Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 530)

Я не удержалась от смеха. Эрик сначала улыбался, но потом вдруг задумался.

– Кстати говоря, ты мне тоже снилась в тот период, – вспомнил он. – Редко, не чаще пары-тройки раз в год. Но в основном это были наши с тобой общие эпизоды из прошлого. Эти сны напоминали мне скорее воспоминания. Реже ты мне снилась одна. Вот такие сны были как знаки от тебя о чем-то важном, словно это действительно твоя душа пыталась ко мне докричаться. И, кстати говоря, если сопоставить время, когда ты жила, то можно сделать вывод, что такие знаковые сны я видел, когда тебя уже не было в живых. Я помню, как накануне снятия блокады мне приснилось, что ты с какой-то совершенно ангельской улыбкой на губах гладила меня по голове и повторяла, как молитву: «Потерпи, Эрик, еще потерпи, скоро кольцо тьмы падет навсегда! Я уже вижу в нем брешь».

Слышать это было невероятно. Все-таки миры, куда мы уходим после смерти, действительно существуют.

– Кто знает, может быть, моя душа на самом деле посещала тебя через сны, – подумала я вслух.

Воцарилась пауза. Эрик смерил меня внимательным взглядом:

– Герда, если хочешь, я могу попросить своих хороших знакомых в Петербурге поднять архивы и найти информацию о твоей прошлой семье. Тем более что кое-какие факты нам известны, это немного облегчит поиски.

– Не стоит, Эрик, – я покачала головой. – Правда, не стоит. Я не хочу ворошить далекое прошлое и бередить душу. Пусть все останется так, как есть. Это уже прошло и кануло в века. Хватит и того, что мне показали. Это и так слишком много. У нас недаром забирают память о прожитом после смерти. Так и должно быть. Я надеюсь, что души тех людей, что были тогда моей семьей, переродились или заново переродятся для более счастливой жизни. Они это заслужили. Все. Я отпускаю эту память с любовью и благодарностью к тем людям. Пусть они будут счастливы и больше не познают войны. А вот просто съездить в Питер – с превеликим удовольствием.

– Значит, съездим, когда будет возможность. А когда у тебя учебный год закончится, я могу тебе вообще устроить питерские каникулы, – с нежной улыбкой промолвил Эрик.

– Это будут мои са-а-амые ожидаемые каникулы, – мечтательно промолвила я, предвкушая грядущее лето, и сладко зевнула. – Как же я за сегодня устала!

Эрик, проводив меня до порога дома, умчался в свою Школу мастеров. Восхитительное трудолюбие, которое еще поддерживается вампирской выносливостью. Это всегда меня в нем восхищало. Я же, едва коснувшись подушки щекой, унеслась в царство снов.

Через день, утром в стенах зала для торжеств императорского дворца состоялась церемония награждения. Нам троим и Джерану вручили орден «За заслуги перед империей» первой степени, и вместе с сестрой Элинн они поднялись на сцену для того, чтобы забрать такой же орден для своего отца, полученный им посмертно. Вся информация о деятельности Джерана и Лаира в свете проведенного расследования оказалась рассекреченной, и Совет потомков досрочно снял с документов о деятельности лорда Мирайла-старшего и его сына гриф «секретно». В дворцовых кулуарах ходили слухи, что император жутко недоволен тем, что Совет потомков скрыл факт разведывательной деятельности семейства Мирайл в пользу своего мира. «Зачем же скрывать благие дела?» – недоумевал император, со слов кого-то из приближенных.

На церемонии Джеран, одетый в строгий черный костюм, был непривычно серьезен. Элинн то и дело подносила носовой платок к глазам, держась все время между братом и супругом. Церемония, несмотря на то что стала очень массовой и совсем не камерной, прошла в невероятно доброй атмосфере. Сколько было сказано теплых слов о Лаире его коллегами, друзьями, детьми и близкими! Столько прозвучало светлых воспоминаний, отчего мне казалось, что Лаир на миг ожил и находится где-то в этом зале среди нас. Слушает, улыбается, смеется. Впитывая всем своим существом эту атмосферу, я подумала, что жить надо так, чтобы после того, как тебя не станет, воспоминания о тебе согревали других.

После церемонии мы решили поехать всей семьей в храм Солнца и Луны, чтобы вознести поминальные молитвы о душе Лаира и всех невинно убиенных. Подруги поехали со мной. После храма мы отправились в родную Академию, чтобы решить вопросы с наверстыванием упущенного, ведь пока мы лежали в госпитале и потом помогали следствию, учеба на месте не стояла. Это ж сколько нам теперь предстоит выучить, чтобы догнать свои группы, а-а-а! А мне еще желательно разобрать все эти завалы до свадьбы. Спасибо друзьям, пришедшим на помощь. Благодаря их участию нам удалось разжиться копиями лекций, лабораторных и всего прочего, а это уже изрядно облегчало задачу. Оставалось только все это изучить. То, как нас встретили в родной Академии магии, когда мы туда приехали, – вообще отдельная песня, тронувшая нас до слез, оставившая приятное послевкусие в воспоминаниях.

