Вадим Денисов – "Фантастика 2025-36". Компиляция. Книги 1-21 (страница 325)

Комов и Ростоцкий использованы практически втёмную, как дополнительный костыль. Да, Александр им дал тайные поручения создать свои секретные службы, но до конца не объяснил суть проблемы. Не потому, что не доверяет. Просто слишком много рисков.

Естественно, контроль над армейской и сбешной подпольной организацией мы имели оба, поэтому я легко отслеживал все её действия на случай, если они начнут мешать нашим планам. Предчувствия не обманули! Вначале вы неожиданно выскочили из Реальности харков, а потом, связавшись со следователем, устроили настоящее побоище, освободив генерала, Якута и своих друзей.

Ну, а когда вплотную добрались до места содержания императора, то у меня не оставалось выбора. Пришлось вмешаться, чтобы ваша активная деятельность не сломала весь наш план.

Императора спасать можно и нужно. Но только лишь в тот день, когда все Великие и просто князья проголосуют на съезде за Николая. Вот на нём и должен появиться Александр. Он разоблачит брата и предъявит обвинение всем предателям. Заодно аннулирует все договоры, как многократно нарушенные присутствующими.

Дальше намечается небольшое побоище, так как никто из сволочей не захочет добровольно отдавать свою власть. Ну и задницы спасать, конечно, будут.

Как итог: море крови в одном большом зале, одномоментная ликвидация всей прогнившей верхушки страны и полное безоговорочное лидерство Рода Труворовых без каких-либо дополнительных договоров. Именно в этот момент очень пригодятся ресурсы Комова и Ростоцкого. Теперь планы придётся немного подкорректировать.

— Не так быстро, — перебила его Якутова. — Сказку ты нам интересную рассказал, но я могу свою не хуже придумать. Где доказательства правдивости твоих слов?

— Да грохнуть этого подлюку и всё тут! — неожиданно высказался Алан Борсиев. — Князь Ломакин! Мы все равнялись на легендарного Лома! А ты, сволочь, тварям продался! Не верю! Ни единому слову не верю! Если бы мы не были близки к победе, то…

— Заткнись, — тихо произнесла Зоя Воскресенская. — Потом эмоциями побрызжешь в разные стороны. Тут сейчас люди поопытнее нас с тобой вопросы решают.

— Именно, — согласился Лёха Старостин. — Получается, что нас могли давно угробить, но не угробили. В чём подвох?

— Может, просто не могли? — вставил своё мнение Морячок. — Мы же через всю империю сюда добрались, пройдя половину страны как нож сквозь масло. Только на последнем этапе помогли нам генералы.

Постепенно спор нарастал. Всё больше и больше членов нашей группы втягивались в него, выпуская пар после всего услышанного и высказывая различные идеи и конспирологические подозрения. Одна часть отряда верила Ломакину, а вторая — категорически нет.

Поняв, что дело зашло слишком далеко и доводы оппонентов вот-вот перейдут из словесных в физические, лейтенант Якутова тихо попросила меня.

— Данилушка, мозги бы всем вправить. Можешь? Как-никак тут почти все твои выкормыши.

Недолго думая, припечатал народец ментально. Правда, ещё не до конца освоившись с таким ресурсом, отхватили все присутствующие, на минуту потеряв сознание. Лишь один князь Ломакин остался в норме.

— Звон, словно в колоколе оказался, — прочистив пальцем ухо, пожаловался он. — Сволочь ты, Горюнов. С меня же ещё пяток ментальных блоков слетело. Но силён! С суккубами сравнивать не буду, только Николай против тебя не выстоит. Такой туз в рукаве нам не помешает.

— С суккубами? — усмехнулся Чах. — Мы из самого джина душу его маидовскую вынули!

— А сам-то ты кто? Вижу, что в группе, но зверушку такую среди тварей не припомню.

— А ты будто не знаешь! — не поверил я князю.

— Не знаю. Я имел возможность лишь прослушивать переговоры по секретной связи, а также просматривать внутреннюю сеть Старшего следователя Комова и генерала Ростоцкого. Ну и выводы на основе их делать.

— Значит, неважно, кто это. Народ прав: без доказательств твои слова — всего лишь пустышка. Нам безопаснее тебя грохнуть и работать по своему плану.

— Полностью с тобой согласен, Данила. Я тебе дал адрес в Тюмени, где спрятаны бумаги с подробным изложением плана государя. Доказательства, что я не гад, там же находятся. Весомые доказательства!

— Чах, сгоняешь? — моментально попросил я наумба. — Скоро наши очухаются, и опять бардак начнётся. Нужно их чем-то развлечь.

Он не стал себя долго упрашивать. К моменту прихода группы в норму передо мной лежал стальной короб с кодовым замком.

— Сорок пять, тридцать восемь, пятьсот один, — произнёс Ломов. — Внимательнее набирай код. Второго шанса не будет — все документы самоуничтожатся.

Открыв ящик, я увидел толстую стопку исписанных вручную листов, несколько карт памяти и странную капсулу.

