Вадим Булаев – Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие (страница 54)

— Кругом!

Собравшиеся на войну лихо повернулись. Все, кроме парочки с пулемётом. Те, из-за слабой строевой подготовки, устроили вместо разворота непонятную пляску, путаясь в ногах. Анисий, думая, что Сергей не видит, показал им кулак.

— Оружие в оружейку, — продолжали сыпаться распоряжения. — Личному составу занять места согласно штатному расписанию.

Дисциплинированный отряд замер по стойке «смирно», удручённо ожидая последнего: «Шагом марш!»

Боевые действия явно откладывались.

— Хозяин! — вмешался предводитель отряда, спасая боевое настроение подчинённых. — Разбойники ведь! Куда же без оружия!

— Шагом марш! — прозвучало заключительное распоряжение, и под нестройный топот втягивающейся в ворота нечисти инспектор, наконец-то, обратился к Анисию. — Дружище! Я не хочу знать, откуда весь этот арсенал.

— Ну...

— Не перебивай. Я понимаю, что он уже есть и догадываюсь, что видел только малую его часть. Уверен — полностью не сдадите.

— Ы...

— Верю, ни одна собака не докопается, где тайники. И заметь, я не требую показать мне ваши схроны и не спрашиваю, куда вы дели пушку.

— Э... — сконфуженно проблеял домовой, мучительно обдумывая, кто мог проболтаться о спрятанной под административным зданием сорокапятке, с великими трудами добытой через деревенских знакомых. Лично ведь укрывал, ни за что человеку не найти.

Он и не предполагал, что инспектор «бьёт наугад», основываясь на всем известном стяжательном инстинкте Анисия.

Всё ему было нужно к делу пристроить. Всё смазать и укрыть, сохранить на чёрный день. Обезопаситься от чего угодно.

— Охотно верю, воевать вы умеете, — с расстановкой продолжал Сергей. — Только с кем? Какие тут разбойники? В сказку поверил?

Далее на предводителя домашней нечисти вылились все доводы и сомнения в рассказе вервольфа-малолетки, заставляя того ожесточённо чесать в затылке, цокать языком и кротко отговариваться слабостью оперативных навыков.

Иванов же добивал:

— Спасибо тебе, что Ванечку в гранатомётчики не пристроил. Отдельное. Большое. Спасибо.

Удар пришёлся ниже пояса. Проживающий на турбазе юродивый, всеобщий любимец, оберегался от житейских бурь особо тщательно, вплоть до занудства. Его холили, лелеяли, следили, чтобы хорошо кушал и ни в чём не знал отказа. Если отправлялся гулять за территорию — всегда с сопровождением, готовым порвать на клочки любого обидчика. Но Ванечку — на войну? У Анисия это в голове не укладывалось. Они же его нарочно увели подальше, смотреть, как цветочки на дальней клумбе растут.

— Зря ты так...

Поднаторевший в управлении Сергей всей кожей ощутил — перетянул административные гайки. Нужно отпустить. Слегка, на пол оборота, создавая ощущение демократичности и некоторой свободы выбора.

— Если хочешь — пошли со мной. Поможешь следы искать. Вряд ли что-то найдётся, но отработать стоит. Остальные пусть делом занимаются.

— Пойду, — поспешно согласился польщённый предложением домовой, вспомнил о личном составе, навострившем уши, и вознамерился провести воспитательную работу. Напоследок, перед выходом, — Только указания важные оставлю. Им не навредит.

— И наган сдай, — посоветовал Сергей, выбрасывая окурок в урну у ворот. — Не смеши ёжиков.

Расстроенно дёрнув бородой, командир домашней нечисти побежал вслед за подчинёнными, почему-то нервно осматривая доступную часть турбазы. Причина его обеспокоенности возникла из воздуха, прямо перед Сергеем.

— Привет, — сдержанно бросил Швец. — Мне Анисий позвонил. Сказал, что у тебя тут разбойное нападение. Без жертв.

Услышав своё имя, домовой припустил ещё сильнее, обгоняя вооружённый отряд. Ему казалось, что со звонком он поспешил, причём очень сильно.

— Есть такое, — инспектор с огорчением глянул вслед бородатому баламуту. — Трое в масках. С ножом. Якобы велик забрали у малолетки. Телесные повреждения отсутствуют.

— Фальсификация?

— Уверен. Но прогуляться, поискать место происшествия — надо.

При всех взаимных обидах, оба инспектора считали себя профессионалами и, в угоду работе, умело задвигали личное на задний план.

— Я с тобой, — зевнул Антон. — Вместе проверим.

— Пошли.

Догнал их Анисий метров через триста. Разоруженный, тихий, в показном рвении проверяющий все кусты по дороге.

