Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 422)

При упоминании о магических блоках меня одолевали противоречивые чувства. С одной стороны, мне было страшно перед лицом неизвестного врага, решившего однажды перечеркнуть судьбу моей мамы. С другой же стороны, мне, наоборот, хотелось поскорее узнать: кто же тогда пытался ее убить и могут ли быть князья Нориалли мамиными родителями? Ведь после того как я увидела сцену похищения княжеской дочери, я все-таки показала это видение маме. Князя и княгиню она не признала, а вот тот самый лес запомнила достаточно хорошо, потому как сама не раз видела его во снах. Именно в том лесу ее нашли туристы.

Если выяснится, что моя мама – дочь княжеской четы Нориалли, то тогда у меня появятся бабушка и дедушка, которые, должно быть, выглядят так, словно им едва стукнуло двадцать пять лет.

Когда мы заканчивали завтракать, я услышала звук падающего на стол конверта. Нам пришло еще одно письмо. Мариус сорвал сургучную печать и развернул лист. Едва его глаза пробежали по строчкам письма, как он мгновенно изменился в лице, на котором сейчас читалось потрясение.

– Мариус, что случилось?

Внутри меня все похолодело. Что еще могло произойти?

– Лорд Мардейл покончил с собой прямо в тюремной камере. Вскрыл себе вены. Когда надзиратель зашел к нему, Мардейл был уже мертв.

Мне показалось, что сердце пропустило удар. Весть о смерти лорда Мардейла казалась мне совершенно странной и неправдоподобной.

– Мариус, а его могли заставить это сделать? Ведь кто-то же принудил его напасть на людей и покушаться на их жизнь.

– Это исключено. Здание жандармерии опутано сетью специальных заклинаний, которые регулярно обновляются. Никто не сможет через эту заклинательную сеть пробиться и взять контроль над разумом заключенного. Но тут еще сказано о том, что жандармам и страже монарха удалось напасть на след «кукловода» лорда Мардейла, который ведет их в Западную империю. Так что, я уверен, преступника скоро поймают. И тогда мы узнаем, какие у него мотивы.

– Хоть бы так оно и было, – ответила я, обнявшись с Мариусом.

Глава 25

Момент истины

Несмотря на потрясения последних дней уходящего года и отсутствие новостей о поимке коварного темного мага, я не смогла не проникнуться праздничной атмосферой Эсфира. Празднование эсфирского Нового года, который здесь называли Йоль, было во многом схоже с земным. Здесь так же украшались улицы и витрины лавок и торговых павильонов, в домах вешали праздничные яркие гирлянды, наряжали хвойные деревья – ели и пихты. Все ждали праздничную полночь, когда стрелки часов покажут двенадцать и время перелистнет еще один год в календаре.

Мы с Марьяной в нетерпении топтались около новенького зимнего экипажа Герды, недавно подаренного ей родителями на восемнадцатилетие, пока она сотворяла ездовых духов. В упряжке появились два небесно-голубых дракона, словно сотканных из воды.

– Сейчас мы слетаем в одно очень живописное местечко недалеко отсюда. С Марьяной мы там уже не раз бывали. Один пейзаж чего стоит, плюс можно безопасно кататься на санках, да и вообще много разных развлечений на любой вкус. Я всегда туда вожу Марнемира и Бригитту, – пояснила Герда, ища глазами близнецов. – Так, двое из ларца, вы куда подевались? – крикнула она, оглядываясь по сторонам.

– Да здесь мы, – послышался голос Марнемира, донесшийся от приоткрывшейся двери экипажа. – Сидим тут и ждем вас, пока вы там носы свои пудрите.

– Ждут они, – беззлобно передразнила Герда брата. – Готова поклясться бабушкиным фамильным сундуком, что сидели тут как мыши и подслушивали нас.

– Подслушивать? – пораженно вытаращив глаза, возмущенно воскликнули близнецы в один голос. – Никогда!

– Ну, конечно, и как я только могла такое подумать! – с улыбкой ответила им старшая сестра, пока экипаж плавно поднимался в воздух.

Место, о котором говорила Герда, и впрямь оказалось живописным – зимний заснеженный фьорд являл собой величественное зрелище. В морозном воздухе стойко ощущался хвойный аромат из-за близости леса. Мы находились у самого подножия фьорда, где располагались открытый каток, арена для метания снежков, горки для катания на санках и еще много интересных вещей, способных развлечь и заодно согреть в зимнюю пору. Империя недаром звалась Северной – зима тут значительно суровее, чем в Южной. Если у нас мороз ниже пяти градусов никогда не опускался, то здесь ночью могло быть до минус двадцати пяти.

В поместье ярла Нортдайла вовсю кипели последние приготовления к Йолю, праздничная суета захватила всех, а вездесущие Марнемир и Бригитта углядели в этом возможность безнаказанно похулиганить, и тогда хозяин поместья предложил нам отвезти детей «проветриться» к фьорду Лирхолд.

