Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 891)

Следующий толчок пришелся в районе груди, от чего Анна надрывно закричала. Обычно про такие крики говорят «кричала так, словно из нее изгоняли беса». Иронично, что сейчас так оно и было.

— По… мо… гите-е-е!

Я услышал встревоженные голоса на пороге. Надеюсь Иль выполнит свое обещание.

— Ты точно ее убьешь, — раздался наигранно скучающий голос в голове. — Ну изгонишь ты меня из ее тела. Я к ее детям присосусь. И будешь ты меня так туда-сюда гонять сутками напролет?

Пустопорожний треп. Я видел, что методично демон продвигался вверх и уже бурлил под кожей в районе трахеи. Крик Анны стих и перешел на кашель.

— Давай, — прохрипел я и сглотнул вязкий ком.

Анна кашляла все громче и громче, пока в один момент не напряглась, словно в оцепенении и обмякла.

Я распахнул глаза и застыл. Обмякшее тело матери Крудо лежало на койке и не шевелилась. Ее грудь не вздымалась от дыхания. По крайней мере зрительно я этого не наблюдал.

— Все. Отмучалась, — сказал Альф безучастно.

— Доигрался? — съязвил второй голос.

Из ноздрей и приоткрытых губ Анны потянулся черный тонкий дым. Он выходил неспешно, лениво, но выходил. Затем собирался воедино, продолжая висеть под потолком.

Это длилось, наверное, секунд тридцать. Или тридцать ударов сердца. Отследить нормально я не смог.

Последняя черная крупинка, напоминавшая песок, сорвалась с нижней губы мамы Крудо и плавно поднялась вверх, где уже висел небольшой бесформенный шарик, с белыми глазами без зрачков, размером в куриное яйцо.

— Доволен?

Анна дернулась и глубоко вздохнула, словно утопленница, которую вытянули из воды. Тяжело, хрипло, но вздохнула.

Я поднял глаза на беса.

— Да.

Он крутанулся в воздухе восьмеркой, после чего попытался с рыком обратно кинуться в сторону Анны.

— Взять, — скомандовал я.

Альф умел быть прытким. И никакая картошка на сале ему не прибавила лишнего веса, кроме лишнего бубнежа.

Бесенок кинулся наперерез и перехватил черный дым. А дальше уже были не мои заботы. Два демона сцепились между собой и носились по дому. Роняли лавки, сбивали посуду со столов, разбили несколько зеркал, ударившись в них, оборвали гардины и опрокинули кастрюли с чем-то, что Крудо приготовил на ужин.

Это «что-то» я бы не рискнул есть ни при каких условиях, потому что внешне оно уже обзавелось собственным интеллектом. Возможно, в той кастрюле даже зародилась новая цивилизация, которую только что постиг конец света.

Вмешиваться в перепалку этих двоих я не стал. Бес и без меня справится. В конце концов он полностью подвязан ко мне и, если возникнет острая необходимость в энергии — он ее возьмет. Я позволю это сделать.

Анна смущенное натянула на себя простыню и смотрела на меня глазами-блюдцами. Нет, никаким магическим образом она не исцелилась. Ей предстоит еще долгий путь реабилитации. Как минимум вылечить тяжелую пневмонию, но по крайней мере у нее теперь есть шанс на выздоровление.

— К-кто вы? — спросила она едва слышным голосом.

— Митасов Андрей Александрович, — представился я. — А вы, как я понял, Анна, мама Крудо?

— Анна Штейн, — ответила она сдавлено.

В дверь ударили трижды кулаком. Видимо мои подопечные стали переживать из-за нависшей тишины.

— У вас замечательный сын, Анна, — сказал я. — Отдыхайте, скоро прибудут лекари.

— Андрей Саныч! — донеслось с улицы. — Карета скорой помощи уже тут! Можно впускать?

Я оглянулся. Альф зажал пиявку в углу и запинывал ногами. Зачем? Не знаю. Вероятно он пытался предать ему более компактной формы.

— Альф, убери этот мусор. Если хочешь — можешь съесть его, мне без разницы.

— С ума сошел? Чтоб он у меня там внутри присосался к важным органам? Не-не, я знаю, что я с ним сделаю.

— Ничего у тебя не выйдет! — пискнул присоска.

Я расстегнул рукава и закатил их, по пути к дверям. В створку снова настойчиво стучали.

— Андре…

— Можно, — сказал я, открыв дверь.

У порога мялись двое мужчин в белой форме и с высокими колпаками на головах с красными крестами. Забавно, что этот символ тоже здесь был с идентичным значением. У одного в руке был кожаный саквояж, а второй держал складные носилки, которые выглядели как два длинных шеста, на которые было нанизано полотно.

Они зашли в дом, после чего я услышал голоса. Один из врачей явно ужаснулся от общего состояния Анны Штейн. Но денег у них не было на лечение, а значит и на госпитализацию тоже. Мне еще неизвестна здешняя система здравоохранения, но, из того что я вижу, на вызовы они хотя бы приезжают.

Однако, через минуту Анну Штейн вынесли из дома и понесли в мотокарету белого цвета с крестом.

— Вы им заплатили за госпитализацию? — спросил я у своих парней.

— Да, — отозвался Рамон. — Мы посчитали, что там будет верно.

— Правильно сделали, — сказал я и кивнул.

— Что теперь? — спросил Иль.

— Поехали за ними следом. Нужно узнать какое у нее общее состояние и полноценный диагноз.

— Так а-а-а… — начал Иль и почесал затылок.

— Что?

— А вы разве не… — поддержал его Рамон и тоже запнулся.

— Что я разве не?

— Не знаете что с ней?

Вот простота деревенская. Меня это даже слегка пробило на смех.

— Когда приедем домой — проведу вам всем ликбез кто такие демонологи и что они умеют, чтоб не позорились в моих глазах.

— Андресаныч, мы не эт самое! Ну, не хотели задеть вас!

— Та ни в жизнь!

— Я знаю, — перебил я их. — Но общим образованием заняться тоже стоит. Вы может и хорошие специалисты в своих областях, но кое-что еще нужно выучить нового. А пока поехали. Иль, ты за рулем.

Говорил я об этом не просто так. Еще по пути к дому Анны Штейн я заметил, что воздух вокруг Рамона и Иля слегка дрожит. Не из-за того, что они наелись горохового супа, а сами парни эманируют, как эманируют маги.

Я изначально не предал этому значения, думал, что напитались в Аду, посидят, отмоются и пройдет.

Не прошло. И теперь я понял почему.

Глава 11

— 11 —

В кабинете Сергея Вениаминовича Покровского было заседание. Внутри сидели с добрый десяток человек за длинным столом и негромко перешептывались друг с другом.

Сам Сергей Вениаминович длительное время обдумывал полученную ранее информацию. С одной стороны он доверял Митасову после увиденного, но с другой стороны… откуда он мог это все знать?

Он терзался этим вопросом несколько суток, пока не принял окончательное решение: Донни Кесслер должен сесть.

— Господа, — начал Покровский, — мы собрались здесь обсудить одну немаловажную вещь. Все вы знаете такого человека, как Донован Лютер Кесслер.

По столу снова пробежал шепоток. А сам Сергей Вениаминович был уверен, что сидящие за столом не просто знают обозначенного ранее человека, а еще и либо имеют на него зуб, либо об него же этот самый зуб сломали.