Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 567)

– Знаешь ли, вряд ли взрослую девочку можно напугать перспективой быть отшлепанной, – пошутила я, ощутив, как напряглось его тело.

Под моей рукой, лежавшей на его груди, чаще забилось сердце. Его руки медленно прошлись вдоль моей спины и спустились к ягодицам.

– Что-то наш разговор не туда зашел, – заметил мой нитар хриплым голосом. – У меня еще и воображение богатое…

Он поцеловал меня в висок и вдруг резко отстранился, уходя на другую сторону палубы.

– Прости, лисенок, мне нужно проветриться, – бросил он на ходу. – Полнолуние близко, сама знаешь…

О да, полнолуние… Уже на следующую ночь. Я хорошо понимала, о чем Делайл говорит. Полнолуние обостряло у оборотней чувства и эмоции – будь то гнев, страх или вожделение. Что ж, кажется, в моменты, когда завтра мы будем вдвоем, мне придется следить за своим поведением, не позволяя луне диктовать свои правила.

Мои мысли прервало голодное урчание в животе, и я предложила всем наконец поужинать тем, что мы заказали в портовой таверне. Накрывая с подругами ужин, я поняла, насколько же я голодна!

– А-а-а, помилуйте! – взвыла я, окинув взглядом стол. – Зачем же столько вкусного брать? Я же все хочу!

На моей просторной тарелке соседствовал салат из запеченных овощей с креветками, стейк из лосося в сливочном соусе и маринованные грибочки. Рядом возвышалась горка свежих овощей и зелени. Заметив взгляд Делайла, я немного смутилась. В нем было столько нежности и тепла, что я даже растерялась.

– Чего же ты смущаешься, Марьяна? – усмехнулся он, после чего наклонился к моему уху. – Кстати, мне всегда нравились девушки с хорошим, здоровым аппетитом.

Внутри разлилось блаженное тепло, и я улыбнулась ему в ответ, ничего не говоря.

После сытного ужина меня потянуло в сон, и я пожелала уйти в каюту. Делайл проводил меня, сорвав напоследок поцелуй, от которого я вновь загорелась, словно огненное зелье. Я стояла у стены, и он оказался так близко, опираясь руками по обе стороны от меня. Его выдох теплом коснулся моих губ, заставляя сердце ускоряться. Дел наклонился, и наши губы соприкоснулись. Мое мнимое спокойствие рассыпалось в прах, пока тело и сознание медленно, но верно опутывало чистое, незамутненное желание. Мои руки сами собой потянулись к нему и обвили его шею, притягивая еще ближе. Невесомое касание губ стремительно переросло в глубокий поцелуй, когда шумное рваное дыхание становится единым, сплетаются языки, а кровь в венах подменяет собой вожделение. Его руки огладили мои бедра, рассыпав по телу искры восторга, прижали к напряженному мужскому телу, словно высеченному из мрамора. Желание горячим болезненным клубком свернулось внизу живота, требуя разрядки. Дел словно почувствовал мое состояние, и лизнув мои губы, отстранился. Выражение его глаз красноречиво говорило о многом.

– Сейчас мне лучше уйти. Спокойной ночи, Мари, – промолвил он с хрипотцой в голосе и покинул каюту.

Лицо горело, как и губы, еще помнившие настойчивые жаркие поцелуи Делайла. Вдох-выдох. Нужно успокоиться. И спасибо моему нитар за его ответственность и осознанность, что удерживали его от окончательного шага в пропасть. Сделай он этот шаг, и мы бы точно уже не остановились. Мне стало стыдно за свою несдержанность и какую-то совершенно необузданную чувственность. Я не знала, что с этим делать, ведь такие сильные, всеобъемлющие эмоции во мне не пробуждал ни один мужчина. Никогда еще поцелуи не становились для меня столь интимным действом, распаляющим тело и сжигающим дотла все смущение. Как же нам ходить на свидания, если одно лишь соприкосновение губ туманит разум?

Поток мыслей в моей голове не утихал, пока я смотрела в большое панорамное окно. Веки тяжелели, а мысли становились вязкими, как мед. А за окном в темном небе нависала яркая луна, так низко, что казалось, будто взволнованные волны вот-вот зацепят ее щербатый край. И чем дольше я на нее смотрела, тем больше мне казалось, что дорожка серебряного света становится длинней и спускается на палубу корабля. И вот уже по этой светящейся дорожке кто-то спускается, овеянный невероятным сиянием. А потом мне почудилось, что этот кто-то манит меня к себе, и присмотревшись к нему внимательней, я вскрикнула от удивления.

– Идем, Мари. Нам нужно поговорить. Всем.

На лунную тропу меня звал Иллинторн Россэльран.

Глава 11. Огненные знамения

Марьяна

Я шла по тропе из сияющего лунного света навстречу своему далекому предку, когда почувствовала движение рядом. Обернувшись, увидела, как меня догоняют мои подруги.

– Иллинторн, – завороженно прошептали в один голос Эмилия и Герда, поравнявшись со мной.