– Не люблю я таких крепких морозов и не привыкла к ним, – проворчала я, выходя из экипажа. – Холодина невозможная. Таскаешь на себе сто одежек, как будто ты не бессмертное создание, а самая обычная капуста.

– Зато шубу какую красивую ради этих морозов купила, – заметила Марьяна. – Идемте на арену, снежки пошвыряем друг в друга, так и согреемся, – предложила она, и мы охотно согласились.

Марнемир и Бригитта с залихватским кличем побежали вперед. Кажется, нас ждет настоящая снежная баталия.

После продолжительного боя снежками мы повели детей на горки, где нам тоже непременно захотелось прокатиться, как в детстве, а затем Герда принесла кофе, и мы наблюдали за младшенькими, попивая ароматный напиток и обсуждая последние новости. Весть о том, что магами Триумвирата оказались адептки Академии, стремительно разлетелась по столице, вызывая всеобщий ажиотаж. Было даже несколько обидно, что явление Триумвирата на новогоднем студенческом балу обсуждали чаще и больше, чем спектакль. Мне, если честно, хотелось, чтоб меня на улице узнавали как актрису и музыканта, а не того самого мага, способного убить демона войны. Но, как говорит мой жених: «Мы предполагаем, а судьба располагает». Мариус в очередной раз оказался прав.

Дедушка Герды все грозился отправить с нами свою охрану, но мы, понимая, что теряем возможность посплетничать, уговорили его отказаться от этой идеи, а взамен нас увешали уймой разного рода защитных и охранных артефактов, благо что были они совсем небольшими и выполнены в виде украшений. На Земле при таком раскладе мы сошли бы за жен рэперов, ей-богу! Меха, драгоценности…

– Как отреагировал Амаэль на новость о том, что ты маг Триумвирата? – спросила я Марьяну.

– Он прислал мне анитари. Ранним утром после бала.

– Анитари? – в один голос воскликнули мы с Гердой.

– И каков твой ответ? Ты приняла браслет? – задала вопрос Герда. – Хотя подожди, я ничего не видела на твоем запястье.

– Правильно, – кивнула Марьяна и горько усмехнулась. – Потому что я отправила анитари ему назад.

– Но почему? – удивилась я.

– А потому что не так давно он намекнул, что его мама не одобряет наши отношения и хочет ему в избранницы эльфийку. И желательно чистокровную. Странно это, конечно, учитывая, что у нас издавна спокойно относятся к смешанным бракам. И я не видела, чтобы Амаэль хоть как-то был с матерью не согласен. Неделю назад он даже обронил фразу, что не знает, сможем ли мы быть вместе в дальнейшем. Я уже тогда задумалась, а надо ли мне в таком случае держаться за него? А потом, когда мы с вами дрались с лордом Мардейлом, Амаэль увидел нас в боевой ипостаси и все понял. После случившегося по пути в корпус жандармов он рассказал мне о своих догадках относительно моей принадлежности к Триумвирату, и я не стала отпираться. Сказала ему правду. Смысла врать не было, слишком много свидетелей нас видели. А утром, едва проснувшись, увидела конверт, подписанный его рукой, в котором лежал женский анитари и короткая записка с предложением стать его нитар.

Подруга задумчиво вздохнула. Повисло молчание.

– В общем, отправила я обратно браслет с ответным письмом, в котором сообщила, что мы расстаемся. Если меня готовы любить исключительно за мой статус мага Триумвирата, то мне и даром не сдалась такая любовь. Да и не любовь это вовсе. Так, выгодный расчет, приправленный симпатией, чтобы уж не было совсем пресно.

– Я бы тоже так поступила, – сказала ей Герда, ободряюще погладив ее по плечу.

– Ой, ладно, девчонки, давайте не будем о грустном, – улыбнулась Марьяна.

– Будет и на вашей улице праздник, – заверила я подруг.

– Кстати, о праздниках. Значит, ты после жандармерии поехала домой к жениху и впервые осталась у Мариуса на ночь… – с загадочной улыбкой вкрадчиво промолвила Марьяна.

– Ну да, – ответила я, примерно предполагая, о чем сейчас у меня спросят.

Но я не угадала. Почти не угадала.

– А ну-ка быстро отвечай! Как выглядят люстра и потолок в спальне твоего жениха? – произнесла Герда с самым серьезным лицом, но смешинки в ее глазах выдавали истинное настроение подруги.

– Что? Вы это о чем? Какая еще люстра? Не помню ничего. Я не присматривалась, – ответила я, совершенно сбитая с толку таким вопросом.

– А, ну это и хорошо, значит, не до того было. Не до люстры с потолком, – промолвила Марьяна, забавно играя бровями. – Как однажды сказала моя дорогая тетушка Лиаль – если женщина после первой ночи с мужчиной в деталях помнит, как выглядят люстра и потолок в его спальне, то, скорее всего, эта ночь станет не только первой, но и последней.