Вадим Денисов – Спасатель (страница 8)

Встав прямо на дороге, прикинул направление на хижину за спиной. Получалось так, что таинственная грунтовая дорога вела прямо на заветную полянку. Туда ее и тянули, да не дотянули, обгадились. Или же волшебный карандаш на писательской карте тупо не довел линию, дрогнула рука, а потом робот-конструктор слепо выполнил указания чертежа. Раз так, то я вправе предположить: ветку автодороги тянули от некой магистрали, куда она должна врезаться. «Или не врезаться! — вспомнил я шаловливый карандаш Автора. — Точность сборки карт тут явно не в почете». Я представил себе карту местности, вид сверху — будто шлепнули на лес пятно полянки и так же небрежно кинули дорогу к ней.

Хорошо. Примем эту небрежность за версию. А пока прогуляемся, тем более что проблема поиска генерального ориентира снята самым надежным образом — у меня теперь есть персональная дорога.

Я медленно пошел по вырубке, присматриваясь и прислушиваясь. Дорога тянулась метров на восемьсот. И опять упиралась в деревья, что заставило меня подобраться: очевидно, через сколько-то метров появится еще один рукотворный объект. Так оно и вышло: после недолгого — метров сто — блуждания между кустами и невысокими деревьями я вышел на оперативный простор.

Это уже серьезно, это целая магистраль.

Я оглянулся — никаких признаков того, что неподалеку в лесу таится еще одна дорога. Ну фокусники… Единственная особенность места — одинокое обугленное дерево, пробитое молнией. Хорошая примета, эту огромную черную «вилку» издалека заметишь. Итак, писательский комплекс «моя поляна — халтурная лесная грунтовка» сориентирован почти точно по линии «север — юг». Главная дорога расположена на перевале широтно. Да, это именно перевал, по обе стороны от меня дорога извивается, огибая большие каменюки, по длинным, в меру пологим склонам. Прямо передо мной — высокий каменистый холм с редкими деревьями на боковых площадках и вершине. Непременно заберусь. Местность вокруг больше холмистая, чем выраженно гористая, отчасти напоминает мне северные отроги ГКХ, если подъезжать к ним со стороны Ставрополья, например, к Хадыженску. Или алтайские предгорья… Нет, все-таки Хадыжи, растительность похожая. Ну это мы еще успеем рассмотреть с самого верха. А пока меня интересует другое — следы на дороге. Они есть в изобилии.

Я почувствовал, как заколотилось сердце. Ура? Или еще не ура?

Во всяком случае, меня тут вряд ли зажарят на костре с гастрономическими целями: не дикарский мир. По дороге катался автотранспорт, причем не редко. Последние следы совсем свежие, не далее как вчера машина прошла. А на полянке ничего не слышно, километр густого леса надежно глушил звук. Впрочем, если не дизель, то и ближе не расслышишь. Я присел, рассмотрел следы колес внимательней. Что же, судя по характерному агрессивному рисунку протектора — в этой местности рулят джипы.

Сделанное только что открытие почти не изменило степени моей алертности.

Наличие автотранспорта никак не влияет на меру дружелюбия владельцев — кто его знает, что за черти тут гоняют и с какими целями. Встав, я посмотрел по сторонам. Достал бинокль. Дорога на восток просматривается хорошо, километра на три — никого и ничего не заметно, леса, горочки, кустарник. Западное направление видно неважно, дорога обильна зигзагами, много скрытых участков. Нужно лезть вверх. И полез.

Обувь у меня вполне подходящая. Опробовав продукцию многих фирм, я остановился на «меррелях» — нравятся они. Практически у всех моделей есть очень важная для меня особенность: кроме собственно удобных и продуманных колодок, фирма на обувь ставит очень жесткие, несминаемые и неубиваемые задники — ногу такие башмаки держат отменно, фиксируют плотно. Да и сама подошва ноская. Конечно, при выборе главенствуют индивидуальные особенности и свой опыт. Мой говорит следующее: любая обувь при полевом интенсиве подлежит замене через год. Любая. Тогда зачем платить дороже? Поэтому совета я не дам, думайте сами.

Наверх шел легко, просто в кайф! Однако даже при подъеме я старался следовать базовым принципам маскировки, в конкретном случае — не высовывайся за силуэт поверхности. Буквально — не светись на фоне неба. Тело обдувал легкий северный ветерок, горизонт постепенно опускался вниз. Вот я и на вершине, стою среди скупой зелени, прижавшись спиной к одной из пяти невысоких сосен плоской обзорной площадки.

Красота какая, да сюда билеты продавать можно!

«Ах, какая панорама! Ой, какие горы! А есть у вас текила со льдом?»