– Идемте, у нас не так много времени, – поторопил нас эльф, и мы ускорили шаг.

Это было невероятно! Вот так идти по лунному свету, словно по твердой почве, поднимаясь все выше и выше. Свет становился ярче, заливая все вокруг серебряным туманом, что клубился, будто живое создание.

– Это ведь сон? – решила я уточнить у Иллинторна.

– Это встреча, – улыбнулся он в ответ. – Когда мы спим, наше сознание может находиться где-то очень далеко, за пределами мира. Мне свыше позволили вас увидеть, несмотря на то, что я уже мертв, а вы принадлежите миру живых. И я уловил момент, когда вы все уснули, а значит, можно выманить вас ненадолго и поговорить.

Шаг, и мы преодолели стену из света, на краткий миг ослепившую нас своей нестерпимой белизной. Она тут же рассеялась, явив нашему взору тихий берег реки. Золотистый песок, на который набегали мелкие волны, плакучие ивы на кромке берега, роняющие гибкие ветви в реку, и невероятной красоты золотисто-розовое небо с приглушенно-багровым солнцем, уходящим за горизонт.

– Где это мы? – в один голос полюбопытствовали мы у Иллинторна.

Его такое совпадение мыслей вслух позабавило. Для тех, кто общается с нами постоянно, фразы, сказанные в один голос, стали уже привычным явлением.

– Это мир Перепутья, – пояснил наш общий предок. – Но вы забудете, как выглядит это место и как оно называется, как только проснетесь. Здесь, на этом берегу реки забвения, душа садится в лодку ангела смерти, и он переправляет ее на другой берег, где она уже готова отправиться в Небесный мир, свободная от оков памяти прошлого. Здесь же, в Пограничном лесу, находятся и те, чья душа ходит по грани мира живых и мертвых и может еще вернуться, если на то будет воля Мироздания. Ваши нареченные могут проникнуть в этот мир во сне и позвать вас и таким образом помочь найти дорогу обратно к жизни. В этом их предназначение и суть – удерживать разум Избранных от безумия и при надобности звать из мира Перепутья обратно в Лави – мир живых.

– В отличие от Герды и Эми, я не обручена. Мы лишь недавно стали нитар, – возразила я.

Иллинторн смерил меня озорным взглядом.

– Для него это всего лишь дело времени. Совсем недолгого, Мари. Он признал тебя своей и уже никогда не отпустит, – заявил он с улыбкой.

Кровь прилила к моим щекам.

– Постой, значит, если нареченный может позвать Избранную из Перепутья, значит, все-таки мы погибнем? – спросила Эмилия, и на последнем слове ее голос прозвучал неестественно звонко.

А я ощутила, как кровь, прилившая к щекам, теперь схлынула. Колким холодом тронуло пальцы.

– Никто не знает, когда окончится его жизненный путь, – философски заметил Иллинторн. – Но у вас есть те, кто не отпустит вас за грань мира Лави. Кто знает, может быть, если бы не погибла моя нареченная, то я не умер бы тогда.

– А что с ней случилось? – спросила Герда.

– Она была Одаренной. Простым смертным человеком с огромным даром к магии. Мы встретились во время моего большого путешествия по северным странам Земли, и между нами вспыхнуло настоящее чувство. Тогда я задержался в тех землях. Мы обменялись анитари, и я надел ей помолвочное кольцо. Я хотел забрать ее на Эсфир, хотел открыть ей правду, и кое-что она уже узнала от меня, но увести ее порталом не успел. На пару дней я отбыл на Эсфир, чтобы уладить дела с покупкой усадьбы, в которую должен был привести свою невесту, но… Заселился я туда один и в траурном венце. Во время моего недолгого отсутствия Солвейг погибла. Она была большой любительницей верховой езды и лошадей. То, что она любила, и принесло ей смерть. Лошадь испугалась чего-то и, обезумев, понеслась, не слушая свою наездницу. Солвейг оказалась верхом посреди озера. Близилась весна, и лед истончался. Он не выдержал веса лошади… С помощью магии я смог найти тело своей невесты еще до той поры, когда растаял лед.

– Как это больно. Мне так жаль, – вырвалось у меня.

Иллинторн тяжко вздохнул, глядя вдаль невидящим взором.

– Мне обещали, что когда-нибудь нам снова позволят встретиться уже в новом воплощении, – промолвил он с надеждой в голосе, и его взгляд на краткий миг затуманился далекой мечтой.

– Пообещали, значит, исполнят, – заверила его Герда.

Уж ей-то об этом известно.

– Подожди, то есть ты так и не переплыл реку на лодке ангела смерти? – удивленно спросила Эмилия, повторив мою мысль.

Иллинторн горько усмехнулся, отрицательно мотнув головой.

– До тех пор, пока мои наследники силы, то есть вы, не сокрушат Адаила, я не могу пересечь реку забвения и отправиться в Небесный мир. Ведь тогда я забуду все и не смогу уже общаться с вами. А без этого нам никак нельзя.