Вадим Денисов – Стратегия. Гоблин (страница 26)

На какие-то секунды я замер, неожиданно заметив вдалеке над мачтами медленно двигающееся странное пятно в форме вытянутого овала. Дожил, уже и тебе, Сомов, летающие тарелки мерещатся! Так и в кружок эзотериков запишешься, есть у нас такие. Я протер глаза, потом достал чистый платок и провел им по линзам бинокля. Второе прицеливание неопознанного объекта не выявило.

– Мошка какая-нибудь, – пробурчал я. В деятельности по поиску следов присутствия инопланетян меня заподозрить трудно, не принадлежу к таковым сообществам. Какие еще, к чертовой матери, НЛО, если под боком сами Смотрящие орудуют! Мало, что ли?

Хорош пялиться, пора начинать. Настроение – боевое.

Эти самые речники, обитатели излишне спокойной округи, еще не знают, кто вышел на тропу войны. Не ведают, детишечки, что если разозлившийся Михаил Сомов с радиопозывным Гоблин чего-то решает, а затем начинает действовать, то в нем пробуждается настоящий вулкан, выплескивается ураган энергии. Он сметает все преграды на своем пути, не допуская даже минуты нерешительности и проволочки. И мало кто может в такие мгновения устоять перед его чудовищным напором и уверенностью в победе. Ну да, хвастаюсь немного.

Мне действительно очень хотелось действовать, тем более что я представлял, как и где именно. День обещал быть жарким, во всех смыслах.

Но небольшая заминка все-таки случилась. Прежде чем начать операцию «Цунами», нужно было привести в порядок амуницию напарника, точнее, создать ее заново. Разрезанная на длинные лоскуты шкура съеденной змеи превратилась в простейшею шлейку: два кольца и перемычка между ними. К перемычке привязал ручку для переноски, как у сумки. Удобная штука, в любой момент я мог ухватить Хрюна за эту ручку, торчащую на полосатой спине, чтобы перетащить, откинуть или просто поднять повыше.

Фляжку наполнил, репеллентом намазался. Его не так уж много, хорошо бы найти где-нибудь уцелевшие термитники или муравейники, которые здесь умудряются выживать в сезон дождей, даже когда эти домики оказываются под водой. Местные вовсю используют природный инсектицид из растертых термитов.

Оставив котелок, но забрав найденную ложку, мы с Хрюном выбрались на свежий воздух и спустились на быстро подсыхающую землю.

– Здесь должны быть лодки, – поделился я ценным соображением.

Само по себе место не совсем удачное, в нынешнем состоянии к заселению непригодное. На подходе низкий и неудобный берег, топкий, с густыми цепучими зарослями. Какой здесь, пока не знаю. Однако это нагромождение техногенных объектов в данной точке неслучайно. Взявшись моделировать, Смотрящие всегда стараются накидать в подобные места кроме ключевых ништяков еще и всякую попутную мелочь, которая, по их мнению, просто обязана присутствовать согласно описи. Раз здесь, по их разумению, должна встать перспективная речная деревенька, пусть пока что и не востребованная людьми, ее нужно обеспечить своими плавсредствами. Вон, даже сухогруз закинули.

Обогнув сбоку двухэтажное здание ментовки, мы, не заглядывая, прошли мимо локалки-землянки и углубились в низкий лесок, за которым находился берег. Иногда мне приходилось притормаживать, с завистью наблюдая, как поросенок деловито роет носом прелую листву, успешно находя и пожирая какие-то корешки и шишечки.

– Ты бы посоветовал, что ли… Друг, называется.

Поросенок подтолкнул к ноге мерзкого вида слизь.

– Съедобная? Нет уж, хавай сам, потерплю.

Хрум! Слизь сразу же исчезла в маленькой голодной пасти. Я невольно облизнулся.

Вломившись в прибрежные заросли, мы продвинулись метров на двадцать, река уже проглядывала за кривыми серыми стволами и дрожащей листвой, за лапами папоротников-мутантов и парусами гигантских лопухов. Я был спокоен. Не стоит опасаться, что в таких лесах всякое ядовитое и хищное встречается на каждом шагу, хотя они и полны жизни. Во всем есть баланс. Но зарываться в зелень не тянуло, ну ее к бесу. Растительность на косе какая-то хаотичная, природа здесь явно против предсказуемости. Растет что попало, словно кто-то с воздуха раскидал коллекции семян. И не было рядом ни мудрого Жюля Верна, ни веселого Джеральда Даррелла, ни отличника Пети из секции юных натуралистов Замка – в общем, никого, кто объяснил бы мне: вот это, дескать, пустозвон мохнолистый, запоминай. Деревце по соседству называется криволом пупыристый, а над твоей башкой сейчас летает злокусачая муха-пипец.

