Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 670)

Кабинет ректора Копперброка располагался на самом верху северной башни. Несмотря на свое решение больше не летать в этой академии, после десятой петли лестницы я не выдержала и вызвала крылышки: ноги гудели и отваливались. Судя по всему, он неспроста обустроил логово так высоко, — путь туда сам по себе смахивал на наказание.

Уткнувшись в массивную кованную дверь с эмблемой медного клана, я взялась за тяжелое кольцо и постучала. Звук был такой, будто я в гонг ударила: низкий вибрирующий звон эхом пронесся по башне.

— Войдите, — послышалось изнутри.

Пресвятые музы, помогите!

Навалившись на дверь всем телом, я с усилием толкнула ее и очутилась в округлой комнате. Поначалу мне показалось, будто стены здесь сделаны из книг, — их было столько, что каменной кладки было даже не разглядеть. И это вселяло надежду: начитанный дракон должен быть не таким дикарем, как его ученики.

Затхлый воздух пах чем-то ядреным, — мазью или травяной настойкой, — а на столе из красного дерева тускло подмигивала потертая керосинка.

Сам ректор Копперброк стоял у маленького окошка, — или, скорее, бойницы, — и задумчиво смотрел вниз, на старческий манер сведя руки за спиной. В его густой медно-рыжей шевелюре мазками белели седые пряди.

Старый дракон не шевелился, и я никак не могла понять, заметил он меня или уже забыл, что сам же пригласил меня войти.

— Вам не кажется, что главные ворота слишком скрипят? — осведомился он и соизволил, наконец, обернуться.

Я вздрогнула и едва удержалась, чтобы не уронить челюсть. Будь на моем месте истеричка Сальви, весь замок бы уже слушал ее ультразвуковой визг.

Дело в том, что через все лицо ректора тянулся уродливый шрам, словно кто-то пытался разрубить его голову надвое по диагонали. Как он выжил и уж тем более сохранил левый глаз, — правда, тот был мутным и вряд ли зрячим, — оставалось загадкой.

Теперь-то до меня дошло, как же сильно я влипла. Мало того, что напала на его внука, так еще и аккурат в глаз! Наверняка мой проступок напомнил ректору о старой боевой травме, и сейчас на мне живого места не оставят… Правда, Копперброк до сих пор не начал орать, но наша Талея тоже редко повышала голос, хотя от избытка милосердия явно не мучилась.

Все мои намерения заработать побольше наказаний рассыпались в труху. Ректор внушал истинный ужас. Отчисление?! Как же, держи карман шире! Будет удивительно, если меня не сгноят в какой-нибудь темнице или не отвесят плетей!

— Я… Эм… Отличные ворота! — пробормотала, стараясь одновременно улыбаться и отвести взгляд от шрама: он одновременно и пугал, и странно завораживал.

— Все ж таки прикажу их смазать! — Копперброк погладил рыжую бороду, доходившую ему почти до пупка, и указал на стул. — Присаживайся, в ногах правды нет…

Смысл последней фразы ректор знал не понаслышке. Он отошел от окна, и я услышала металлическое постукивание: правую ногу медного дракона заменял протез. Причем Копперброк не пытался его скрыть штаниной, он будто им даже гордился: при каждом его шаге начищенный герб клана на искусственной ноге воинственно поблескивал в отсветах керосинки. Н-да уж, Виана… Это тебе не Талея, для которой самая страшная трагедия — сломанный ноготь или пятно от вишневого варенья на платье!

Меня не покидало ощущение, что ректор нарочно тянет время. То ли испытывает мое терпение, то ли заставляет понервничать… Какими бы ни были его планы, он преуспел: я сидела на краешке стула, сходя с ума от неизвестности, и дрожащими пальцами ковыряла заусенец.

— Мне очень жаль! — не выдержала, когда ректор устроился в кресле и уложил протез на небольшую табуретку. — Если бы я знала, что в окно подглядывал ваш внук… Я бы ни за что, клянусь музами!..

— А где же остальные? — поинтересовался дракон, игнорируя мои неловкие извинения. — Может, подождем их?

— Они… Боюсь, у нас возникли сложностью с дверью, — сочиняла на ходу. — Но смею вас заверить, к вашему глазу… — Да чтоб тебя, Виана, следи за языком! — То есть к глазу вашего внука они не имеют никакого отношения. И магическая краска безвредна. Я сотру все без следа…

— Манфорд сам виноват, — скривился ректор Копперброк, отчего его шрам на мгновение принял форму зигзага. — Родители его избаловали, и за пару курсов в академии всего не исправишь.

— И вы не будете меня за это наказывать?!

— У нас в академии есть одно правило… — он замялся, дав мне возможность представиться.

— Виана Лобелли.

— Так вот, Виана. У нас в академии есть одно правило: нападение не должно оставаться без ответа. Если кто-то сделал выпад в твою сторону, ты обязан его отбить, или ты не имеешь права называться драконом.

— Но в таком случае у вас же, наверное, постоянные драки!

