть, давай, Лешка, хапать, большевики амбары вскрыли!
Главное — еда. Питание. Перво-наперво мне нужно просто накормить подчиненных горячим, даже если в замке нет чашек, ложек и вилок. И тут бомжеватый «доширак» вне всякой конкуренции, нравится кому или нет. Съедите как миленькие. Я набрал 110 порций, решив малых деток от пытки избавить. Выбрал из предложенного разнообразия этой сомнительной продукции «Куриный вкус» и нажал ввод. Ничего себе! Девять и девять десятых килограмма как с куста. Он же легкий, в руке не чувствуется! От зараза! Чет страшно мне становится, ребята. Чувствую я, килограммы мои быстро закончатся, осторожней бы хапать надо. Но мука нужна — это несомненно, хлеб всему голова. Сто определенных мной на закуп кил муки я поделил между высшим сортом и первым — тут у меня небольшие знания имеются, ибо своя пекарня есть в поселке.
Ну и пошло-поехало. Дрожжи и разрыхлитель, масло три кэгэ (брал чистое оливковое, ибо цена тут роли не играет, только вес), сахар и соль, крупы. Стоп, так не пойдет. Посмотрел на электронные весы, крупы скинул на цифирь поменьше: слишком бодрая динамика. Руки колотили по сенсору, еле успевая за памятью. Яичный порошок и сухое молоко — 15, детей много, черный байховый рассыпной «липтон» и растворимый «нескафе» по килограмму. Ванили чуточку, ирисок для детей. Хорошо бы сушек или баранок, это и взрослым пойдет вечерком — 10 кг. Галеты сырные, они легкие — 5 кг. Процесс пошел.
Суммарный вес «едовой составляющей», глядя на цифру остатка, я на ходу вывел в 220 килограммов. Потому что хорошо бы мне взять провизии не на один день. Точнее, не все сразу запустить и сожрать — ведь неизвестно, что нас ждет и как будет завтра. Да и накопления «кухне» нужны, без этого намучаешься. Появилась сырокопченая колбаса «Заполярная», деликатесное чудо из оленины и свинины с добавлением коньяка. Дорогая она на прилавках премиум-класс, а тут — сколько хочешь. Эта колбаса легкая, сытная, и химии в ней ноль, ее брать выгодно — всем достанется приличная доза высококачественного белка. Не пожадничал, взял двадцать кэгэ. Лапши всего пять: разварят в котле. Сухие чеснок и лук, морковь, приправы — пусть повара колдуют. Подсознательно я уже видел, что какой-то суп из всего этого получится.