Вадим Денисов – Замок Россия (страница 56)

— Французы! Сигнал устойчивый, но связь на тройку. Координаты передали, находятся к западу от нас, за Волгой, примерно в трехстах километрах, точнее посчитаете… я сказал навскидку. Отделены от нас степью и еще одной рекой, гораздо меньшей, метров двести шириной, назвали Сеной, ну а как же… Радиста зовут Анатоль, Толик, в общем. Многого он не скажет, но вот что уже есть:

Первое. Про арабов они знают, слышали, пока не сталкивались, но крепко готовятся.

Второе. Арабы гуляют между нами, заходят по степи с севера.

Третье. На Сене их нет в пределах разведанного пространства.

Четвертое. Анклав французов поначалу назывался «Республика-VI», но потом переименовали во «Францию».

Пятое. В качестве «первичного раздражителя» в самом начале им добавили «французских арабов». Только у нас горцев было трое, а там восемь. Как я понял, была битва с потерями, серьезными. Убили они мятежников или закрыли, не знаю. Справились со своими — очухиваются, ждут степных. Как я понял, после всего этого и переименовали анклав. Они готовы к визитам, вплоть до дипломатических контактов. Реально это тяжело, если ходить, да чтоб без потерь, по суше. Непросто — ну это они так сказали… Есть пароход, готовы приплыть схемой «река-море-река», недалеко для судна, но только если мы поможем топливом на обратный путь: у них с топливом швах. Тут я не уполномочен, вам решать. Готовы к обмену, торговле. И последнее по ним — не знаю, может, вам пригодится? Замок у франков есть, но невысокий, называется «Нотр-Дам», донжона нет. Просто мне радист сказал, что не может он антенну поднять повыше, сообщил высоту от земли и тип. Меня принимает отлично, я его кое-как. Аппаратура плохая, но работает. Толик молодец, опыта мало, ну я кое-что посоветовал по антенне, отстроимся… Про французов пока все.

Юра посмотрел на нас.

— Товарищи, — поднялся я, — группе Демченко эта информация передана для сведения. Прошу вас, Юрий, продолжайте, вопросов сейчас не будет, все нужно обдумать.

— Хорошо. Китайцы… Координаты я принял только потому, что это цифры. Из остального почти ничего не понял: английский у оператора на нуле. Паршиво все — и связь, и аппарат, и антенна. — Вотяков подумал и добавил: — И радист. Данные все передам науке, прикидывайте карту. Кстати, и мне будет нужен экземпляр, у меня лишь условная схема. Ориентировочно, они немного за бывшими британскими островами. Думаю, тут есть еще и хитрость: китайцы, как всегда, молчат, выжидают и присматриваются, кто и где. Ну и в шоке они — на старте всего сто двадцать китайцев! Хотя бы сто двадцать миллионов… А так… ну тяжело им понять такое, коллективный стресс.

Радист поднял глаза, вспомнил, что вопросов не будет, и продолжил:

— А вот и британцы! «Новая Британия». Координаты есть, связь хорошая, радиста зовут Саймон. Нормальный, веселый. Ну как вы понимаете, я его Сеней… На юго-запад от нас, полторы тысячи километров минимум. У них небольшой городок на обрывистой скале у моря, часть со стеной. Соседей еще не нашли, подозревают, что сидят на большом острове. Внутри все нормально, без эксцессов, но беда есть: в первый же день штормом сорвало и унесло единственный пароход. Готовы к контактам, ждут любого «приплыва», сами не могут, без парохода-то.

Мир открывается! Только так можно описать реакцию слушателей.

— Американцы! Связь на тройку, но эти уж совсем далеко. Координаты есть — это почти строго на восток, считать надо, ну… тысячи три, если не больше. Радиста зовут Майкл, а я его… ну вы сами понимаете, как я вижу!

Не дожидаясь полного окончания смешков, Юра пояснял далее:

— Аппаратура хорошая… Анклав называется, что тут думать, «Новая Америка». Форт «Вашингтон», есть высоченная стальная вышка. Море или океан у них с востока. Кораблик имеется. Начало прошло нормально, но теперь у них там война в полный рост с набегами. Соседи — Иран.

По зале прошел общий вздох.

— Вот и сбылась мечта президентов США, — громко прошептал Гонта.

— Американцы тоже готовы к контактам и торговле, стоят крепко, стараются все делать продуманно, берегут людей. С радостью примут помощь, хотя пока уверены, что справятся с иранцами сами. Ну из делового и более-менее достоверного пока все…

— Подождите, Юрий, вы же говорили про пять связей? А тут всего четыре.

— Был пятый, — согласился радист, — только толку от него мало. Индусы. Радист только успел меня порадовать, что аппаратура ломается каждый час. Ни координат, ни обстоятельств. Буду ловить. У меня все.