— Как раз наоборот! — Усмешка раздвинула завесу рыжей бороды. — Если ты знаешь, что получишь отпор, то подумаешь дважды, стоит ли вообще махать кулаками. А что касается моего внука… Я бы попросил тебя не трогать этот боевой раскрас. Походит недельку-другую так, ему полезно.

Я окончательно запуталась. Выходит, наказывать меня никто не собирался… Но зачем тогда Копперброк вызвал нас, да еще с такой срочностью?!

— Меня беспокоит другое, — медный будто прочитал мои мысли. — Сложности с дверью, как ты выразилась. Видишь ли, имущество академии неприкосновенно. Испортили что-то — чините, как хотите.

— Я не умею работать с древесиной… Только кристаллы и краски…

— Ты прилетела сюда не только жениха себе искать, — Копперброк нахмурился, и в его голосе зазвенела сталь. — Сватовством пусть занимается Талея, а пока ты и твои подружки здесь, будете делать, что я скажу. И учеба в списке ваших дел идет первым пунктом.

Мне часто снился один и тот же кошмар, будто я прихожу на занятие и не понимаю, что от меня требуется — и как это выполнить. Так вот, сон этот, судя по всему, сбывался, и реальность оказалась хуже, чем я могла вообразить.

Починить дверь… По-хорошему, поручать это надо было вообще не мне! Сломала-то ее Мэлина, вот пусть и корячится с топором, как хочет. И я уже собралась честно сообщить ректору, кто в его академии — настоящая вредительница, но он заговорил снова:

— Справа от южной башни есть столярная мастерская. Там есть все необходимое: инструмент, доски, лак. Спросишь Лейгарда, он тебе все покажет, а потом возись, сколько влезет. Пока не будет двери, к занятиям я тебя не допускаю, — и Копперброк хлопнул по столу, дав понять, что разговор окончен.

И вот тут-то меня осенило, что вместо наказания я получила шанс! Это ж я целый месяц, если не все четыре, могу провести в уединении, ковыряя разные деревяшки. Орку ясно, что быстро я новую дверь не сварганю! Тишина, покой, никакого Деррика с его шантажом, никаких озабоченных ящеров в окне — и минимум общения с предательницами.

Похоже, моя жизнь в драконьей академии начала налаживаться.

— Хорошо, ректор Копперброк, — я встала, с трудом сдержав радостную улыбку, и, кивнув медному, отправилась на поиски своего нового убежища.

Глава 4

У подножья лестницы меня уже дожидались соседки. Я не сразу их заметила: летела вниз в таком прекрасном настроении, что невольно набрала скорость и чуть не сбила с ног встревоженную Мэлину.

— Ну, как все прошло? — с наигранным равнодушием поинтересовалась Кайса, хотя я-то видела, что алую прямо-таки раздирает от любопытства.

— А ты не видишь? — встряла фиолетовая, не дав мне ответить. — Она же в ужасе! Вылетела, как стрела из лука… Тебе досталось, да? Он орал?

Я замешкалась. С одной стороны, мне хотелось успокоить феечек, что ректор Копперброк не так уж и страшен, во всяком случае, по характеру. С другой… После того, как они, ни секунды не сомневаясь, отправили меня на заклание в гордом одиночестве, щелчок по носу им бы точно не помешал.

— Он был вне себя, — я обхватила себя руками, будто пыталась сдержать дрожь. — Никогда не думала, что скажу это… Но мне жаль драконов, которые у него учатся.

Мое невинное вранье произвело на девочек сильное впечатление. Про Мэлину и говорить нечего: она по обыкновению побледнела, словно ее макнули лицом в белила. Гораздо больше меня удивила реакция Кайсы, — уж от нее я сочувствия никак не ожидала. Однако эта крепкая, вечно решительная и боевая виолончелистка вдруг опустила глаза и виновато ссутулилась.

— Прости, Виана… Мы должны были пойти с тобой!

— Ну, что сделано — то сделано, — спешно пробормотала Мэл. — Ничего уже теперь не исправить. Но в следующий раз…

— Нет! — одернула ее Кайса. — Мы прямо сейчас поднимемся к нему и потребуем разделить наказание!

Вот тебе и проучила… Нет, педагогика — явно не мое! Сошли меня Копперброк на каторгу, я бы и не подумала останавливать горе-соседок, но вот провести с ними бок о бок сотни часов в столярке, которая предназначалась лишь мне одной… Да простят меня феи музыки, — дудки!

— Не надо! — кинулась наперерез к Кайсе, которая уже поволокла вездесущую виолончель к ступеням.

— Но почему?! — нахмурилась она. — Или ты думаешь, что мы боимся?

— Если честно, есть немного… — Мэл разгладила несуществующие складки на юбке в цветочек.

— И правильно! — я решила надавить на слабое звено. — Ему сейчас лучше на глаза не попадаться! Идите в комнату — и не отсвечивайте.

— А как же ты? — Кайса уже не рвалась к лестнице, но видно было, что она пока сомневается.