Никого и ничего. Рассказ юного вервольфа о засаде похитителей велосипедов трещал по швам.

Инспекторы шли молча, говорили только по необходимости. Каждый ждал, что первый шаг к примирению после бестолковой ссоры сделает напарник. Домовой не встревал, продолжая доказывать свою полезность в поисках.

Незаметно вышли к трассе.

— Вправо, влево? — уточнил Швец.

Дальше идти Сергею не хотелось, но и слишком быстро возвращаться с отсутствующим результатом показалось неумным. Они, вроде бы, с ног сбиваются, разыскивая злодеев.

— Вправо, — наобум предложил он. — Прогуляемся пару километров. Для приличия.

Первым в заданном направлении побрёл Антон, по ходу покуривая и с удовольствием рассматривая протянувшийся вдоль дороги лес. Высокий, густой, по-весеннему яркий своей молодой листвой. Мимо проносились автомобили, в перерывах между моторным рёвом разливался птичий пересвист. Предводитель домовых, предпочтя привычную скрытность, двигался между деревьев, собирая выброшенный людьми мусор в запасливо прихваченный пакет.

Не любил Анисий бездельных прогулок. Всегда находил себе занятие. За то его и уважали.

Отмахав более полутора километров вдоль обочины, он вдруг подобрался, уставившись в чащу, удивлённым возгласом позвал инспекторов:

— Кажись, хищничают! Лес пилят. Там, — направление забирало в сторону от дороги на турбазу, — бензопила жужжала.

Ни Антон, ни Сергей ничего не услышали, но напряглись. По документам все эти насаждения принадлежали Иванову, а он никому разрешения на вырубку не давал.

— Познакомимся, — прорычал он во внезапном приступе хозяйственности, спускаясь с шоссе к Анисию. — Веди. Лес знаешь?

— Тута не бывал, далеко. Но... не заблужусь. Толечка пакет приберу. Неудобно с пакетом меж деревьев. Потом вернусь, снесу на помойку.

А нагулявшийся Швец с хрустом размял пальцы, предвкушая неизвестно что.

— О! Снова пила заработала! — раздражающий, визгливый голос инструмента услышали все трое. — Не нравится мне это.

Глава 18 Недоразумение

К рубщикам (или пильщикам — Иванов затруднялся в правильной формулировке), вышли не сразу. Немного поплутали среди деревьев, каждый раз находя направление исключительно по звуку, после долго стояли, поражаясь размаху бедствия.

Вырубка, Анисий употребил очень верное слово, велась действительно хищнически. Подчистую, просеками. Судя по успевшим посереть пенькам — довольно давно. Пообрубанные со стволов ветки валялись как попало, и достаточно спички — полыхнёт до неб Пообрубанные со стволов ветки не вывозились, они валялись тут же, как попало, и достаточно спички — полыхнёт до небес.

Колеи от техники, глубокие и накатанные, уводили куда-то вдаль параллельно дороге.

— Сволочи, — грустно сообщил домовой, чуть не плача от такого беспредела. — Как есть — сволочи.

— Куда лесник смотрит? — буркнул Серёга, и тут же получил ответ от напарника, неприятный в своей прямоте.

— На денежные знаки. Края глухие. До всего далеко. Посторонние не шляются. Удобно... Рубят и продают. А сверху крышуют.

Это Иванов и сам понимал. Спрашивал больше риторически, чем хотел узнать истину от постороннего.

С леса кормились многие. Секрета из этого особо никто не делал, а некоторые оборотистые знакомые по службе в полиции сознательно добивались должностей на богатых древесиной задворках.

Материальное положение поправляли. И не без успеха.

Доводилось инспектору видеть майоров и капитанов из глубинки на люксовых машинах, какие в городе, в их чинах, ни за что не купить, как ни коррумпируйся. С квартирами в престижных районах, с регулярным отдыхом на статусных курортах и с широчайшими связями в деревообрабатывающей отрасли.

Их, конечно, периодически трясла собственная безопасность, но, чтобы кого-то посадили — такого Сергей не помнил. Максимум — увольняли по статье. Ерундовая кара, если успел на всю жизнь себя обеспечить.

Почему так происходит — он не особо задумывался, здраво предполагая, что дельцы в погонах готовят пути отхода заранее и исправно заносят долю кому положено, лично ничего не подписывая и особо не засвечиваясь.

Дураков среди бизнес-талантов не водится. Их ещё на подступах к кормушке сжирают более зубастые конкуренты.

И это только в полиции. Хотя, в других структурах, обстановка сходная. Люди ходят возле денег. Больших денег. Потому каждый крутится, как может, реализовывая предоставленные государством возможности на благо конкретного себя.

Всем причастным к лесозаготовкам хорошо, только лесу плохо.