На востоке от меня — река, течет по меридиану, куда — с полной точностью пока непонятно, однако если учесть рельеф округи, то смело предположу — на юг. Внушительная, матерая, широкая, судоходная. Вот только есть ли на ней суда? Если джипы на грунтовках есть, то и суда должны быть. Я попытался в бинокль прочесать доступный взгляду кусок речной акватории, но безуспешно — тут не такая оптика нужна. Да и штатив не помешал бы. До реки километров тридцать, не меньше, поэтому подробно разглядеть что-либо не удается.

Ну, и стоит ли необдуманно терять высоту, спеша спускаться в первое же попавшееся ущелье с комарами и гнилью? И со змеями, кстати. Ядовитых гадов я здесь пока не видел, но у ручейка мне повстречались два полоза — повезло им, что хозяин поляны при мясе… Значит, и зловредные имеются.

Дорога, судя по всему, к реке в обозримом пространстве не выходит, километров десять к востоку, и все, далее грунтовка круто сворачивает к северу и надежно прячется в лесу. На всем ее протяжении я не вижу никаких интересных объектов типа жилья или автомашин. Дорожных знаков тоже нет. Это плохо.

Однако не наблюдаю и одиноко бредущих измученных людей с тощими котомками за спиной или неспешных угрюмых всадников с луками за плечами, нет, славтехосподи, и бодро вышагивающего строя солдат со щербатыми алебардами с подозрительными пятнами на клинках. Хорошо, в общем.

На север от меня горизонт заполняет протяженный горный массив, там вершины уже гораздо более серьезны, чем здешние, — настоящие, вдали проглядываются остроконечные пики с белыми шапками снежников и ледников. А что у нас на западе?

Я обернулся и немедленно присел — помните правило?

С этой высоты главная дорога просматривалась отлично на всем протяжении, до почти симметричного поворота к северу. Все повороты и изгибы как на ладони…

Километрах в полутора от меня, в низине, струился дым. Видать, основное уже сгорело до моего визита, теперь остатки техники догорали.

Автомобиль. Сгоревший автомобиль, похоже, легковой.

Эта дистанция моему «Никону» вполне по силам… И что там?

Плохо дело, возле сгоревшей машины неподвижно лежит человек.

Хотя, скорее всего, это — труп. Поза, как принято говорить в таких случаях, не совсем естественная. В одежде, судя по тому, что рубашка не на голове, по земле за ноги не таскали. Какие-то коробки рядом… Вскрытые. Перевернутые. Точно, выпотрошенные. Тряпки валяются. Нет, так ничего больше, чем уже увиденное, не разглядишь. Хочешь знать, Федя, — дуй туда, к месту происшествия. Хочу ли я узнать?

Хочу! Страшновато, но хочу.

В конце концов, тут типа моя земля, я уже с нею сжился. И это происшествие — на моей территории. Кроме того, скрывать не буду, оставить без внимания такой объем материальных ценностей я просто не мог. У меня даже точила нет, фонарика нет… Кроме того, сейчас любая подобная находка — источник информации. Так что разведка и последующая мародерка неизбежна, как победа здравого смысла. А то, что там труп… Так ты ведь готов к этому, Федор, не так ли? Пушки из рук Кукловодов получал, о чем думал? Как даденными стволами перед друзьями хвастаться будешь? Нет, милый Федя, ты уже тогда понимал, что трупы тебе еще не раз по пути встретятся. А то и сам сотворишь страшное, если не захочешь сдаться обстоятельствам.

А я не хочу, ой как не хочу.

Короче, в путь! Но сначала еще раз оглядел предстоящий маршрут.

Место для разведки плохое, низины в окружении холмов, в плане обзорности — хуже не придумаешь… Скатится с перевала непрошеная машина — не заметишь и не увидишь до последнего момента. Кто-либо появится с запада — та же история, дорога змеится меж каменных нагромождений на участке метров в триста. Поэтому я постарался заранее выбрать попутные схроны и присмотреть варианты экстренных пряток. Со стороны реки по-прежнему тихо, никаких движений.

Хорошая тут горочка. О! Вот что я придумал. Нужно будет проведать этот чудный холмик к вечеру. Забраться наверх и дождаться там темноты. Посижу, посмотрю, не светятся ли где окна жилищ, не горят ли в долине огни костров, не пылает ли вдалеке зарево пожарищ. Экипируюсь да посижу на обзорной площадке. И куртку нужно будет взять обязательно. Вечерами тут весьма прохладно, а на высоте ночью — так вполне себе холодновато будет.

Спустившись со своего наблюдательного пункта к дороге, я изготовил маузер, собрав его в карабин, и отрегулировал портупею покороче, так чтобы агрегат висел под рукой, и неспешным шагом двинул на запад, периодически останавливаясь на прослушку. Вскоре я уже подходил к месту, по дороге успев определиться в главном — там, скорее всего, случилось ограбление или финал долгой погони.

Трагедия разворачивалась на большой поляне.