Трава по пути – натуральный газон. Возле берега деревья как деревья – акации или что-то в этом роде, однако между ними густая частая поросль с колючками, такая, что не пробиться. Цвели восковые желтые крокусы, их я узнаю после разъяснений образованных людей, они кучками выбивались среди корней деревьев, сбегали по береговым откосам напротив к песчаной отмели. Желтый песок плесов обманчив, он неожиданно сменяется гиблыми участками, в которых ноги утопают – будь здоров. Там много не находишь, ищешь выход к воде ближе к лесу, где почва потверже. Даже воздух становится другим, как в бане, влажным и душным. Из-под земли чем-то тянет, что ли?

Как и ожидалось, ближе к берегу обнаружились интересные объекты – техногенка, как у нас говорят. Выше по течению протоки стоят три домика: два деревянных и один кирпичный. Я постоянно ворчу на Смотрящих за то, что солидно они ставят исключительно локалки. Все прочие объекты техногенной среды навалены по принципу «бери боже, что нам негоже», как попало и что попало. Отличные срубы стояли без крыш, значит, уже попорчены, а кирпичное здание как-то по-дурацки недостроено, у него не было одной стены – ну куда это годится? И кровля висит в воздухе, грозя обвалиться в любой момент.

Слева же застряли на песке два паровых буксира: среднего размера и маленький. Каким образом можно вытащить из песка первый, я и представить не могу, хотя допускаю, что у хитрых речников уже появились свои методики и технологии. А вот малый буксир вполне можно стянуть в воду. Ули Маурер, капитан «Клевера», провернул бы такую операцию за полчаса, но его судно сюда по мелякам не пройдет. Тут потребуется большой катер-водомет типа КС-100, а лучше КС-102, где бы их взять…

Нет, крупняки мне не помогут. Жаль, угнать такой ништяк было бы неплохо.

Значит, обратимся к судам маломерным, их я сразу присмотрел, целых две штуки. Первым делом подошел к большому старому дереву, в первой раскидистой развилке которого была спрятана небольшая, нет, прямо скажем, очень маленькая пирога. Долбленка типа таежной ветки, но с одинаковыми загибами корпуса вверх на носу и корме. Вырубить такое изделие из цельного дерева – большой труд и умение.

Руки дотягивались, и я толчком обеих чуть приподнял лодку. Легкая, запросто сниму. И весло лежит рядом, несообразно массивное, тяжелое.

– Рыбачок какой-то заховал, – догадался я.

А как она в длину? Прикинул шагами.

– Хрюн, скажи, ты как, плаваешь хорошо? Утлая посудина, есть такое выражение у писателей, как раз для этого случая. Будешь сильно ворочаться – перекинемся.

«И кто мне это говорит? – спросили безмятежные свинячьи глаза. – Кабан за центнер весом, способный не просто перевернуть несчастную пирогу, а затопить ее уже при посадке?»

– Согласен, очень ненадежно выглядит… Криво все как-то. Не годится. Потопнем.

Следующим вариантом была незнакомая моторная лодка размером чуть больше нашего «Прогресса». На серых скулах имелась белая надпись – Startrek. Это фирма-производитель или так назвали лодку? Написано очень чисто, стильно. Шильдика производителя обнаружить не удалось.

Ага, транец крепкий, умеренная килеватость, есть реданы, корпус дюралевый, часто проклепанный. На носу, прикрывая просторный отсек, лежит большая сборная панель из тщательно подогнанных тисовых плашек – отличный материал, ноги не будут скользить даже по мокрому дереву.

В целом обводы судна наводили на мысль, что мне досталась модель тридцатых годов прошлого века, причем не для среднего кошелька. И не из легких. До уреза воды было метров пятнадцать, лодку сюда принесло в паводок, дождевой или сезонный. В следующий паводок река и заберет ее обратно, если сейчас не подрезать. Я задумался: смогу ли оттолкать?

– Излишества нехорошие, буржуинские.

Внутри моторки оказалось столько растительного мусора и грязи, что не было смысла пытаться перевернуть ее без чистки. Я тяжко вздохнул. Освоившийся на берегу Хрюн помогать не собирался. Отбежав к группе кустов по соседству, поросенок что-то увлеченно рыл пятачком. Хреновый мне попался напарник, придется чистить корпус самому.

Ненавижу монотонную работу! Но времени на нытье не было.

Чтобы скрасить трудовые минуты и не ругаться слишком много, через какое-то время я начал вещать, обращаясь и к Хрюну, и к себе:

– Историю тебе расскажу, малолетка. Мы же с тобой Startrek нашли, а не «Нырок» какой-нибудь, так что будем считать, что это космический корабль. Малый десантный катер, к примеру. А я же военный космонавт! Что, не веришь, хвостатый? Да ты любого ребенка в Замке спроси, и тот сразу подтвердит, что дядя Гоблин – космонавт-герой. Я эту грустную историю еще на Земле детворе рассказывал, потом и здесь, когда на Платформу попал, скаутам, пионерам всяким… Пусть потомки знают правду. И только в музее Замка хохочут.