После этого взял слово Гольдбрейх, речь его была удивительно коротка:

— Уважаемые коллеги! Хочу вкратце пояснить свой житейский взгляд на арабскую проблему, которую, осмелюсь заявить, неплохо себе представляю. В целом арабский анклав не будет и не сможет заниматься экспансией в военном ее проявлении, они к этому не способны, и уже исторически не видят смысла в присоединении новых земель, где точно так же, как у них, вскоре не будет ничего прогрессивно-производительного. С большой долей вероятности предположу, что если их никто не будет трогать, то они очень удивятся этому обстоятельству и вскоре прибудут сюда сами, как и к французам. Но не с военным отрядом — это фантастика, а с нормальной дипломатической миссией «протянутой руки». Во время которой, на голубом глазу, потребуют открыть им постоянно действующий «канал гуманитарной помощи», к которой давно привыкли. Уже целые поколения выросли на этом, организовывая даже внутренние войны на внешних ресурсах разного вида. И даже у саудитов, где коренное население, казалось бы, сладко живет за счет своей нефти, люди получают социальные и иные блага за счет скрытой благотворительности американцев, эту нефть покупающих именно по схеме «мы дадим вам жить богато»… а не как в Ираке. И все лишь в обмен на лояльность к США. Средиземноморские же арабы сформировали целое мировоззрение на подачках. И мы еще услышим от них про некий «долг белого человека». Не удивлюсь, если арабы станут наиболее ярыми провозвестниками Всеобщего Открытого Мира без границ и паспортов.

Получив отказ, они чрезвычайно удивятся и вскоре потребуют военных и прочих специалистов, помощи в строительстве объектов, обучения их отпрысков в цивильных условиях и прочего привычного. За столетия ничто не поменялось, не изменится и сейчас. А в ответ на наши ноты о том, что некие арабские бандиты грабят и бесчинствуют на границах, вожди анклава примутся разводить руками, рассказывая про «позор нации» в виде неких «непримиримых», с которыми они ничего не могут поделать. И будут во многом правы! Не могут. Потому что не хотят, потому что отработанная схема донорства именно такова, она работала на Земле-один, почему бы ей не работать и здесь? Могут быть вариации, однако приоритет Египта несомненен, а значит, мои предположения весьма актуальны. Спасибо.

На том и стали расходиться, споря уже на ступеньках.

Надо ли мне было говорить им сейчас, что никогда Замок не станет заниматься ассимиляцией мусульманских народов? Не знаю.

Находки сталкеров продолжают удивлять. Позавчера утром, только вернувшись с Кордона, группа пришла ко мне с докладом, сразу попросив вызвать научников. Первичный радийный доклад я имел, нужны были подробности.

Глядел на них — завидовал, какая насыщенная жизнь у ребят. А я тут сиднем сижу… Скинули фотографии сталкеров на мой ноутбук, сели поудобней и стали их просматривать под рассказ участников событий. Точнее, рассказывал в основном Костя Лунев, Сомов лишь изредка его дополнял, порой одергивал, когда азартного и экспрессивного Костю заносило на поворотах.

Зуммированная фотография пещерника, привставшего на грунтовке, впечатлила меня по полной. Действительно чудовище. Вспомнились слова профессора из «Джентльменов удачи»: «Какая отвратительная ро-ожа!» Я посмотрел на профессора нашего, и тот не оплошал:

— Какое интересное существо! Да… — Гольдбрейх снял очки и глянул на Костю. — Однако, судя по ширине грунтовки, его размеры немножко не такие, как вы описываете.

— Ну дык… — тут же заволновался Лунев. — Это же фотография! Объектив искажает, не передает правильно перспективу, как всегда… Тени там всякие… Ну может, и поменьше чуток. Все равно же монстр!

— Монстр, будем исследовать, что сможем, — согласился профессор. — А! Вот тут интересней! Что же вы для масштаба ничего не положили?

Костя быстро наклонился к фотографии, сделанной ими уже ночью, со вспышкой, на обратном пути.

— А че? Зачем? И так видно — чисто КрАЗ. Ну ладно… ЗИЛ. Кстати, мы у него один коготь выломали. Так его Гоблин еле выдрал! — Костя посмотрел на нас, оценивая, поняли ли мы аргумент.

Я посмотрел на Мишу Сомова. Да… Этот мужчина способен выдернуть железный лом, вбитый в скалу. Принимается.

— Вот вам этот коготь! — торжествующий Лунев вытащил и положил на стол самый настоящий рог, длиной сантиметров двадцать. Хм, уже почистили. Там еще когти-то остались? Или они уже все подготовлены под лак? На сувениры — подтачивать женское упрямство.

— Простите, коллега, а что явилось его добычей, когда вы застали этого… пещерника за трапезой? Как я понял, не тот несчастный? — поинтересовался Марк Львович.

— А вот это уже мимо, — пояснил Гоблин, — коллега. Время поджимало, а ходить в темноте стремно. Там все падальщики могли собраться по кустам на дележ.