— Вера, подойди сюда, — почти приказал князь. — Почерк деда узнаёшь?

— Похож, — призналась она. — Но его можно и подделать.

— А вот это? — показал Ломакин на капсулу. — Такое подделать можно?

— Нет… — побледнела девушка. — Если, конечно…

— Сделай надрез на плече и загони себе под кожу. По словам Александра, на тебя тоже настройки есть. Не верил он до конца, что ты погибла. Не хотел верить.

— Что за хрень? — явно ещё не отойдя от контузии, морщась, спросила Якутова.

— Личный имплант государя. Подпитывается от Дара, и подделать подобное невозможно. Удалён из тела за несколько минут до нападения. Так что при Николае я уничтожил пустышку. Вера может к нему подключиться. Думаю, после просмотра всего, что оставил ей дед, вопросов больше не останется.

Так оно и оказалось. Как только Вера засандалила в своё плечо императорский имплант, то зависла почти на час. Сидела неподвижной статуей, и лишь её глаза горели каким-то странным синим светом. Обычно у одарённых красные оттенки при активации Дара.

Внезапно всё закончилось. Девушка резко встала и с поклоном проговорила.

— Осип Семёнович! Я, наследница Российской империи Вера Константиновна Труворова, снимаю с вас все подозрения! Благодарю от всего сердца за верность моей семье и Родине! Поступаю в ваше личное распоряжение до окончания акции, спланированной государем Александром Пятым!

— Почту за честь, Вера Константиновна, — тоже с поклоном ответил старик. — Я искренне рад, что вы и ваши товарищи живы. Дело для всех найдётся.

— Охренеть… — только и смогла выговорить моя сестра Анастасия. — Реально наследница!

— Да, дочка, — тихо произнесла не менее обалдевшая Варвара Дмитриевна. — И я её по рукам на кухне била, когда она чуть… Данила! Паскудник этакий! Ты почему раньше не сказал, что у нас такая важная гостья⁈ Опозорил на всю страну!

— Началось, — с улыбкой прокомментировал я. — А я ведь, Верунчик, тебя предупреждал, что мне за сокрытие твоей венценосной попки потом прилетит от родичей.

— Она тебе не Верунчик, а… — попыталась образумить меня мама, но наследница Труворовых её мягко перебила.

— Варвара Дмитриевна, не стоит винить Данилу. Это было моё желание скрыть свою настоящую фамилию. И называть меня он может, как посчитает нужным… Если, конечно, ласково. Вы тоже. Какие условности между почти что родственниками?

— Ваше Высочество, я…

— Просто Вера. И насчёт будущего родства я не шутила. Данила реально мой жених.

Мама осела на пол и стала активно мотать головой, явно отгоняя от себя слуховые галлюцинации.

— Как тебе такой выверт? — с вызовом посмотрела Ведьма на князя Ломакина.

— Да и срать, — флегматично проговорил он в привычной спасательской манере. — Не о том думать надо. А с этими голубками потом пусть Александр сам разбирается. Если выживет, конечно. Вот этим сейчас и стоит озаботиться.

— Предлагаю дёрнуть по рюмашке! — громко предложил Чах. — Снять, так сказать, стресс и обмыть удачное разрешение проблемы.

Впервые за сегодняшний день все единодушно согласились. Рассевшись в бункере Горюновых, слегка приложились к запасам наливки отца, немного перевели дух и стали вести уже конструктивный разговор. Осип Семёнович отвечал на наши вопросы. Ну а мы дали ему полный отчёт по всем своим приключениям, о которых он не мог узнать из прослушки.

Удивили главного спасателя знатно. Но бывалый мужик на всё отреагировал с достоинством. Даже с Чахом умудрился на брудершафт выпить, правда, без поцелуя. Одно слово: Легенда! Глыба, а не человек!

В какой-то момент поток информации иссяк с обеих сторон. Осталось решить: как будем жить дальше.

— Думаю, что мне теперь придётся тоже переходить на нелегальное положение, — со вздохом сказал князь. — Я и раньше был практически беззащитен перед суккубами, а теперь они точно меня зажмут и выпотрошат. С оставшимися блоками в башке сопротивляться тварям не смогу однозначно. Нужно будет инсценировать мою смерть. Но так, чтобы не подумали на вас.

— А восстановить блоки не вариант? — поинтересовался наумб.

— А ты сможешь?

— Не я. Мне человеческий разум плохо поддаётся, а вот Данила справится. Раз разрушать их научился, то и создать сможет. Я ему помогу теоретически.

Ломакин немного подумал и согласился.

— Давайте попробуем. Страшновато, конечно, в руки неумёх себя отдавать, но если выгорит, то лучше и не придумаешь.

— Тогда всем выйти! — приказал Чах. — Лишние зрители нам сейчас ни к чему.

Оставшись втроём, я спросил у наумба.

— С чего начинать?

— С конца, Даня. Вспомни, как сносил блоки и воспроизведи свои действия в обратном порядке. Пока без подопытного потренируйся.