От тяжелых физических нагрузок нас пока освободили до полного исцеления. Пережитое давало о себе знать быстрой утомляемостью. Что же до узников химеры, то некоторые уже были выписаны и набирались сил дома: Латиара снова начала делать свечи ручной работы, сказав, что для нее любимое занятие – самое лучшее средство исцеления; Делайл уехал в родительскую усадьбу в Восточной империи. Но несколько магов, которым химера навредила сильнее, оставались под личным наблюдением главврача госпиталя, хоть и шли постепенно на поправку. Магический резерв у всех постепенно восстанавливался.

«Сегодня еще отдыхайте, тем более что пятница, а со следующего понедельника жду вас в стенах нашей Академии! Пора возвращаться в учебный строй, милые леди-орденоносцы!» – торжественно заявил магистр Лийсарран, подписав приказ, освободивший нас от сегодняшних занятий.

Главным предметом обсуждений у адептов, как и у всей империи, по-прежнему еще оставалась поимка и разоблачение Грэтты Элрод. Милой на вид и ужасной в своей сути. Снова мне вспомнилась любимая поговорка старшего брата про обманчивость внешности.

Покинуть стены альма-матер так просто нам не дали, и мы задержались здесь еще на несколько часов, обсуждая с однокурсниками события последних дней. Джеран наконец вернулся к своему прежнему стилю одежды в духе земного Ренессанса, приправленного его неуемной фантазией. А то мы даже волноваться уже начинали. Но раз феерия вернулась в повседневный гардероб магистра, значит, все в порядке. И мне действительно хотелось, чтобы он уже наконец нашел себе вторую половину и больше не тяготился одиночеством. Я уверена, что для каждого из нас когда-то да найдется тот, в чьих глазах мы будем целым миром. Если б он тогда не признался в этом, мы бы и не заподозрили, что он так в этом нуждается. Джеран всегда выглядел таким свободолюбивым, но это оказалось лишь ширмой.

После Академии я отправилась с Эриком к нашему свадебному организатору, чтобы согласовать еще некоторые важные детали предстоящего торжества. Месяц-то быстро пролетит. Потом мой будущий супруг отвез меня на примерку подвенечного платья, естественно, к леди Арилиш, которая между делом тоже не удержалась и завалила меня вопросами о химере. Наручные часы показывали только четыре часа дня, а у меня уже возникло это утомительное чувство, когда день еще не кончился, а я уже все.

– Поехали ко мне? – предложил Эрик, когда мы покинули салон. – Там у меня запеченный в сливочном соусе лосось, молодой картофель с зеленью, овощной салат с маслинами и фетой. Сегодня рано утром на меня снизошло кулинарное вдохновение.

– А ты знаешь, чем меня соблазнить, – шутливо заметила я, окинув Эрика игривым взглядом.

– В мои-то годы давно пора уже научиться приемам мастерского обольщения, – отшутился Эрик.

Еда, приготовленная Эриком, оказалась изумительной.

– Должна заметить, что кроме таланта к ювелирному искусству, вкусная еда – еще один твой бесспорный талант, – сделала я комплимент будущему супругу, с аппетитом поедая обед.

Эрик от моего комплимента расцвел. Было заметно, что моя похвала для него что коту сметанка. Все мы любим, когда нас хвалят, и мужчины – не исключение. Просто они в этом не признаются.

После обеда мы перешли в зал, Эрик включил проектор и поставил пластинку с какой-то милой расслабляющей советской комедией про служебный роман начальницы и подчиненного, под которую я и уснула. Нет-нет, не в обиду земным советским режиссерам, комедия отличная, но мое сознание, изрядно притомившееся за день, решило, что нам нужен отдых. Я даже не поняла, как уснула, помню только лишь легкие прикосновения любимых губ к моему лицу. До чего же приятно вот так засыпать!

Проснулась от трескучего раската грома и яркого всполоха молнии, доставшего меня даже через смеженные веки. Вздрогнув, я подскочила с дивана и с громким «ой» упала, запутавшись в пледе. Где-то рядом послышался низкий рык Тора.

– Что, тоже испугалась? – спросил у меня питомец Эрика.

– Ага, – кивнула я. – Уж больно громко и неожиданно, когда ты спишь.

– А я и не спал, но все равно что-то аж подскочил. Разыгралась непогода, – посетовал пес.

– А где Эрик? – спросила я.

– Он поручил мне охранять твой сон, а сам пошел в сауну попариться. Эрик говорит, что банька и сауна мысли просветляют, очищают тело и разум, – рассказал мне Тор.